Вторые - Влад Лей

— Всего трое? — удивилась женщина. — Сколько же вас всего?

Я молча покачал головой.

— Не хотите говорить?

— Нет.

— Почему?

— А если я из тебя просто все выбью? — навис надо мной тот самый Дон.

Я попытался подняться, но он, положив свою лапищу мне на плечо и надавив, заставил остаться на месте.

— Сиди, или снова по морде хочешь?

Ага! Вот, значит, кто меня там, за дверью караулил.

Я повернулся к женщине, кивком головы указал на Дона и с усмешкой сказал:

— И вы еще спрашиваете, почему я не буду вам все выкладывать?

— Верно, — кивнула женщина, — простите Дона, он…несколько несдержанный.

Дон лишь хмыкнул и что-то неодобрительно проворчал.

— Меня зовут Майя Мендони, я начальник второй шахтерской группы. Этот тип ‒ Донни Кроккет, наш мастер, специалист по стационарным добывающим установкам. Это, — женщина указала на сидящую за столом слева от нее девушку лет 28, — Арпине Хачатрян, геолог и минералог, а это, ‒ кивок вправо, — наш ремонтник и инженер Павел Денисенко.

— Можно просто Сергеич, — кивнул лысоватый мужик лет пятидесяти.

— Далее, Питер Митчелл, наш пилот.

Молодой парень с пижонской прической приложил руку к голове, будто честь отдал.

— Второй пилот ‒ Ингрид Ларсон.

Девчонка лет двадцати с собранными в эдакую волосяную шишку светлыми волосами молча мне кивнула.

— Там, у дверей, Эйтон Эпштейн и Дэвид Полтон. Дэвид — электрик, а Эйтон ‒ сотрудник СБ. Он нас и вооружил.

Она указала на двух мужиков, стоящих с оружием в руках у одной из дверей.

— То существо, что вы нашли в жилом модуле, когда-то было моим напарником, Джейкобом, — сказал Эйтон, — мы закрыли его там, когда поняли…что он…заразился.

В этот момент ко мне подошла женщина лет сорока и приложила к голове нечто прохладное и приятное. Я сразу почувствовал облегчение, боль ушла.

— А это наш врач, Марлин Вайгер.

— Рад знакомству, — сказал я, сообразив, что теперь хотят, чтобы представился я. — Эндрю Берк, можно просто Честер.

— Берк? — переспросила Марлин, в это время обрабатывающая ватной палочкой мою ссадину на лбу.

— Да.

— Вы ведь офицер, так?

— Так, — кивнул я.

Блин. Ведь не хотел сразу говорить, но следовало ожидать, что меня кто-то узнает, так что наоборот, если бы начал скрываться — это вызвало бы подозрение.

— Офицер? Ха! — тут же отозвался Дон. — Он обманщик, прямо по роже вижу!

— Заткнись, Дон, — шикнула на него Ингрид, — ты всегда слишком…

— Ай, сама заткнись! — отмахнулся Дон и, опершись на стол, опустил ко мне голову: — А доказать можешь свои права, офицер?

Я пожал плечами.

— Наверное, если ваша станция примет мой идентификатор. Только терминалы тут нигде не работают…

— Мы их отключили, — заявила Майя.

— Зачем? Быть может, объясните, что вообще у вас тут произошло?

— Не раньше, чем ты объяснишь, почему оказался здесь один и где остальные, которые с тобой прилетели, — подойдя ко мне, нависнув надо мной, принялся тыкать своим пальцем прямо мне в грудь Дон, — и мне очень интересно, как ты…

Он мне уже порядком надоел. Наглый и самодовольный, решивший, что если раз смог меня подловить, то теперь можно командовать. Знаю такой тип людей. Они всегда и всюду рассчитывают только на собственную силу. Более того, они считают, что именно сила является неоспоримым аргументом, и с ее помощью можно решить все.

Облом, дружок!

Я молниеносно вскочил, схватил руку Дона и постарался как можно сильнее, а главное эффектнее уложить его мордой на стол.

Подобного от меня он точно не ожидал. Будучи уверенным в себе, чувствуя себя хозяином ситуации, он не был готов к нападению, так что даже несмотря на то, что недавно сам получил в тыкву, и у меня все еще болело плечо, я без всяких сложностей заломил ему руку, а затем со всего маха плюхнул мордой на стол.

Он тут же завопил, остальные вскочили со своих мест, однако я отпустил Дона, и тот моментально отскочил от меня, баюкая руку, которую я ему чуть не сломал.

— Ах ты, урод! Ты мне нос сломал! — он прикоснулся к лицу и теперь удивленно рассматривал кровь на своих пальцах.

— Квиты, значит! — хмыкнул я.

— Ах ты…

Я уже стал в стойку, готовый дать отпор, однако властный голос Майи заставил Дона, уже двинувшегося на меня, замереть.

— А ну прекратить! Дон! Еще одна твоя выходка, и отправлю под арест!

— Меня?! Да ты с ума, что ли, сошла?! Этот тип накинулся на меня! Вы все это видели!

— Он просто защищался, а ты с момента, как он пришел в себя, постоянно на него давишь и угрожаешь. Что он еще по-твоему должен делать?

— Все в порядке, простите. Дон несколько несдержанный. Иногда даже удивляюсь, как его допустили к тестированию, и как он его прошел? — сказала мне Майя.

— Ай, да идите к черту все! — в конец психанул Дон. — Когда этот урод начнет вас тут мочить, позовете!

Он развернулся и вышел из отсека.

Проводив его взглядом, Майя повернулась ко мне.

— Так и все же, вы…

— Как и сказал, мы прибыли сюда на одном корабле. Мы не ожидали найти вас, хотели лишь проверить сигнал…

Я вкратце изложил все, что случилось, высказав также и свои опасения по поводу того, что случилось с моими друзьями, с кораблем.

Меня выслушали в полной тишине.

— Черт подери… — вздохнула Майя, — я уж надеялась, что ваш корабль возле станции, и вы прибыли, чтобы нам помочь…

— Так бы все и было, — мрачно заметил я, — если бы не Паскаль. Похоже, он свихнулся. Мы таких называем «пробудившиеся».

— «Пробудившиеся»? Почему?

— Вам не встречались люди, с виду совершенно сумасшедшие? Они часто сами себе режут лицо или руки, ведут себя, как полные психи.

— Мы с Эйтоном видели одного такого, — заметил Питер Митчелл, — начал кидаться на нас. Пришлось просто уйти.

— Меня такой чуть не убил, когда я пыталась ему помочь, — встряла Марлин.

— А почему именно «пробудившиеся»? — спросила до этого молчавшая Ингрид.

— Если коротко, то это люди, которые проснулись во время прохода аномалии, согласно одной из теорий. С ними что-то произошло в этот момент, и они потеряли рассудок.

— «Одной из теорий»? — переспросила Марлин. — А какие же другие?

— Есть предположение, что проход через аномалию лишь разбудил человека, а с катушек он слетел, будучи заперт в капсуле, в собственном теле.

— Хм…значит, и вы столкнулись с этой проблемой?

— Столкнулись, — кивнул я, — и с ней, и с