Темный Охотник #5 - Андрей Розальев

Надо было со своей менять, — дошло до принца. — Максимально родственная, никто б и не заметил. А гормоны… он же мужчина, наверняка его на женские гормоны проверять бы не стали.

Но теперь уже поздно, остаётся только ждать.

Его Высочество прикрыл глаза и провалился в сон.

А в это время больница не спала. Одни медсёстры ухаживали за пациентами, другие брали анализы, третьи на специальном оборудовании проводили лабораторные исследования.

Высокопоставленными пациентами занимался лично главврач госпиталя, Ефим Ефимович. А вместе с ним — самые надёжные, многократно проверенные медсёстры. И когда Ефиму Ефимовичу принесли результаты анализов, где красной ручкой был обведён уровень ХГЧ одной из пациенток, он не усомнился. Надёжные медсёстры, надёжное оборудование.

Вот только верить в это всё равно не хотелось. Беременная незамужняя принцесса — это худший кошмар, который только можно представить. И сообщить об этом Его Величеству предстоит лично ему, главному врачу госпиталя.

А ведь возраст уже не тот.

И сердце пошаливает, бывает…

На то, чтобы решиться набрать прямой номер Императора, у Ефима Ефимовича ушло больше часа. И только когда он уже его почти набрал, оставалось только нажать кнопку вызова — в голову пришла неожиданная мысль.

А вдруг машина ошиблась?

Да, такого быть не должно, но вдруг?

И Ефим Ефимович приказал взять у Анны кровь по новой.

Вот только он не знал, что его слишком долгое молчание кое-кто из сотрудников расценил как малодушие, и позвонил куда надо вперёд начальства.

* * *

— Ты обрюхатил мою дочь!!! — орал Его Величество, брызгая слюной.

За конфиденциальность столь пикантных сведений можно было не беспокоиться. Подозреваю, все в радиусе полусотни метров уже валялись без сознания, а если даже ещё не отключились, им было не до того, кто кого обрюхатил.

— Да с чего вы взяли, что это я? — признаюсь, я тоже перешёл на повышенные тона, немного подзабыв, что ору на Императора.

— А что, по-твоему, у меня дочь девка гулящая⁉ — Голицын даже побагровел от ярости.

— Так может у неё и спросите? — я тоже перестал сдерживать свою ауру, как и напитку доспеха, который сейчас трещал по швам. — И кто вам вообще такое сказал⁉

— Ты ещё и споришь со мной! — Дмитрий Михайлович даванул в полную мощь, воздух вокруг начал ощутимо нагреваться, кажется, запахло дымом…

Я на мгновение отвлёкся, чтобы посмотреть чуть по сторонам. Вздыбленный концентрическими кругами паркет, разлетевшиеся панели подвесного потолка, осыпавшееся стекло в дверях. Да здесь как будто взрыв произошёл, и эпицентром стали мы двое.

— ХВАТИТ!!! — гаркнул я каким-то будто бы не своим голосом.

Сам от себя не ожидал, если честно.

Как и эффекта.

Давящая аура Императора пропала мгновенно, как не бывало. Чего нельзя сказать о моей. И в этот момент уже Голицын скривился от давления на него.

Но я, конечно, тут же взял себя в руки.

— Хм, и правда… — Дмитрий Михайлович тоже осмотрелся. — Кажется, я немного погорячился.

— Не то слово, Ваше Величество, — хмыкнул я.

Он как-то подозрительно на меня посмотрел, но ничего не сказал.

Тут из-за угла коридора нерешительно выглянул седовласый мужчина в костюме врача. Мы с Императором заметили его одновременно.

— Вот кто нам сейчас всё расскажет, — Голицын уставился на врача, а потом и вовсе пошёл к нему навстречу.

Я пошёл следом.

— Не велите казнить, Ваше Величество! — поклонился врач ещё издали. — Ошибка вышла! Мы всё перепроверили! Всё в порядке! Вы ведь из-за анализов здесь?

Император ещё раз огляделся кругом, сплюнул и негромко, но от чистого сердца выматерился.

— А чего ж сразу не перепроверили? — спросил он.

— Так ведь… это всё время, Ваше Величество, — ещё раз поклонился врач. — Пока осознал, хотел сразу вам звонить, но не решился. Приказал проверить. На два раза проверили. Первый раз какая-то ошибка аппаратуры. Всё чисто, никаких подозрений!

— Понятно… — Голицын повернулся ко мне. — Прости, Артём, не сдержался.

От этих слов челюсть врача упала на пол, а глаза увеличились и стали больше оправы очков.

— На вашем месте я бы сперва убил, а потом бы уже спрашивал, — улыбнулся я.

— Была такая мысль, — усмехнулся Император, — но с ходу не получилось, а потом уже расхотелось. Но теперь я хотя бы вижу, что мои дети действительно под надёжной защитой. Вы с Анькой точно не это?..

— Я бы запомнил, — отшутился я, хотя полной уверенности у меня всё же не было.

— Пациентов проверьте, особенно тяжёлых, — распорядился Голицын, обращаясь к врачу. — Ремонт я возмещу.

— Ваше Величество, — врач обошёлся на этот раз без поклонов, — позволено ли будет мне узнать, вам кто-то по долгу службы доложил, или из моих кто неуместное рвение проявил?

— По долгу службы, — махнул тот рукой. — Крыс у вас тут, Ефим Ефимович, не водится, мои люди проверяли. Так что не переживайте.

— А у нас, значит, всё по плану? — уточнил я.

— По плану, по плану, — уже миролюбиво отозвался Голицын, у которого отлегло, и маятник настроения резко качнулся в другую сторону. — На сегодня отдыхайте, а завтра отправляешься на лайнер.

— Я Ариэль с собой возьму, — добавил я. — И вот на неё бы такие документы выправить, чтобы ацтеки докопаться не могли.

— Хорошая идея, — кивнул Император. — Всё будет у Фирсова, он тоже едет. Ладно, развлекайтесь, только…

Он погрозил кулаком.

— Ваше Величество! — я развёл руки в стороны.

— Ничего, лишний раз предупредить не помешает! — хохотнул он.

Я широким жестом руки обвёл кругом. Голицын в ответ махнул рукой, мол, мелочи. И ушёл.

— Это что сейчас, папа приходил? — из дверей одной из палат показалась удивлённая Аня, оглянулась по сторонам. — Оу! Что здесь такое было-то? Я думала меня раздавит!

— Папа твой чуть-чуть погорячился, — хмыкнул я. — Но мы с ним всё обсудили и он успокоился.

— Просто жесть… — покачала головой Аня и обратилась к врачу. — Ефим Ефимович, с нами ведь всё в порядке, у нас нет причин задерживаться в госпитале?

— Да-да, конечно… Ваше Высочество, — часто закивал он. — И