Сосед года - Ляна Вечер

Тесть мой далеко не дурак — отлично понимает, кого вырастил. Татьяна — тяжёлый человек, не каждый мужик с ней жить вывезет. Я вывозил и даже моментами был счастлив. Пока она мне рога не наставила.

— Короче, — отодвигаю от себя стакан с нетронутым чаем, — про походы к участковому Таня забывает. А ты, папа, забываешь вставлять палки в колёса нашему разводу. Половина хаты отойдёт твоей дочери и половина машины.

— Ты настроен решительно, — Борис Николаич барабанит пальцами по столешнице. — Вся квартира и вся машина, — ставит условие.

— Хочешь, чтобы я по миру пошёл? — хмыкаю. — Нет.

— На нет и суда нет, — с улыбкой каламбурит тесть.

— Ну… я предупредил, — встаю с кресла и иду на выход.

Сколько раз за неделю Татьяну заберут на улице за проституцию? А сколько приводов в отделение по разнообразным причинам будет у её отца? Веселье начинается.

Глава 21

Не день — сказка. Настя позвонила, «обрадовала» — муж её дверь заколачивать отказывается по неизвестным науке причинам. Передвинуть буфет, чтобы закрыть её, стоит тысячу рублей. В смысле, услуги грузчиков столько стоят. Короче, не для меня удовольствие. Возможно, позже. А пока остаётся молиться, чтобы в ясную голову Орлика не пришла какая-нибудь изощрённая идея, которую он может осуществить с помощью «портала».

Сходив на укол в поликлинику, ковыляю домой и размышляю над тщетностью бытия. Этот новый год одновременно худший и лучший в моей жизни. Худший — потому что неприятности сыплются на голову, как из рога изобилия. А лучший — потому что жизнь моя меняется, и я верю — к лучшему. Я оптимистка! Стараюсь ей быть.

Поднимаюсь по лестнице к себе на этаж и слушаю, как на моей площадке двое — женщина и мужчина — обсуждают «взлом замка». Интересные дела. Чью дверь они там взламывать собрались?!

— Добрый день, — со мной здоровается красивая девушка в мутоновой шубе.

— Добрый… — отзываюсь недружелюбно.

Девушка мне улыбается, а я поглядываю на её спутника. Мужик в пуховике и вытянутых на коленках джинсах, при нём старая кожаная сумка, из которой торчит инструмент. Тип ковыряется напильником в замке двери товарища следователя. Ситуация более чем странная.

— Вы всё не так поняли! — смеётся дама в шубе. — Я здесь живу.

Она достаёт из сумочки паспорт и демонстрирует мне страницу с пропиской.

Стоп. Это что получается?..

— Вы?.. — у меня слова комком встают в горле.

— Татьяна, — тянет мне наманекюренную лапку. — А вы?

— Вероника, — без особого энтузиазма отвечаю на рукопожатие. — Я живу здесь, — киваю на дверь.

— Новая соседка! — радуется Татьяна. — Очень приятно, — снова тянет улыбку. — Меня не было в городе, поэтому мы с вами не успели познакомиться. Но моего мужа Сашу вы наверняка уже знаете.

— Знаю, да, — хмурюсь.

— Ключи потеряла, — Таня разводит руками, — Саша на работе. Не стоять же мне в подъезде до вечера. Да ещё с чемоданом, — дёргает за ручку немаленький пластиковый «гроб» на колёсиках.

— Понимаю, — хриплю почти без голоса.

— Всё, хозяйка. Готово, — «взломщик» открывает дверь квартиры Орлика. — С вас три тысячи.

Татьяна что-то щебечет, но я уже не разбираю слов — в голове гул. Она расплачивается с мужиком в пуховике, затаскивает тяжёлый чемодан домой, а я стою и смотрю. Зачем-то…

— Всего хорошего, — отмираю и торопливо ищу ключ в сумочке.

— И вам хорошего дня, Вероника. Забегайте в гости — попьём чаю, познакомимся.

— Обязательно, — бурчу и ретируюсь домой.

Стою в прихожей — в груди холодок, сердце пытается выломать рёбра, а под горлом комок. Жена у Сани красивая. Очень красивая. И она вернулась.

Сглотнув горькое послевкусие мыслей, слушаю, как за стенкой топает Татьяна. Мне сильно не по себе. Одно дело, когда мужчина, который тебе нравится, собирается развестись с женой, которая обитает где-то в Москве, и совсем другое, когда эта жена проживает с ним в одной квартире. До развода может в принципе не дойти. Женские чары — штука коварная.

Рука сама тянется в карман куртки за телефоном. Дрожащими пальцами нахожу номер Сани, нажимаю кнопку вызова и слушаю длинные гудки.

Зачем звоню? Что скажу? Сама не знаю, но вызов не сбрасываю.

— Привет, котён, — бодро отзывается товарищ следователь. — Дел до задницы, но если ты скинешь мне пару фоток в стиле ню — обещаю минут через пятнадцать посмотреть. По-дружески.

Снова сальные шуточки, но я даже в смысл юмора вникнуть не в состоянии. Меня потряхивает, а перед глазами образ улыбчивой красавицы в мутоновой шубе.

— Саш… Там… — дыхание перехватывает.

— Что случилось?

Шутки в сторону — Орлик серьёзен.

— Твоя жена приехала, — выдыхаю.

— Та-а-ак… — Саня напрягается ещё сильнее. — Ты с ней говорила? Что она сказала? — сыплет вопросами. — Да похрен вообще, что она говорит! Не верь!

— Мы почти не разговаривали. Парой фраз перекинулись и всё, — кусаю губы. — Просто она дверь не ключом открыла и…

— В смысле открыла дверь?! — взрывается Саня. — Танька в хате у меня?!

— Ну-у… да. Вызвала профессионального взломщика, и он открыл ей дверь.

— Ясно, — глухо отзывается сосед. — Значит, так… — выдыхает протяжно, — если эта фурия к тебе припрётся и начнёт нести чушь обо мне — шли её лесом. Я скоро приеду.

Саня отключает звонок, а я стою в прихожей с телефоном в руке и растерянно смотрю на погасший экран. С чего бы «фурии» ко мне приходить и нести чушь про Орлика? У меня на лбу не написано «Твой муж мне нравится».

Вздрагиваю от звонка в дверь. Господи! Чуть инфаркт не случился…

Смотрю в глазок, а в подъезде Татьяна. Саня как в воду глядел — пришла.

— Привет ещё раз, — улыбается жена Орлика, когда я открываю дверь. — Давай на «ты», да?

Шубку она успела сменить на махровый халат — вся из себя домашняя и уютная. Аж противно.

— Хм, давай на «ты», — дружелюбие из меня так и прёт.

— Здесь раньше другая хозяйка была. Настя, вроде. У нас с ней отношения не клеились. Надеюсь, с тобой, Вероника, мы подружимся, — достаёт из кармана халата шоколадку и протягивает мне.

— Настя до сих пор хозяйка этой квартиры, а я снимаю, — не спешу брать гостинец.

— М-м, понятно, — Татьяна обмахивается шоколадкой, как веером. — Настя — твоя подружка?

— К чему вопрос? — гну бровь, с недоверием глядя на жену Орлика.

— Да так… На Саню моего она засматривалась.

— Настя? — хмыкаю удивлённо. — Она вообще-то замужем.

— И что? Замужняя женщина — не женщина?

Вопрос Татьяны ставит меня в тупик. Видимо, судит людей по себе. Ну да ладно, тут дело в другом — я не понимаю, что происходит. Пришла,