Медный всадник - Александр Сергеевич Пушкин

И независимость и честь;

Что мог бы Бог ему прибавить

Ума и денег. Что ведь есть

Такие праздные счастливцы,

Ума недальнего ленивцы,

которым жизнь куда легка!

Что вряд еще через два года

Он чин получит, что река

все прибывала, что погода

Не унималась; что едва ль

Мостов не снимут; что конечно

Параше будет очень жаль…

Тут он разнежился сердечно

И размечтался как поэт.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ «Жениться? Что ж… зачем же нет?

И в самом деле? Я устрою

Себе смиренный уголок

И в нем Парашу успокою.

Кровать, два стула, щей горшок

Да сам большой… Чего мне боле?

Не будем прихотей мы знать,

По воскресеньям летом в поле

С Парашей буду я гулять;

Местечко выпрошу, Параше

препоручу хозяйство наше

И воспитание ребят…

И станем жить — и так до гроба

Рука с рукой дойдем мы оба

И внуки нас похоронят…»

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀⠀Так он мечтал. Но грустно было

Ему в ту ночь, и он желал,

Чтоб ветер выл не так уныло

И чтобы дождь в окно стучал

Не так сердито…

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀⠀ ⠀⠀Сонны очи

Он наконец закрыл. И вот

Редеет мгла ненастной ночи

И бледный день уж настает…

Ужасный день!

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀⠀ ⠀Нева всю ночь

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Рвалася к морю против бури,

Не одолев их буйной дури…

И спорить стало ей невмочь…[3]

По утру над ее брегами

Теснился кучами народ,

Любуясь брызгами, горами

И пеной разъяренных вод.

Но силой ветров от залива

Перегражденная Нева

Обратно шла, гневна, бурлива,

И затопляла острова,

И пуще, пуще свирепела,

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Приподымалась и ревела,

Котлом клокоча и клубясь,

И наконец, остервенясь,

На город кинулась. Пред нею

все побежало и вокруг

все опустело — воды вдруг

Вломились в улицы, в подвалы,

С Невой слились ее  каналы,

И всплыл Петрополь, как Тритон,

По пояс в воду погружен.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀ ⠀Осада! приступ! Лезут волны,

Как звери, в окна. С ними чёлны

С разбега стекла бьют кормой.

Мосты, снесенные грозой,

Обломки хижин, брёвны, кровли,

Товар запасливой торговли,

Пожитки бедных, рухлядь их

Колеса дрожек городских,

Гроба с размытого кладбища

Плывут по городу!

⠀ ⠀⠀ ⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ Народ

Зрит Божий гнев и казни ждет.

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Увы! всё гибнет: кров и пища!

Где будет взять?

⠀ ⠀⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ В тот грозный год

Покойный царь еще Россией

Со славой правил. На балкон,

Печален, смутен, вышел он

И молвил: «С Божией стихией

Царям не совладеть». Он сел

И в думе скорбными очами

На злое бедствие глядел.

Стояли стогны озерами

И в них широкими реками

Вливались улицы. Дворец

Казался островом печальным.

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Царь молвил — из конца в конец

По ближним улицам и дальним

В опасный путь средь бурных вод

Его пустились Генералы[4]

Спасать от страха одичалый

И дома тонущий народ.

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀ ⠀⠀ Тогда, на площади Петровой,

Где дом в углу вознесся новый,

Где над возвышенным крыльцом

С подъятой лапой, как живые,

Стоят два льва сторожевые,

На звере мраморном верхом,

Без шляпы, руки сжав крестом,

Сидел недвижный, страшно бледный

Евгений. Он страшился, бедный,

Не за себя. Он не слыхал

Как подымался жадный вал,

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Ему подошвы подмывая,

Как дождь ему в лицо плескал,

Как ветер, буйно завывая,

С него и шляпу вдруг сорвал.

Его отчаянные взоры

На край один наведены

Недвижно были. Словно горы,

Из возмущенной глубины

Вставали волны там и злились,

Там буря выла, там носились

Обломки… Боже, Боже! там —

Увы! близехонько к волнам,

Почти у самого залива —

Забор некрашенный, да ива

И ветхий домик: там оне,

Вдова и дочь, его Параша,

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Его мечта… Или во сне

Он это видит? Иль вся наша

И жизнь ничто, как сон пустой,

Насмешка Рока над землей?

И он, как будто околдован,

Как будто к мрамору прикован,

Сойти не может! Вкруг него

Вода и больше ничего!

И обращен к нему спиною

В неколебимой вышине,

Над возмущенною Невою

Стоит с простертою рукою

Кумир на бронзовом коне.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀

⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

Часть вторая

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Но вот, насытясь разрушеньем

И наглым буйством утомясь,

Нева обратно повлеклась,

Своим любуясь возмущеньем

И покидая с небреженьем

Свою добычу. Так злодей,

С свирепой шайкою своей