Ночь гнева - Андрей Александрович Васильев

— Выглядишь не очень, — заметила Маша, — заездили тебя совсем.

— Спасибо за сочувствие, — не особо маскируя иронию, ответил ей Олег, — но у нас в отделе много разного случилось, потому мы все сейчас там не очень выглядим.

— А, ну да. — Остапенко сочувственно покивала. — У вас же начальника застрелили недавно. Блин, ужас, конечно.

— Ужас, — снова согласился с ней Ровнин. — Так для чего звала? У меня времени в обрез.

— Что желаете? — поинтересовался подошедший к столику официант.

— Кофе, — ответила девушка, дождалась, пока он отойдет, и спросила: — С какой новости начать?

— С хорошей.

— Обе хорошие, — рассмеялась Маша, — но неравноценные. Одна попроще будет.

— Вот с нее и стартуй.

— Мы с тобой идем на концерт. — Остапенко щелкнула застежкой сумочки и достала из нее два белых прямоугольника с надписями «Пригласительный билет».

— Самое время, — согласился с ней Олег. — Только его мне сейчас для полного счастья и не хватает. Живу скучно — сил нет!

— Это не просто концерт, а статусное мероприятие, — возмутилась девушка. — Там все начальство будет. А! Я поняла! Ты настолько заработался, что забыл, какой праздник на носу.

— Праздник? — Ровнин потер лоб. — Какой праздник? Ты про седьмое ноября, что ли?

— Про десятое, дурачок! — рассмеялась Маша, перегнулась через столик и щелкнула его билетами по носу. — День милиции. А это пропуск на концерт, который к нему прилагается. Между прочим, ого-го какой, там все звезды соберутся и нас чествовать станут. Причем обязательно кто-нибудь на себя нашу форму напялит, каждый год такое случается.

— За форму обидно, — заметил Олег, кивком поблагодарил официанта, который принес ему кофе, и выхлебал одним махом полчашки. — Не заслужила она такого.

— Не думала на эту тему. Но мы с тобой пойдем туда не песни слушать.

— А зачем тогда? — Маша все же смогла заинтересовать Ровнина своими дальними заходами.

— Знакомства полезные заводить, — мило улыбнулась девушка. — И вот тут мы плавно переходим к первой новости, самой главной.

— Удиви меня.

— С удовольствием. — Остапенко извлекла из сумочки сложенный вдвое лист бумаги и ручку. — Ознакомься и подпиши.

— Я просил меня удивить, а не напугать, — сообщил девушке Ровнин, но листок все же взял и развернул. — Что тут?

Если бы он устал чуть меньше, то, возможнее, быстрее бы среагировал на фигурировавшие в документе формулировки вроде: «в связи с невозможностью в данный момент применить полученные знания и умения в полной мере» и «прошу перевести меня», а так это заняло почти две минуты. Именно столько понадобилось Олегу, чтобы полностью осознать прочитанное.

— Все уже решено, — тем временем щебетала Маша. — Папка отправил кучу запросов по тебе, все с грифом «срочно». Дольше всех, между прочим, твой Саратов копался. Но все ответы пришли, все положительные, так что волноваться не о чем. Наверху все согласовано, должность тебя ждет. Сразу после оформления, кстати, третью звездочку получишь, этот момент тоже проговорен. А ближе к новому году и меня туда же переведут.

— Да что ты? — восхитился Олег, медленно проговаривая слова.

— В другое подразделение, конечно, не в твое, — уточнила девушка. — Совсем вместе не получится. Супруги в одном отделе служить не могут, ты же знаешь, такое только в кино бывает. Но в то же управление, конечно.

— Вот досада, — опечалился Ровнин, которого после только что прочитанного и услышанного слово «супруги» уже совершенно не смутило. — Эх!

Блин, значит, это все-таки Остапенко-старший шустрил насчет него. А он-то себе напридумывал! И, главное, сразу ведь эту возможность со счетов списал как изначально невозможную. А оно вон как — и невозможное возможно. Причем Аркадий Николаевич, выходит, докопался-таки до истины, просто не успел ему про это рассказать.

Хотя сделку с Ленцем все равно напрасной не назовешь. Ну да, запрос шел от чекистов, но Алирзаев все равно узнал бы, что к чему. Не от ведьм, так от кого-то из саратовских кадровиков. Слишком уж неплохая была награда для того, чтобы подобные сведения бесхозными надолго оставались.

Хотя это уже неважно, поскольку все, что могло случиться, — случилось. Неугомонный Равиль мертв, одна половина его банды тоже, вторая в данный момент на нарах парится за то, что приятелей своих постреляла, так что бояться больше некого. Можно даже домой съездить при оказии, родителей повидать и куртку зимнюю забрать.

Вот только когда такая оказия выдастся — поди знай.

— Олег, я не понимаю, — сдвинула брови Маша. — Что не так?

— Все не так. — Ровнин аккуратно вернул листок в первоначальное состояние и протянул его девушке. — Абсолютно. Я не буду ничего подписывать.

— Ты дурак? — искренне удивилась его собеседница. — Или я что-то не так объяснила?

— Почему? Все понятно.

— Так в чем дело?

— Мне не надо, — чуть подался вперед Олег. — Понимаешь? Меня и сейчас все устраивает.

— Ладно, — явно давя в себе желание повысить голос, произнесла Маша. — Давай еще раз, поподробнее. Наверху принято решение в следующем году создать новое управление, которое начнет заниматься преступлениями, связанными с компьютерами и всем таким прочим. Этого добра в стране все больше, а преступники у нас не дураки, новые технологии осваивают быстро, так что без специальной службы контроля не обойтись.

— И? — поторопил замолчавшую было девушку Ровнин.

— Новое управление — огромные перспективы. Все с нуля, у всех равные стартовые позиции. Ну, почти у всех, про руководство мы не говорим. Но все равно там сказочные перспективы открываются. Олежка, да такое случается раз в сто лет! Папка сказал, что при его поддержке, должном рвении и с учетом того, что через пару-тройку лет управление «К» станет невероятно востребованным, ты карьеру можешь сделать на раз-два. Генералом за десять лет, разумеется, не станешь, но маленькие звезды на большие сменить за это время вполне реально. На погонах, имеется в виду.

— А почему «К»? — заинтересовался Олег.

— Что — «К»?

— Ну, ты сказала — управление «К». Почему?

— Понятия