Советская элита от Ленина до Горбачева. Центральный Комитет и его члены, 1917-1991 гг. - Эван Модсли

долго (по крайней мере по советским меркам), и этот факт уже сам по себе примечателен. Центральный Комитет являлся органом власти более 70 лет. Членов ЦК обычно назначали на съездах коммунистической партии, и все назначения оставались действительными до следующего съезда С 1917 по 1990 гг. было избрано всего 22 состава ЦК. Каждый из них — нечто вроде моментального снимка, и мы можем видеть, как менялась советская элита на протяжении своего существования. В последние десятилетия состав ЦК расширялся. В 1986 г. в него входили 307 полномочных членов и 170 кандидатов (показатели 1986 г. — максимальные). Для сравнения напомним, что в 1917 г. состав ЦК был в 15 раз меньше: 21 член и 19 кандидатов в члены ЦК. Очевидно, что «штат» партии увеличивался по мере развития советской системы. Вплоть до середины 1920-х гг. состав ЦК обновлялся ежегодно, так как съезды партии проводились каждый год. Позднее это правило не соблюдалось, и между съездами зачастую проходило немало времени (например в период с 1939 по 1952 г.).

ЦК является объектом научных изысканий. Советологи пытаются решить вопрос о том, насколько значительна его роль в советской системе. ЦК не просто перечень «советской знати», а государственный институт. Его членов выбирали на съездах партии, и они занимали свои посты до следующего съезда По убеждению большевистских лидеров в 1917 г., ЦК обладает почти неограниченной властью: «представляет партию в сношениях с другими партиями и учреждениями, организует различные учреждения партии и руководит их деятельностью… распределяет силы и средства партии и заведует центральной кассой партии». В 1919 г. в устав партии были внесены дополнения, согласно которым ЦК «направляет работу центральных советских и общественных организаций через партийные группы в них». Члены ЦК разными способами осуществляли этот контроль в течение 70 лет, пока не распался СССР. В одном из своих выступлений в 1930-е гг. Сталин отмечал, что в ЦК, «который руководит всеми нашими советскими и партийными организациями. <…> В этом ареопаге (холм, где заседал афинский аристократический совет. — Э.М., С.У.) сосредоточена мудрость нашей партии». Полвека спустя Горбачёв назвал ЦК мозгом партии. Для его советника Георгия Шахназарова ЦК оставался «мозгом и мотором всей системы власти и управления». Для одного из членов ЦК даже в 1989 г. само понятие ЦК было священным[8].

Первые шесть глав этой книги построены по хронологическому принципу. Речь в них идёт о советской элите эпохи революции и первых лет советской власти. Затем мы проанализируем её состав в 1920–1930-е гг. — время расцвета сталинизма — и далее перейдём к периодам правления Хрущёва, Брежнева и Горбачёва. Мы опишем характерные черты партийной элиты разных лет, что, безусловно, найдёт отражение в главах нашей книги. Прежде всего мы изучим элиту — привилегированную группу людей — как явление. Многочисленна ли она? Как часто менялся её состав? Каковы отличительные черты элиты разных лет? Каков возрастной ценз в её рядах? Сколько женщин входило в её состав? Сколько русских, евреев и людей с высшим образованием принадлежали к советской элите? Как менялся её облик с 1917 по 1991 г.?

Даже собрав все доступные данные, едва ли мы ответим на вопрос, что такое советская элита. Предположим, мы изложим всё, что нам известно. Тогда эта книга в лучшем случае будет отстранённой и умозрительной. В худшем — читатель столкнётся с отвлечёнными выводами и эмпирическими умозаключениями. Элита интересна прежде всего как совокупность живых людей. Во второй части каждой главы мы представим анализ партийной карьеры некоторых её избранных представителей (при составлении их биографий использованы мемуары, архивы, фотографии и интервью). Таким образом, перед читателем предстанет не безликая масса, а конкретные лица. В каждой главе мы познакомим его с историями двух-трёх человек: всего предлагается 15 биографий, начиная с большевика Николая Крестинского и завершая главой профсоюзов СССР Виктором Мишиным, родившимся на 60 лет позже Крестинского. Мы пришли к выводу, что не стоит излагать биографии самых известных политических деятелей СССР. Заранее просим нас извинить за подобную непоследовательность, за то, что знакомим читателя с рядовыми представителями советской элиты. Для каждого периода выбраны наиболее интересные личности, о которых существует обширная биографическая и автобиографическая литература. Те 15 персонажей, которых мы выбрали, представляют некий социальный слой или социальное явление. В данном случае имеет значение и исторический фон, и их профессиональная или политическая деятельность. Среди них — старый большевик и подпольщик, украинский активист, несколько крупных министров и первых секретарей обкомов, генерал, молодой партийный активист и т.д.

В третьем разделе каждой главы мы подводим итоги и рассказываем, как члены ЦК пользовались своим влиянием (поскольку ЦК — одновременно мозг партии и политическая арена для представителей элиты). Пленарные заседания (пленумы) ЦК были своеобразной проверкой для элиты: способны ли высшие партийные чины принимать важные решения? Иногда даже Сталин не мог себе позволить пренебрежительное отношение к пленумам. Мы не станем детально описывать политику СССР. Однако в каждой главе проанализируем изменения в постановлениях и резолюциях ЦК (поскольку именно его членов мы относим к элите). Отметим все сбои в работе этого органа — своеобразные приливы и отливы в его собраниях и резолюциях[9]. Сталину ЦК нужен был для укрепления собственной власти. Хрущёв с его помощью боролся со своими соперниками в партийном руководстве (например в 1957 г.). При Горбачёве члены ЦК вдруг осознали свою значимость и попытались обернуть её в свою пользу. Они критиковали официальную политику и стремились оказывать значительное влияние на её формирование. Роль ЦК в партии так и не была до конца институализирована, что свидетельствовало о трудностях, с которыми сталкивалась партийная элита в своих отношениях с высшим руководством (или самим диктатором). Эта ситуация была частью более серьёзной, так и не разрешённой проблемы: как выстроить отношения между руководством и рядовыми членами партии, между политическим режимом, в целом и обычными гражданами, чтобы каждый из них считал их приемлемыми. В конце шестой главы мы попытаемся ответить на следующие вопросы: мог ли ЦК в конце 1980-х гг. воспользоваться удачным моментом и стать частью процесса демократизации, средством, с помощью которого его члены могли бы усилить влияние на политику партии?

В седьмой и восьмой главах мы затронем вопросы, заинтересовавшие нас в ходе исследования партийной элиты. В частности, в седьмой главе выясним, в какой степени члены ЦК представляли советское общество, рядовых партийцев и высшее руководство. Мы рассматриваем членов ЦК как привилегированный слой. А что думали о себе они сами? Показательны слова сына Андрея Громыко: «подавляющая часть партийцев работала