Чужая раса - Андрей Воин

'Конечно, — рассуждала Чия, следя взглядом за причудливым облачком, — если средняя продолжительность жизни атлантов составляет двести лет, а по закону, как мужчины, так и женщины обязаны трудиться с тридцати двух лет, то при выходе на пенсию, оплачиваемую государством с восьмидесяти лет мужчинам и с семидесяти пяти лет женщинам, атланты только начинали жить, так сказать, полноценной жизнью.

К пенсионному возрасту дети уже вырастали, пособия хватало на скромную, но не нищенскую жизнь, казалось бы, живи, отдыхай и радуйся. Но, как правило, часть атлантов, в основном мужчин, продолжала работать ещё лет сорок — пятьдесят. Другая часть, тоже в основном мужчины, уходила в многочисленные монастыри, расположенные в горных районах Атлантиды, чтобы, как говорил отец, совершенствовать свой дух и тело, и только незначительная часть атлантов проводила пенсионную жизнь в путешествиях и развлечениях.

Правда в последние десятилетия количество атлантов жаждущих развлечений росло в геометрической прогрессии и виною этого процесса, как утверждал отец, были вимáны.

Отец рассказывал, что в основном виманы стали прилетать в дни его молодости, когда ему было лет сорок пять, до этого были единичные визиты. Виманы прилетали с планеты Нергал. Но это чужеземцы так называли свою планету, а для нас, атлантов, было более привычное название «Марс». Да, — размышляла Чия, — Марс как-то более благозвучно!'

Она вспомнила уроки астрономии.

Чия продолжала наблюдать, как метровые кубы спрессованной породы время от времени поднимались над котлованом, где располагался рудник, и, зависнув на несколько секунд в воздухе, начинали движение в южную сторону долины на «пункт приёма руды», который находился в двадцати километрах.

«Вот здорово! — с восхищением думала девушка. — Я пока так не умею. Одно дело усилием воли передвигать по столу серебряную ложку, а совсем другое переносить по воздуху куб породы, весивший несколько тонн!»

Время в размышлениях летело быстро, и вот она уже увидела отца с несколькими рабочими, которые переходили речку по невысокому каменному мосту. Радостная девушка вскочила с травы, отряхнула одежду и побежала навстречу.

Хотя Эзжу недавно исполнилось восемьдесят шесть лет, выглядел он, по нашим меркам, лет на сорок. Это был высокий атлант крепкого телосложения. Правильные черты лица и волевой взгляд голубых глаз придавали его облику частицу мужского обаяния, белокурые волосы были собраны на затылке в короткий пучок, льняная распахнутая на груди безрукавка и светлые холщовые штаны соответствовали жаркому климату Атлантиды.

Вскоре Чия уже обнимала отца, прижимаясь щекой к его бронзовой от загара груди и вдыхая запах меди, исходивший от него.

— А-а-а, моя малышка, — Эзж погладил дочь по волосам, — соскучилась?

Чия улыбнулась и закивала головой в ответ.

— Ладно, Эзж, мы пойдём, — сказал один из рабочих.

— До следующей недели! — ответил отец, подняв руку в знак прощания.

Рабочие пошли вдоль реки в северном направлении, в небольшой поселок, расположенный за лесом.

— Ну что, пойдём обедать? — Эзж с улыбкой взглянул на дочь.

— Да, папа, пойдём.

Взявшись за руки, они отправились по тропинке, которая, поднимаясь по пологому склону, причудливо петляла между низкорослыми кустами и покрытыми мхом огромными валунами.

Минут через пять они вышли к обширной поляне, где находился двухэтажный каменный дом на фундаменте высотой около двух метров, выполненном из серых гранёных блоков, и куполообразной крышей. Высокий фундамент был необходим для защиты от весенних паводков, когда таявшие снега на вершинах недалёких гор переполняли реку, и часть долины превращалась в огромное болото.

Участок с домом, хозяйственными постройками, садом и огородом был обнесён каменной стеной, вышиной в рост взрослого атланта, перед которой находилось поле, засеянное пшеницей, гречихой и кукурузой.

Пройдя сводчатые ворота, отец и дочь поднялись по широкой лестнице и вошли в дом.

* * *

Эзж умылся и переменил одежду. Когда он вошёл на кухню, семья была уже в сборе.

— Ну, что у нас сегодня на обед? — весело спросил отец и уселся во главе стола.

— Твоя любимая чечевичная похлёбка, — ответила Цзио́з.

Цзиоз, первая жена Эзжа, мать Чии и старшего сына Элизéя, миловидная женщина, выглядевшая лет на тридцать пять, была одета в светло-голубое длинное домашнее платье, подчёркивающее её превосходную фигуру.

— А на второе гречневая каша со специями и сладким перцем, — добавила Уи́н.

Вторая жена Уин, мать двух младших сыновей, выглядевшая немного моложе Цзиоз, была меньше ростом и более миниатюрной. Утончённые черты её красивого лица дышали любовью и материнской нежностью, когда она обращала взгляд голубых очей на своих сыновей. Платье салатового цвета придавала её точёной фигуре ощущение теплоты и женственности. У обеих женщин по моде тех далёких времён длинные светлые волосы были оплетены голубой и салатовой лентой соответственно.

— Да, похлёбку я люблю, — с довольным видом вымолвил Эзж. — Ну что же, воздадим хвалу дарителю тепла и света, — произнёс он и закрыл глаза.

Все последовали его примеру и мысленно прочитали благодарственную молитву Солнцу — главному божеству Атлантиды.

— Приступим к трапезе, дорогие мои, — вымолвил отец.

Все с аппетитом съели первое и второе блюдо, а затем приступили к десерту, состоящему из бананов, фиников, ананаса и вкусного морса, настоянного на ягодах и травах.

— Как хорошо, что теперь бананы без мелких косточек, — сказала Чия, очищая фрукт для младшего брата.

— Ты права, дорогая, — поддержала её Цзиоз. — Помню, когда я была совсем маленькой, я ела бананы с косточками. Это было очень неудобно, приходилось выплёвывать косточки в ладонь.

— Слава учёным Атлантиды, — вымолвил отец, — которые семьдесят лет назад путём селекции вывели сорт банана без косточек.

Младшие братья дружно закивали головами, они очень любили бананы.

После обеда Цзиоз и Уин отправились пропалывать гречиху. Отец пошёл отдохнуть в кабинет, а дети всей гурьбой поднялись на второй этаж в большую комнату, называемую «игровой».

Младшие братья стали достраивать из кубиков замок злого волшебника, в котором спрятана девушка-красавица, и которую должен найти и освободить юноша-атлант в серебряных доспехах.

Элизей забрался на низкую кровать и начал просматривать четырёхугольные медные пластинки, на которых были записаны фрагменты истории Атлантиды. Молодой атлант закрывал глаза и прикладывал ладонь к пластине, мысленно считывая заложенную в ней информацию. Он готовился к выпускным экзаменам.

Старшему брату Чии уже исполнилось тридцать два года, хотя по нашим меркам он выглядел лет