На два импульса - Амалия Мо

На миг в его взгляде что-то скользнуло. И я поняла: он всё слышит. Он всё чувствует. Просто пытается утопить это глубже, чем сам способен выдержать.

– Лучше бы ты умер, – прошептала я глухо, закрывая глаза. – По-настоящему. Тогда бы у меня хотя бы осталось что-то светлое. А теперь…

– Я не могу быть с тобой ради твоей же безопасности. Без лекарства… это всё равно что жить с диким зверем, который будет пытаться тебя сожрать.

Зло рассмеявшись, я закрыла лицо ладонями.

– Лекарство, да? Скажи Берроузу, что его умелая, изощрённая манипуляция сработала. Я достану его…

Потянувшись к ручке, я собиралась выйти, но Шард остановил, закрывая мою кисть своей. Медленно повернувшись, я столкнулась с его лицом почти вплотную, но он резко отстранился, будто потянулся к огню, но вспомнил, что это опасно.

Шард не сразу отпустил мою руку. Его пальцы были холодными. Я ощущала лёгкую дрожь даже сквозь перчатки.

– Не нужно, – глухо выдохнул он, отводя взгляд. – Не ради меня.

– Не льсти себе, – прошептала я, выдёргивая ладонь. – Я делаю это ради себя. Ради того, что осталось от меня после тебя. Считай, прощальный подарок за нашу любовь… Чёрт, Логан, я ведь так любила тебя… Неужели это не стоило того, чтобы попытаться хотя бы всё объяснить?

Голос срывался на крик, но я держалась из последних сил.

– Из-за тебя я стала донором, попала к первокровным. Меня едва не сожрали заживо. Я не могу иметь детей. Не могу спать с другими мужчинами… – после этих слов он поморщился, будто ему было до этого какое-то дело. – И из-за тебя сейчас я буду шпионить за Морвелями, выискивать и врать. Ты до сих пор на первом месте. Всё… только ради того, что я ещё не могу забыть тебя.

Он поднял глаза.

– Я не просил тебя… – с тяжестью выдохнул он. – Не просил тебя делать всё это.

– Зато ты молчал, когда должен был кричать. Ты мог бы просто сказать: «Я жив. Мне плохо. Я стал монстром». Я бы поняла. Я бы пришла. А ты просто исчез.

Он опустил голову. И всё, что я услышала, это его глухое, почти неразличимое:

– Я хотел, чтобы ты жила. Без меня. Без этой боли.

– А ты, значит, думал, что знаешь, как мне будет лучше, – горько усмехнулась я. – Как все они. Как Берроуз. Как Морвели. Спасибо, Логан. Превосходный выбор. Только знай: с этого момента я тоже выбираю. Ради себя. Не ради любви. Не ради тебя. Только ради того, что от меня осталось.

Я потянулась к двери. И он больше не удержал меня. Дождь мгновенно ударил по коже, будто пытаясь смыть всю боль, что больше не умещалась внутри.

1

Три месяца спустя

В дом к Морвелям мы с Лидией приезжали только по выходным.

В будние дни мы старались целиком сосредоточиться на работе, часто задерживаясь допоздна, но я не жаловалась, наконец-то получая удовольствие хоть от чего-то. Плюс постоянное утомление помогало лучше заснуть.

Как только голова касалась подушки, я моментально выключалась. Случались, конечно, огрехи в системе, когда я до самого утра сжимала подушку на лице, чтобы заглушить крики, но это было не так часто.

– Отведаете стейк из лосося, мисс Деваль? – услужливо спросил сотрудник, кивая на блюдо.

Недавно я узнала, что мужчину, который обслуживал гостей за столом, зовут Клод. Он отвечал за составление меню, закупку продуктов и организацию всех бытовых мелочей на кухне.

– Да, спасибо. И вина, Клод. Самого дорогого, что хранится в погребах этого дома.

Венера подняла на меня взгляд, всем видом выражая удивление. На моих губах растянулась улыбка.

С тех пор, как мать семейства мягко намекнула, что я стала здесь лишней, мне доставляло удовольствие выводить её. Ненависть к ней никуда не ушла. Ей было плевать, чего я лишилась, а мне было плевать, чего лишится она… Вино лишь малая часть того, на что я собираюсь покуситься этим вечером.

Медленно, так, чтобы женщина заметила, я перевела взгляд на Демиана и подмигнула ему. Пусть чувствует, как её идеальный фасад медленно трещит. Она могла бы быть умной и отстранённой, но она мать. И никакая женщина не вынесет, когда другую принимают в её доме за свою. Даже если всё это обязанность.

Голубоглазая стена оставался холодным в присутствии своей семьи, но я прекрасно знала, каким он может быть на самом деле. Память подбросила брёвен в пламя воспоминаний: его пальцы на моей талии, на шее, на бёдрах.

В животе вспыхнуло предательское тепло, но едва оно прокатилось вниз, как тут же его смыло чужой болью. Тяжёлой, вязкой волной. Я не смотрела на клыкастого, не метнула ни одного взгляда в его сторону. Но этого и не нужно было, я чувствовала.

Конечно, ему это не нравилось. Конечно, первокровный чувствовал каждую искру, которая вспыхивала между мной и Демианом. Чувствовал и не мог ничего сделать. Ведь я выбрала. Я сама пришла к его брату. Сама отдала ему то, что предназначалось для другого.

И от этой боли внутри него пульсировало так, что я едва не качнулась. Она не была злостью. Не ревностью. Это была утрата. Ужасающая, опустошающая. В его мире не существовало второго шанса. Не было иной женщины. Не было иного пути. Только я. Только связь, начертанная богами и впаянная в кровь…

– Как твоя работа? – Астория заговорила, специально заставляя меня обратить на неё внимание.

Улыбка получилась выдавленной, но я старалась. Блондинка очень помогла мне, я бы даже сказала, что спасла. Если бы не лекарство, которое удалось разработать специально для меня, я бы наверняка… либо спилась, либо сдалась и примчалась к клыкастому скуля, что не справляюсь.

– Всё стабильно, – ответила я, – иногда даже слишком.

Препарат на основе крови Демиана помогал избавиться от привязки. Я не чувствовала болезненной пустоты, не корчилась в бессонных ночах от потребности быть рядом, не сходила с ума при одной мысли о прикосновениях клыкастого. Всё стало… тише. Шум в голове, этот постоянный фон желания, наконец-то