Суетящийся демон. Книга 2 - Антон Гусев

— А что вы делаете для Вагунту взамен? Что он требует от вас?

— Ничего особенного. Каждый чёрный или белый проходит специальный обряд, приносит клятву верности Вагунту почти с самого рождения. За это он защищает нас и даёт возможность жить здесь.

«Ты слышал, Тимофей⁈ Если я правильно её понял, этот Вагунту — чёртов сатан, который законтрактовался с целой территорией, став её богом уже довольно давно! Представь себе его силу, сколько поколений людей жили и умирали здесь. А ещё эта игра в чёрных и белых…»

«Мудрый сатан этот Вагунту, судя по всему, и очень могущественный. Изолировал себя здесь от всего мира, устроив террариум, населённый людьми, и развлекается как хочет. Почему мне самому не пришла в голову такая идея?»

«Ты бы променял меня на пару сотен туземцев? Суетящийся предатель».

«Душа есть душа, хозяин. Хотя каждая душа имеет свой… вкус, но люди, поставляющие свои души из поколения в поколение… Это просто мечта».

Довольно быстро группа охотников с пленниками прибыла на место. Лагерь племени разбился у подножья бетонной полуразрушенной шестнадцатиэтажки с одним подъездом, вход в который закрывала массивная железная дверь с кнопочным кодовым замком. Поселение представляло собой ряд хижин, собранных из веток и листьев, каких-то ям и множества человеческих костей.

Основная же масса черепов использовалась для невысокой стены, тянущейся от башни в обе стороны, разделяя остров на две равные половины. По ту сторону стены жили белые. Они находились так близко, что Евклид даже мог расслышать их голоса и увидеть на верхушках деревьев за бетонным строением блики света от их костров.

Вокруг Тимофея и Евклида собралась толпа. Туземцы тянули руки к ним, стремясь коснуться одежды, оставляя на и так уже изрядно испачканной белой рубашке Евклида серые следы. Особенно их интересовала обувь и галстук молодого человека, а у сатана всем пришлись по душе волосы.

— Кого ты привела к нам, Ири? — в свет костра вышел мужчина. Его властная поза и голос, а также необычный головной убор из веток выдавали в нём того самого вождя.

— Муж мой, я привела мальчика и его юродивого братца. Мы нашли их на берегу, сидящими на песке. Говорят, они ничего не знают про белых и чёрных, а прибыли прямо из божественный пустоты Вагунту, чтобы познакомиться с ним лично. Вот этот, с куском яркой материи на шее, хочет бросить тебе вызов, убить тебя и познакомиться с нашим богом.

— Не совсем так… — вмешался Евклид.

— Они действительно не похожи на местных. Давай накормим их нашей едой и поговорим. А после устроим смертельную битву, победитель в которой получит право общаться с Вагунту. Садитесь!

Их устроили рядом с костром напротив вождя. Вокруг расселось всё племя. Евклиду и Тимофею дали в руки деревянные тарелки с ложками и налили похлёбки.

— Что это? — с подозрением спросил молодой человек, видя плескающееся в мутноватой жидкости мясо.

— Мой дядя одарил нас сегодня пищей, — раздался голос молодого туземца. Он скончался своей смертью, доставив нам наслаждение.

— Скончался? Сколько дней назад? — Евклид, подавив рвотный позыв, отставил тарелку в сторону. Тимофей же с интересом отхлебнул пару ложек.

— Дней? Что ты имеешь ввиду пришелец? — вождь с удовольствием наворачивал похлёбку, не сводя глаз с незваных гостей.

— Ну солнце у вас тут сколько раз выходило и заходило? — он поводил по небу пальцами, изображая ход светила.

— Солнце? Небо всегда одинаковое. Пустота и свет Вагунту — вот всё что у нас есть.

— То есть у вас тут всегда ночь? — Евклид читал на лицах аборигенов полное непонимание. — На небе всегда вот так, как сейчас?

— Да, верно! Лучшее небо! Небо, которое даёт нам наш бог.

Евклид лихорадочно соображал как сформулировать вопрос так, чтобы выяснить побольше подробностей.

— Дом Вагунту, — он показал на многоэтажку. — Как давно он здесь? Судя по черепам вокруг, вы живёте здесь уже много поколений, но строения подобного типа появились совсем недавно.

— Я не понимаю всех слов, которые выходят из твоего рта, пришлый. Насколько я тебя понял, тебя интересует как давно бог живёт в этом доме. Я отвечу. Он жил здесь когда я был вот таким, — он указал на младенца, которого укачивала в руках одна из женщин.

— Вагунту перебрался на вершину когда я была как этот младенец, — подала голос пожилая женщина. — Небо разверзлось и дом нашего бога обрушился прямо сюда. Бах! До этого в центре острова всегда была глубокая священная пещера и бог жил там.

«Похоже реликвия находится под домом, Тимофей. Края острова равноудалены от этого места, значит реликвия в доме. Но сам дом появился уже после создания территории».

— Не слушайте её, старуха не в себе, — поднял руку вождь. Я — Ирей, вождь нашей священной земли. Вы задали вопросы. Теперь я задам. Что вам нужно от нашего бога?

— Мы хотим покинуть это место. У нас есть свой дом, там, наверху. Мы не знаем далеко или близко он к вашему пузырю… то есть к вашему острову. Возможно Вагунту сможет нам помочь.

— Почему вам не хочется остаться здесь? Наш бог создал идеальный мир для людей.

— М… — замялся Евклид, — даже не знаю с чего начать… Боюсь вообще ничего из сказанного вы не сможете понять и принять… Мы должны спросить разрешения у Вагунту! Если он позволит, мы сможем поделиться с вами знаниями.

Вождь отрицательно покачал головой:

— С ним могу говорить только я. Тебе надо победить меня, если ты хочешь говорить с богом.

— Пусть будет так. — Евклид встал стараясь отодвинуться подальше от тарелки с отвратительным угощением. — Сражение говоришь? Как будем драться?

— Известно как. Создать арену и принести священные камни!

Туземцы заухали и расползлись по сторонам. Какой-то старец принёс длинную тонкую жердь и очертил ей круг возле костра.

«Хозяин, может просто убьём их всех, вырвем дверь и познакомимся с богом? К чему эти ритуалы с низшими людьми?»

«Хочешь сделать Вагунту сильнее ещё на сотню человек? Сто контрактов разом это, пожалуй, слишком. И вообще меня в дрожь бросает от мысли, что придётся остаться с этими дикарями навсегда. На территории, где никогда не наступает день, даже иллюзорный. Нужно найти способ покинуть это место и кажется, что сущность, которая находится на вершине этого здания — наш единственный шанс».

Правила сражения за статус вождя были весьма просты. Битва проходила строго внутри круга,