Перезагрузка Императора - Ярослав Мечников

«Приблизительный уровень угрозы (для текущего состояния пользователя): Средний.»

«Это в моем-то дохлом теле? Оптимисты, однако».

«Физиологические параметры: Длина тела ~1.2 м, вес ~35 кг. Основное оружие — клыки, когти. Покров — жесткая щетина, частичная костяная броня на спине.»

«Мелкая, но зубастая пакость», — оценил я.

«Слабые зоны (выделены красным в тактическом интерфейсе): Глаза (незащищены), сочленения конечностей, брюшная полость (минимальная защита).»

«Спасибо, буду знать, куда бить эту блохастую радость».

«Особые способности: Ограниченное ночное зрение (инфракрасный спектр), развитое обоняние, ядовитый укус (нейротоксин замедленного действия… паралич дыхательных путей…).»

«Вот это уже ни хрена не смешно, — напрягся я. — Стандартный набор ублюдка».

Нарисовался силуэт. Точно, крысогиена-переросток. И прет на меня, как танк на распродажу. «„Средний уровень угрозы“… — скривился я. — Эти шутники из Протокола явно не пробовали драться голыми руками после того, как тебя чуть не убили дважды за последние сутки».

«Ну, привет, чудо природы, — прошипел я. — Похоже, ты мой первый клиент в этом пятизвездочном отеле».

Оружия — шиш с маслом. Камень. Нашел один, поувесистее. Не «Калаш», конечно, но хоть что-то, чтобы этой твари зубы пообломать.

Оно выскочило из темноты. Быстрое, падла. Серая молния. Рычит, слюной брызжет.

«Щит! Железяка, твою мать, щит!»

«Активация энергетического щита „Эгида-0“…»

«ВНИМАНИЕ! Затраты Воли Императора на активацию: 2 ЭИ! Поддержание щита: 1 ЭИ в секунду!»

«Да знаю я, знаю, не ори!» — чуть не крикнул я вслух.

«Воля Императора: 0 / 100 ЭИ.»

«Всё, приехали. Батарейка сдохла».

Золотистая фигня мигнула вокруг меня и погасла. Как лампочка в подъезде. Две единицы моей драгоценной «Воли» — коту под хвост. «Отличный щит, надежный, как обещания политиков», — зло подумал я.

Падальщик аж притормозил от такой наглости. Посмотрел на меня, как на идиота. Типа, «ты че, больной, такими фокусами заниматься?». Но голод не тетка. Осмелел и снова попер.

«Ладно, хрен с тобой, Протокол. Будем по-дедовски», — процедил я, готовясь встречать гостя.

Поднялся. Тело — как студень, но старые рефлексы не пропьешь. Адреналин ударил в голову, разгоняя кровь. Глаза этой пакости горели красным. Голодные.

Первый выпад твари я отбил почти инстинктивно. Ушел с линии атаки, камень просвистел мимо ее башковатой морды. Воняло от нее так, будто она в канализации обедала.

Вторая атака. Эта тварь была настырной. Прыгнула, целясь в горло. Совсем страх потеряла. Но я уже ждал. Шаг в сторону, разворот корпуса и мощный удар камнем в бочину. Хрустнуло знатно. Тварь взвыла так, что у меня чуть барабанные перепонки не лопнули, и отлетела к стене.

Но эта сволочь и не думала сдаваться. Злобно зарычала, хромая на подбитую лапу, и снова приготовилась к прыжку. В глазах — чистая ненависть. «Ну, давай, давай, родная», — сквозь зубы проговорил я.

Я уже понял ее тактику. Прямолинейная, как рельса. Расчет на скорость и внезапность. Но я таких быстрых и внезапных на завтрак ел.

Когда она снова прыгнула, я сделал то, чего она точно не ожидала. Шагнул навстречу, резко присел и со всей дури саданул камнем снизу вверх, метя в брюхо — туда, где, по словам системы, у нее была «минимальная защита».

Мой удар был точен. Камень вспорол ей пузо, как консервный нож банку тушенки. Визг перешел в булькающий хрип. Падальщик рухнул на камни, дергаясь в конвульсиях и заливая все вокруг своей вонючей кровью. Через пару мгновений все было кончено.

Я тяжело дышал, опершись о стену. Сердце пыталось выпрыгнуть из груди. Рука с камнем была вся в этой мерзости. Но я был жив. И это было главное.

«Цель „Пещерный падальщик, молодой самец“ нейтрализована.»

«Ублюдок получил по заслугам», — устало подумал я.

«За проявленную доблесть… тактики боя… пользователю начислено 15 единиц опыта.»

«Негусто, но хоть что-то».

«Ассимиляция остаточной жизненной энергии противника… Воля Императора восстановлена: 7 ЭИ.»

«Капля в море, но уже не ноль».

«Текущий уровень Воли Императора: 7 / 100 ЭИ.»

«ВНИМАНИЕ! Обнаружена попытка установления связи со стороны стаи падальщиков! Рекомендуется немедленно покинуть текущую локацию!»

«Давно бы так, железяка!» — мелькнуло в голове, заставив меня встрепенуться.

Пятнадцать опыта, семь «Воли». Не разгуляешься. Но последнее сообщение заставило меня подобраться. Стая. Значит, эта скотина была не одна. И скоро тут будет весело.

«Система, быстро потроши этого дохляка! Что там полезного, кроме вони?»

«Сканирование останков цели „Пещерный падальщик“…»

'Обнаружены потенциально полезные компоненты:

— Неповрежденные клыки (2 шт., содержат активный нейротоксин средней концентрации).

— Фрагмент костяной пластины (1 шт., обладает повышенной прочностью).

— Сердце падальщика (1 шт., содержит высокую концентрацию адреналиновых стимуляторов… употребление в сыром виде опасно…).'

«Можно врагам зубы заговаривать или суп варить… шучу, — подумал я про клыки. — Пластина — на наколенник себе сделаю, ага. Сердце… Спасибо, я пока не настолько голоден, чтобы жрать сырые сердца всякой дряни».

«Внимание! Труп быстро разлагается, выделяя токсичные миазмы.»

«Проваливай отсюда, короче», — понял я намек системы.

Клыки и пластина. Заберу. Пригодятся. Может, ожерелье себе сделаю, буду местным дикарем-модником. Быстро выломал клыки, отковырял пластину.

Снизу уже слышался топот и злобное рычание. Их там было много. Похоже, вечеринка только начиналась.

Надо валить. Наверх. К свету.

Я посмотрел на свои руки. Тонкие, белые. Как у этого… Лисандра. Но внутри сидел старый, злой Воронов. И он не собирался так просто подыхать в этой вонючей яме.

«Ну что, Империя, жди меня, — криво усмехнулся я, глядя на далекий огонек. — Твой блудный принц возвращается. И он очень, очень не в духе».

Я начал карабкаться. Каждый уступ, каждый камень — маленькая победа. Этот мир еще узнает, что такое перезагрузка по-спецназовски.

В конце концов, кто, если не я, покажет этой Империи, где раки зимуют?

Глава 2

Ну что, Империя, встречай своего блудного, слегка помятого и очень недовольного принца. Эти мысли вертелись у меня в голове, пока я, стиснув зубы, пытался превратить это хлипкое аристократическое тело в подобие альпиниста. Каменный колодец, в котором я имел удовольствие очнуться, был той еще дырой. Отвесные, скользкие стены, покрытые какой-то мерзкой слизью, уходили вверх, во тьму, где тускло мерцал единственный огонек — мой путеводный маяк в этом подземном царстве отчаяния.

«Так, Воронов, соберись, — прошипел я сам себе, пробуя на прочность очередной едва заметный выступ. — Ты и не из таких задниц выбирался. Подумаешь, десяток-другой метров по вертикали. В полной темноте. В чужом, ослабленном теле. После пары приятных встреч с местной фауной. Мелочи жизни».