Избранная для опасных ректоров - Саша Май

— Держи! — приказывает она, кидая его мне.

Я ловлю машинально, рассматриваю, поднимаю ошарашенный взгляд. Я все ещё не хочу верить в это.

— Зачем? — голос уже дрожит — подтверждаются худшие опасения.

— Переоденься! — приказывает она.

— Зачем, Тиса? — спрашиваю я сдержанно.

— К Риэльтам пойдешь, — бросает она.

— Нет, — отвечаю твердо и кладу платье на стол.

— Что ты сказала? — голос Тисы начинает змеино шипеть.

— Мы договаривались, что я не хожу к клиентам, — выговариваю строго. — И ты меня отпустишь, когда я подрасту.

Она сужает зрачки до вертикальных черточек.

— Мы договаривались, что я подожду удобного случая, чтобы подороже продать твою девственность, дрянь ты неблагодарная! — Тиса повышает голос и вытягивается на змеином хвосте, становясь на полметра выше меня. — Так что сейчас взяла платье и переоделась. Иначе пожалеешь!

— Но… — во мне вскипает возмущение, смешанное с паникой.

— Ты десять лет сидела на моей шее, не принося ни копейки! — гремит Тиса. — Пришло время платить!

В кровь впрыскивается адреналин, ладони потеют.

Она не оставляет выбора. Остается только бежать. На девять тысяч кредитов я не улечу с Унуара, но смогу затеряться и, возможно, прибиться к экипажу какого-нибудь корабля.

— Хорошо, Тиса, я переоденусь, — произношу с дрожью от мгновенно охватившего меня мандража — я десять лет не выходила на улицу. Страшно.

Сгребаю платье, сжимаю в кулаке.

— Я выйду и сделаю это в туалете.

— И сразу сюда, ясно? — с рыком выговаривает она.

Я киваю.

Выхожу в коридор, делаю пару спокойных шагов, пока дверь закрывается, а потом бросаю платье и срываюсь с места. Бегу вниз. Надо успеть, пока она не спохватилась. Надо успеть выбежать за двери. Там хотя бы свидетели. Прохожие.

Неудобное платье служанки прямое в пол мешает сделать широкий шаг. Подтягиваю подол до бедер, несусь не разбирая пути. Выбегаю на первый этаж, пролетаю мимо Рольта, который везет со стаффа тележку с посудой и полотенцами. Почти сталкиваюсь с Димарой, выходящей из бара с подносом еды. Отскакиваю и уже вижу выход.

Двери на улицу в нескольких шагах!

И вдруг острейший удар током пронзает шею, сбегает по позвоночнику и застревает в тазовых костях. Ноги подкашиваются. Я падаю и, когда ток отпускает, стону. Больно до искр из глаз.

Тихий шорох нага-охранника струится по коридору в мою сторону. Не смотрю на него.

Вижу только дверь. Совсем рядом. Не то что выход за неё гарантирует мне свободу, но я исступленно хочу туда.

Я пытаюсь встать, чтобы сделать ещё рывок, но меня пронзает второй удар тока. Гад держит дольше. Меня снова парализует. Снова лютая боль.

Ток наконец выключается. Я едва могу шевелиться. Тело ватное и непослушное.

Охранник невозмутимо сгребает меня с пола, взваливает на плечо и разворачивается к лестнице.

Вскоре я снова оказываюсь в кабинете Тисы. Наг ставит меня на пол, поддерживает за локоть. Второй подползает, тоже берет за руку. Их массивные хвосты сворачиваются колодами под телами.

— Надеюсь, тебе было больно, дрянь! — злорадно шипит она. — Сорвать с неё одежду!

— Нет! — взмаливаюсь я. Это противно так унижаться, но я в отчаянии. — Не надо, прошу…

— Выполнять! — гаркает Тиса.

Охранники рвут на мне платье, затем сдергивают белье. Я могла бы воспротивиться, но знаю, что снова получу удар током. Мое тело отказывается причинять себе столько боли в третий раз.

Тиса подходит.

— Руки подняла! — приказывает, и я подчиняюсь.

Слез нет. Только затаенная злость. Булькающая в желудке ярость. Но они сильнее. И у них пульт от шокера в ошейнике.

Тиса натягивает на меня платье. Оно красивое, но совсем не скрывает тело. Через него почти все видно.

Щеки мгновенно становятся горячими, а руки так и норовят соединиться внизу живота.

— А теперь идем, продадим тебя Риэльтам, — Тиса потирает руки от радости.

3

Теина

А я… осознаю, что придется подчиниться. Пусть она меня им продаст. Я буду кусаться и брыкаться, вырываться изо всех сил, взбешу их настолько, что они разнесут этот бордель по камешку!

Купальня парит от жара, свет проходит сквозь тонированные окна, блестит на воде в бассейне, плеск разлетается эхом. Я иду первой, за мной — два нага-охранника шуршат чешуей по мрамору. Сбоку — Тиса. Шипит от предвкушения, как змея, нашедшая свою жертву.

Платье тонкое и легкое, но липнет к телу и обнажает бедра при каждом шаге. Ткань такая прозрачная, что мне стыдно даже дышать.

Те пугающие хищники всё ещё в воде. Всё так же беседуют, но на звук нашего приближения поворачивают головы.

Тиса подталкивает меня локтем.

— Вперёд. Покажись им. Соблазни, — она понижает голос: — Если утром останешься девственницей, скормлю аксунам, поняла?

Содрогаюсь от этой угрозы. Эти рыбы водятся в сточных водах и пожирают все, что похоже на органику. Моя смерть будет ужасной и останется незамеченной, потому что аксуны не оставят даже зубов.

Я сглатываю и выхожу на край бассейна, сцепив руки спереди.

Мужчины смотрят на меня оценивающе. Узнали.

Тёмный скользит по мне янтарным взглядом, горячим как пламя. Светлый, чуть более высокий, ледяной и неподвижный, как если бы у статуи вдруг открылись глаза, поднимает уголки губ.

Я прячу взгляд и вдруг слышу.

— Посмотри на нас, малышка, — это, кажется, тёмный, в низком голосе приятная хриплость.

— Как тебя зовут? — добавляет светлый ласково.

Я поднимаю глаза, краснею, губы не слушаются.

— Теина, — шепчу.

— Хорошее имя, — кивает тёмный. — Теина. Очень подходит. Я Кориан.

— А я Талис, — добавляет светлый.

А я думаю, что мне нет никакого смысла запоминать их имена.

Тиса выползает вперед.

— Хотите эту красавицу, джентльмены? — произносит она нараспев. — Девственница. Ждала именно вас. Цена — всего сто тысяч кредитов за ночь!

Они молчат, переключают внимание на неё.

— Это считай даром, если учесть, что она землянка и не тронута! — добавляет Тиса. — Я долго её берегла! Берите, не пожалеете!

Они снова молчат. Теперь смотрят на меня. Темный тянет носом воздух, светлый будто изучает мое лицо.

— И если что… — Тиса добавляет голосу загадочности. — У нас есть медицинское оборудование! Стопов никаких, кроме убийства, конечно!