На музыке. Наука о человеческой одержимости звуком - Дэниел Левитин

Темп служит главным фактором в передаче эмоций. Песни с быстрым темпом обычно считаются радостными, а с медленным — грустными. Конечно, это чрезмерное упрощение, но оно работает в поразительно широком диапазоне обстоятельств в разных культурах на протяжении всей жизни человека. Большинство из нас замечательно запоминает темпы. В эксперименте, который мы с Перри Куком опубликовали в 1996 году, мы попросили людей спеть по памяти свои любимые песни из поп- и рок-музыки. Нам было интересно узнать, насколько точно они воспроизведут темп оригинальных записей. За единицу измерения мы взяли отклонения в темпе, которые может определить на слух среднестатистический человек. Они составили 4 %. Другими словами, если у песни темп 100 долей в минуту и он меняется в интервале между 96 и 100 долями в минуту, то большинство людей, даже профессиональных музыкантов, этого изменения не заметят (за исключением барабанщиков: по роду деятельности они более чувствительны к темпу, чем остальные музыканты, потому что как раз отвечают за то, чтобы он был ровным в отсутствие дирижера). Основная масса людей в нашем исследовании — не музыканты — исполнили песни с отклонением в пределах 4 % от оригинального темпа.

Вероятно, отвечают за такую поразительную точность нейроны в нашем мозжечке, где находится система хронометража нашей повседневной жизни — она синхронизируется с музыкой, которую мы слышим. Следовательно, мозжечок каким-то образом может сохранять «настройки» этой синхронизации, а потом вспоминать их, когда мы исполняем песню по памяти. Таким образом, когда мы поем, то ориентируемся на воспоминание о предыдущем исполнении песни. Базальные ядра, которые Джеральд Эдельман назвал «органами последовательности», почти наверняка тоже участвуют в формировании ритма, темпа и метра.

Понятие о метре относится к ритмическому рисунку долей, или размеру. Обычно, когда мы притопываем или хлопаем в ладоши в такт музыке, одни доли звучат сильнее, чем другие. Кажется, что исполнители играют какие-то доли громче и тяжелее. Более громкая, сильная доля кажется главной, за ней идут другие, слабые доли, которые кажутся второстепенными, а потом снова идет сильная и т. д. Во всех известных нам музыкальных системах есть рисунки расположения сильных и слабых долей. В западной музыке наиболее распространенный из них состоит из одной сильной доли и трех слабых: СИЛЬНАЯ — слабая — слабая — слабая, СИЛЬНАЯ — слабая — слабая — слабая. Обычно третья доля из четырех в одном такте звучит сильнее, чем вторая и четвертая. Существует иерархия долей, согласно которой первая получается самой сильной, за ней идет третья, потом вторая и четвертая. Несколько реже встречается ритм, при котором сильной будет одна доля из трех. Это ритм вальса: СИЛЬНАЯ — слабая — слабая, СИЛЬНАЯ — слабая — слабая. Считаем мы доли таким образом, чтобы подчеркнуть сильную: РАЗ — два — три — четыре, РАЗ — два — три — четыре или РАЗ — два — три, РАЗ — два — три.

Конечно, музыка была бы скучна, если б мы располагали всего этими двумя ритмами, а ноты приходились на каждую долю. Для большей напряженности можно вообще оставить только ритм. Вспомните песню «Twinkle, Twinkle Little Star» («Сияй, сияй, звездочка»). Ноты звучат не на каждую долю:

РАЗ — два — три — четыре,

РАЗ — два — три — пауза,

РАЗ — два — три — четыре,

РАЗ — два — три — пауза.

TWIN-kle twin-kle

LIT-tle star (пауза),

HOW I won-der

WHAT you are (пауза).

Детский стишок, написанный на эту же мелодию, «Ba Ba Black Sheep» («Бе-бе, черная овечка»), делит ритм на части. Простой ритм «РАЗ — два — три — четыре» можно поделить на более мелкие, более интересные части:

BA ba black sheep

HAVE you any wool?

Обратите внимание, что каждый слог во фразе have you any звучит в два раза короче, чем слоги ba ba black. Четвертные ноты разделили пополам, и считать мы можем так:

РАЗ — два — три — четыре,

РАЗ — и — два — и — три — пауза.

В песне «Jailhouse Rock» («Тюремный рок»), которую исполнил Элвис Пресли, а написали два выдающихся композитора, Джерри Лейбер и Майк Столлер, сильная доля приходится на первую ноту, которую поет Элвис, а затем на каждую четвертую:

[Строчка 1] WAR-den threw a party at the

[Строчка 2] COUN-ty jail (пауза) the

[Строчка 3] PRIS-on band was there and they be —

[Строчка 4] GAN to wail.

Слова не всегда точно совпадают с долями. В песне «Jailhouse Rock» первый слог слова began звучит перед сильной долей, а второй приходится на сильную. В большинстве детских и простых народных песен вроде «Ba Ba Black Sheep» или «Frère Jacques» («Братец Жак») такого не бывает. Этот стихотворный прием особенно удачно используется в «Jailhouse Rock», потому что ударение в began падает на второй слог. Если разделить одно слово на две строки, как здесь, это придаст песне еще больше движения.

В западной музыке у длительностей есть традиционные названия, как и у музыкальных интервалов. Интервал чистой квинты — понятие относительное. Его можно отсчитать от любой ноты и сыграть вторую ноту либо на семь полутонов выше, либо на семь полутонов ниже — между ними будет чистая квинта. Один такт представляет собой некое целое и обычно делится на четыре четвертные доли независимо от темпа (то есть от того, насколько музыка быстрая — при темпе в 60 долей в секунду, как в «Траурном марше», каждая четвертная доля длится одну секунду, поэтому целый такт составляет четыре секунды). Нота с длительностью в половину такта вполне логично называется половинной, а если ее поделить пополам еще раз, получатся две четвертные ноты. В большинстве музыкальных произведений популярной и народной музыки четвертная нота является основной долей — на четыре доли в такте, о которых я уже говорил, как раз приходятся четыре четвертные ноты. Про такие песни можно сказать, что они написаны в размере 4/4: по числителю дроби видно, что песня организована в группы по четыре ноты, а по знаменателю мы понимаем, что основная длительность в ней — четвертная нота. В нотной записи эти группы по четыре четвертные ноты называются тактами. В одном такте