Мапа - Алекс Мара

А что он думал? Что я коварно пробралась в здание без права здесь находиться чтобы уговорить его малолетнего сына нанять меня своей няней?!

Если так, то ему нужно проверить его распрекрасную роботовую голову, у него там заржавел особо важный винтик.

— Да. Я арендую у вас помещение рядом с кофейней. Магазин «Маленькие радости».

Он морщится. Ну конечно, он большой человек, поэтому все радости у него соответственно большие.

Сейчас он спросит меня, что я делаю на десятом этаже, а потом не поверит, когда я отвечу, что гуляю, и тогда возникнут проблемы.

Когда мне хочется немного размять ноги, я поднимаюсь по лестнице до верхнего, десятого этажа, потом делаю круг и спускаюсь обратно. Однако в этот раз меня остановили, мини-директор позвал меня на срочное и неожиданное собеседование.

На мне сосредотачиваются два взгляда. Один директорский — строгий, холодный и заведомо осуждающий. Второй — мини-директорский, почти умоляющий и немного печальный. Отца я игнорирую, а сыну посылаю ободряющую улыбку и мысленно желаю ему удачи. С таким папашей она ему понадобится.

— Мы с вами ещё побеседуем, — обещает мне самый завидный холостяк нашего города, заброшенный на Землю с планеты роботов.

Награждаю его улыбкой из категории томных.

— Буду ждать с нетерпением!

3.

Вернувшись в магазин, поворачиваю табличку на двери «ОТКРЫТО».

Перерыв окончен, и он оказался забавным, хотя только для меня, а не для замороженного робота, который уж очень недобро на меня смотрел. Как бы ни начал вендетту.

Он сам виноват. Если не терпит посторонних в кабинете, надо закрывать дверь или хотя бы запретить сыну зазывать внутрь проходящих продавщиц сладостей.

А в том, что забавный мини-директор позвал меня именно из-за ирисок в моих руках, сомнений нет. И провёл собеседование по высшему разряду, даже папины очки нацепил.

Гувернантка ему требуется, как же... Скорее, ему нужна любящая и весёлая мама, чтобы уравновесить влияние требовательного и властного отца и позволить мальчику хотя бы иногда испытывать маленькие радости. О том, что наш директор отец-одиночка, известно всем, как и о том, что он крайне щепетилен в выполнении своих отцовских обязанностей. Смутно припоминаю, что они с сыном однажды были на обложке какого-то журнала. В одинаковых костюмах, деловые и роскошные мужчины, идущие по городу. Только тогда его сыну было всего года три-четыре.

Я никогда особо не интересовалась директором компании, так как, кроме договора аренды, нас с ним ничего не связывает. И я никогда не была знакома с ним лично.

Однако забавная обложка того журнала какое-то время висела в фойе и запомнилась мне.

Вспоминаю и улыбаюсь.

Несколько знакомых женщин заходят в магазин и устремляются прямиком к стойке с шоколадом. Во второй половине рабочего дня это обычное дело, многим нужна энергетическая подпитка.

Как обычно, мы шутим с ними, что мне пора закупать килограммовые плитки шоколада, чтобы уж не мелочиться, когда дверях появляется.

Мистер прекрасный и ужасный.

Великий начальник спустился с Олимпа в одиночестве и пришёл по мою душу. Не иначе как запер своего сына, чтобы тот не приглашал в кабинет других подозрительных кандидаток в гувернантки.

Женщины толкают друг друга локтями, перешёптываются, как будто не понимают, что директор это слышит и замечает.

Однако он не удостаивает их взглядом, подходит сразу к прилавку. Принюхивается и морщит нос. Ему не нравится запах конфет, видите ли.

Достаю цветную карамельку из цветной коробки и демонстративно кладу ее в рот. А что? Ему можно меня раздражать, а мне его — нет? Скажу честно: аренда в центре города очень высокая, а доходы у меня не очень, поэтому если гроза сладкоежек выгонит мой магазинчик радостей из своего здания, то, возможно, это и к лучшему.

Арендую место поскромнее где-нибудь в школьном районе, там конфетный бизнес никогда не пропадёт.

— У вас найдётся несколько минут для разговора? — спрашивает он официальным тоном.

— Да, конечно.

К нам подходят нагруженные шоколадом подчинённые директора. Он смотрит на них так пристально, словно запоминает каждую в лицо, чтобы в будущем уволить за неположенные пищевые пристрастия.

— Шоколад полезен для здоровья. Он придаёт сил и бодрит, — говорю, глядя на него с улыбкой, которую он, конечно же, не возвращает.

— А ещё он стимулирует умственную деятельность и помогает работать лучше! — с весёлым намёком говорит одна из женщин, глядя на начальника с открытым обожанием.

Чего тут, спрашивается, обожать? Чтобы согреться с таким арктическим мужчиной.

придётся ложиться в постель в пуховике и шапке-ушанке.

— От шоколада активнее вырабатывается гормон счастья. — Ещё одна сотрудница кидает на босса очарованный взгляд.

Он на секунду закрывает глаза. Бедняга! Представляю, как ему хочется высказаться по поводу гормона счастья и пристрастия к сладкому!

Однако он берёт себя в руки и не комментирует сказанное. Одаривает сотрудниц царственным кивком.

4.

Заплатив, покупательницы уходят, и тогда директор с намёком показывает на дверь.

Он хочет, чтобы я закрыла магазин, чтобы с ним поговорить?!

— А как же мой бизнес? — спрашиваю, складывая руки на груди.

— Я у вас что-нибудь куплю.

Делаю приглашающий жест рукой.

— Мне безумно интересно, что вы выберете.

— Может, сначала поговорим? — Брезгливо оглядывает полки со всевозможными сладостями, сувенирами и прочими дивными маленькими радостями.

— Если вы хотите, чтобы я закрыла магазин ради разговора с вами, то сначала сделайте покупку.

Очень стараюсь, но не могу избавиться от улыбки. Чудной он... Поэтому и шалю, подшучиваю над ним.

Кто ж его так заморозил? Жалко мужика, честное слово, но у меня тут не благотворительное заведение.

Берёт с полки первую попавшуюся упаковку, кладёт на прилавок и достаёт бумажник.

— Очень хороший выбор! — цокаю языком. — Дружеский браслет — это замечательный и трогательный подарок.

— Дружеский? — усмехается. — И что в этом браслете такого дружеского, позвольте спросить?

Достаю браслет из упаковки и разделяю его надвое.

— Вот смотрите. Одну половину браслета вы носите сами, а вторую дарите своему лучшему другу, как будто делитесь с ним или с ней половиной своего сердца.

Не знаю, что элит его сильнее, — широкая улыбка на моем лице или злосчастный дружеский браслет, от которого он шарахается, как он чумы.

Расчленив меня взглядом, убирает бумажник в карман. Отказывается от покупки видите ли!

— Я дам вам бесплатный месяц аренды