Семья после ПТСР. Как стать родителем своей мечты - Робин Кословиц

Опираясь как на свой личный опыт, так и опыт работы детским психологом, Коcловиц делится мыслями, которые помогают родителям не только осознать последствия своей травмы, но и превратить эти трудности в сильные стороны. Эта книга по-настоящему меняет правила игры: из нее можно узнать о действенных инструментах, призванных помочь родителям обрести радость, здоровую привязанность и прочные, полные энергии связи со своими детьми.

Если вы когда-либо чувствовали себя обремененным своим прошлым и сомневались в своей способности быть родителями по-другому, «Семья после ПТСР. Как стать родителем своей мечты» можно сравнить с доступной поддержкой, которая нужна вам, чтобы наконец выйти из семейного сценария и стать тем родителем, которым вы всегда хотели быть. Эту книгу должен прочитать каждый родитель, готовый к переменам в своей жизни и обретению надежды на лучшее. Это та самая книга, которую ждали все современные родители».

Шимон Рассел, лицензированный клинический социальный работник

То, что мы пережили в детстве, влияет на то, как мы воспитываем наших собственных детей. А для людей, переживших травматичные события, их отголоски могут быть особенно разрушительными. Психолог Робин Коcловиц доступно объясняет связь между нашим прошлым и действиями в настоящем и предлагает конкретные и действенные рекомендации, которые помогут родителям предстать перед своими детьми в таком образе, который соответствует их глубочайшим ценностям. В этой книге дается объяснение того, почему травма может быть скрытым фактором ваших проблем в родительстве, и, что более важно, что с этим делать. Я настоятельно рекомендую эту практичную книгу всем родителям, которые хотят предать забвению свое травмирующее прошлое и перейти к большему пониманию и более доверительным отношениям со своими детьми».

Эйлин Кеннеди-Мур, PhD, автор подкаста «Дети спрашивают доктора Френдтастика».

Введение

• Переживаете ли вы за своих детей, потому что им не повезло с вами как родителями?

• Вы росли, считая себя ленивым, незамотивированным или глупым, и теперь задаетесь вопросом, как можете быть достойным родителем?

• Наблюдаете ли вы за тем, как другие родители поддерживают близкие, дружные, радостные отношения со своими детьми, и отчаиваетесь, что у вас так не получается?

• Чувствуете ли вы себя опустошенным из-за хаоса в доме?

• Вините ли себя за то, что иногда злитесь или разочаровываетесь в своих детях?

• Вам стыдно за то, как общаетесь со своими детьми?

• Считаете ли вы, что кто-то другой был бы лучшим родителем для ваших детей?

• Вы ставите перед собой цели и ценности семьи, которые отличаются от семейного сценария, и обнаруживаете, что не можете им соответствовать?

• Вы ловите себя на том, что думаете: «Я никогда не буду воспитывать своих детей как мои родители», а затем начинаете кричать, угрожать, отвергать, критиковать или наказывать – в точности как это делали они?

• Вы смотрите на других родителей, которые, как кажется, очень хорошо справляются, и молча спрашиваете себя, что с вами не так?

Если вы ответили «да» на любой из этих вопросов, вы не одни. Я была на вашем месте. вы – не ярлыки, которые на вас навешивает общество. вы не ленивы, не глупы и не являетесь никчемным или бесполезным человеком. На самом деле, ваша психологическая травма сделала вас исключительным и невероятным человеком. Как только вы поймете, что травма является всего лишь невидимым фактором, который порождает эти страхи, вам будет намного легче справиться с ними и стать тем родителем, которым вы всегда мечтали быть.

Я помогла сделать это сотням родителей. Потому что сама преодолела этот путь. Мою историю можно рассказать в четырех частях.

Часть I

Травма потери

Травма потери – это то, чего у меня не было, потому что я выросла с болезненным и хрупким родителем. Я самая младшая из четверых детей, и, к тому времени, когда мне исполнилось пять лет, трое моих старших братьев уже начали свою самостоятельную жизнь. В каком-то смысле я росла единственным ребенком в семье.

У моего отца было очень тяжелое заболевание сердца, о котором я знала с тех пор, сколько себя помню. Первый эпизод случился с ним, когда мне было пять лет. Я хорошо помню этот случай, потому что долгие годы считала, что он произошел по моей вине. До того момента отец был физически сильным мужчиной. Он любил брать меня на руки и сажать на холодильник. Однажды, во время игры, когда я снова оказалась на холодильнике, он схватился за грудь. Это было начало: поездка в больницу, постановка диагноза и годы наблюдения у врачей.

Вплоть до его смерти мои родители находились в постоянном стрессе. Несмотря на то, что они были отзывчивыми и преследовали только благие намерения, я всегда чувствовала давление с их стороны: во-первых, они должны мной гордиться, во-вторых – я никогда не должна расстраивать отца. Я знала, что если он рассердится, то схватится за грудь, что страшно всех пугало. Я также знала, что, когда ты живешь с человеком, страдающим хроническим заболеванием, остальные члены семьи заняты тем, чтобы он чувствовал себя хорошо, и пытаются справиться самостоятельно со своими тревогами. Не то чтобы моя мама была эмоционально незрелой; она была замечательной матерью. Она усердно работала, чтобы увеличить семейный доход, и очень внимательно относилась к моим потребностям, но она чересчур сильно беспокоилась и защищала меня еще до болезни моего отца, и в ее жизни не было возможности находиться в других стрессовых ситуациях. Таким образом, я упустила опыт познания окружающего мира, который могли попробовать другие дети (иногда терпя и поражение, ведь это тоже часть жизни), потому что я знала, что не могу позволить себе заставить ее волноваться.

Следовательно, многие ключевые события детства попросту не произошли со мной, хотя мне казалось, что моя жизнь была нормальной, и я в основном испытывала счастье. Например, я никогда не играла с другими детьми. Я никогда не ходила на детские площадки, меня не учили многим видам спорта или игровым навыкам, которые были у детей моего возраста. Вместо этого, в четыре года я научилась самостоятельно читать. Поэтому, когда другие дети моего возраста играли на улице, я лишь удваивала свои навыки в том, что я уже умела хорошо делать. Я была очень занята