НеТемный 7 - Александр Изотов

Чародейка остановилась напротив меня, потом показала на шахту:

— Бросс Малуш, не могли бы вы показать мне шахту? У меня есть вопросы…

Я чуть не выругался. Как назло, ингредиенты для заклинания лежали в моей комнате, и ещё ничего не было готово.

Дружинники слаженно подошли, но Петра махнула:

— Вы останетесь здесь!

— Но госпожа…

— Здесь!

Уж не знаю, как так быстро сработали мои варварские мозги, но я, обернувшись, пошёл к дому.

— Господин Малуш? — удивилась чародейка.

— Факел, — только и бросил я, показывая на вечернее небо.

— Но вы же маг огня… — донеслось вслед растерянное.

В комнате я быстро сгрёб в поясной кошель всё, что мне было нужно. Да ещё вытянул из-под кровати прятавшегося там Виола… Тот удивлённо вытаращился на меня:

— Как ты узнал, что я тут?

Я даже не стал отвечать, взяв тонкую иглу и наколов ему палец. Собрав густую каплю крови, я бросил её к остальным ингредиентам.

— Петра не почуяла меня⁈ — в панике спросил Виол, — Мне кажется, я прямо почувствовал…

Усмехнувшись, я сунул барда обратно под кровать и быстро направился во двор. Прошёл мимо чародейки, та последовала за мной.

— А как же факел? — спросила она.

Я шумно выдохнул. Вот же бросские мои мозги!

— Маг огня, — только и буркнул я. Надеюсь, я сказал это таким тоном, чтобы у неё больше не возникло вопросов.

— Госпожа! — донеслось вслед от дружинников.

Петра лишь отмахнулась. Она двигалась за мной, словно зачарованная, и мне даже стала интересно, почему она себя так ведёт.

* * *

Едва мы вступили в тень шахты, я зажёг на ладони огонёк и сразу почуял неладное. Взгляд Петры, идущей позади, заметно изменился…

Он не был злым, но в нём присутствовала опасность. А ещё та самая неуверенность. Именно эта неуверенность и дала мне увести Петру гораздо дальше в глубину шахты, и даже завернуть за поворот.

А так, цербер, скользивший совсем рядом и абсолютно незаметный во тьме, уже давно показал мне, что чародейка обнажила небольшое лезвие.

— Неужели великая чародейка Камнелома задумала неладное? — спросил я, наконец обернувшись.

Та как раз держала в руках небольшой стилет, и заметно удивилась, когда бросс перед ней произнёс слишком много слов. Она дёрнулась, то ли от меня, то ли ко мне, но я перехватил её руку и прикрыл рот ладонью.

Пока у девушки не случилась истерика, я аккуратно вынул из её руки лезвие и задумчиво рассмотрел его. Увидев знакомый и очень опасный узор, я с трудом справился с изумлением…

— Смердящий свет! Откуда это у тебя?

Девушка дёрнулась и замычала мне в ладонь. Открою ей рот — завизжит… Огрею — ничего не узнаю.

Приняв решение, я потащил её дальше. И, пока шёл, спокойно говорил.

Говорил о том, что тёмная магия на крохотном лезвии опасна не только для меня, но и для неё. Смесь магий Смерти и Крови обещала надёжный результат — владелец стилета легко убьёт меня, едва коснувшись только кончиком. Потому что узор на лезвии был заряжен на Смерть, и требовалась только капля моей крови.

Но вот только владелец стилета тоже погибнет, потому что сила заклинания подпитывается его кровью. Проще говоря, чародейка коснулась бы меня, и мы погибли бы оба.

Я честно не знал, смог бы выжить от этого заклинания. Но меня впервые поразило, насколько серьёзные у меня теперь противники… Расслабился я, заметно расслабился, недооценил Бездну.

Её приспешники здесь не могли быть настолько сильны. Это слишком серьёзная магия, и я подозревал, что здесь замешана сама Повелительница Тьмы. Потому что, если это не так, впереди меня ждут очень серьёзные испытания.

— Ты бы тоже погибла, поняла? — наконец, сказал я, отпустив Петру и отбросив стилет в сторону.

Точнее, я освободил чародейке рот, но продолжал держать за руку. Она сначала хотела закричать, но так и стояла, со слезами глядя на лезвие в моей руке.

Я был догадлив, поэтому спросил сам:

— Кто-то обещал тебе, что эта магия вернёт тебе силу?

Та вздрогнула и быстро кивнула.

— Стилет дал мне знахарь Волх. Это ваш…

— Кузнец из Калёного Щита, — продолжил я, крепко зажмурившись.

— Да. Он предсказал мне, что от моих бед меня избавит кровь необычного бросса…

И всё-таки, хороша ты оказалась, Бездна! А до чего оказался хорош этот Волх, надо отдать ему должное… Самый сильный Тёмный Жрец в этом мире, судя по тонкости заклинания на стилете, и при этом же самый неизвестный.

А значит, и самый опасный… Шан Куо в сравнении с ним оказывался просто безобидным ребёнком!

— И он был прав, этот знахарь. Я действительно помогу тебе с твоим недугом, чародейка, — спокойно сказал я, распоясывая кошель, — Меня прислал твой давний друг…

— Друг?

— Да, один поющий горлопан, который не умеет следить за языком.

— Этот слизняк, чтоб его хорлова падаль сожрала! Значит, мне не показалось? Да я его…

— Забудешь, — честно признался я, — И обретёшь назад полную силу.

Петра заметно разволновалась, глядя на иголку в моих пальцах. И спросила неожиданное:

— И что, я даже не сотру Виола в порошок?

Я покачал головой.

— Вообще, что ли, забуду? — она вдруг ещё больше погрустнела, — Совсем, совсем⁈

А вот теперь меня это начало раздражать.

— Ох, женщины! — я схватил её руку.

Петра вяло пыталась вырваться, но я, развернув её ладонь, довольно быстро начертал иглой, не жалея нежной кожи, узор. Какая ирония судьбы — лучше всего в жизни я помню именно заклинание полного забвения.

— Я не уверена…

— И это пройдёт, — ответил я, смешивая все ингредиенты.

Драный Камнелом — как пришёл сюда, так одни любовники вокруг, куда не плюнь! И у всех проблемы…

* * *

Дорогие читатели, очень рад вместе с вами быть на страницах этого романа:)

Глава 2

Пыль сон-травы, чтобы прошлое подёрнулось сном.

Капля крови сколопендры, чтобы забыть, что причиняет боль.

Пух новорожденного воронёнка, чтобы принять за правду то, что чародейка впервые увидит и услышит.

Ржавая пыль, незаметно собранная мной в кузнице Брогга, чтобы сковывающие разум оковы рассыпались в пыль.

Кровь повинного, кровь страдающей, кровь заклинателя… и кровь цербера, имеющая самую суть Тьмы. Ибо только Тьма поможет там, где