Знак бесконечности - Виталий Бубенин

ответу. Но вдруг, Сергей почувствовал, что тело брата холодно как лед. Оно показалось ему давно не живым, твердым и не податливым. Дыхания не было. Сергей сорвал одеяло и прижался ухом к груди брата, попутно заметив, что тот полностью одет и даже обут. Из груди Алексея не доносилось ни звука. Сергея начала бить мелкая дрожь. Потеряв полностью ощущение реальности, убитый своим горем, он начал выкрикивать что-то нечленораздельное. Вновь схватил брата за плечи и стал, изо всех сил, трясти его, потом начал хлестать его по щекам, обливая горючими слезами. Бабка Стефа упала на колени перед образами и неистово молилась, прерывая свою молитву рыданиями.

Леха открыл глаза и, тут же, все запрыгало, заплясало вокруг. Он увидел перед собой зареванное лицо брата с обезумевшими глазами, который зачем-то, изо всех сил, тряс его и лупил такие пощечины, от которых, казалось, вот-вот вылетят глаза.

— Я тебе что, груша боксерская? — справедливо возмутился Алексей, — все лицо мне избил и соплями измазал!

— Сергей на мгновение остановился, не осознав до конца сути происходящего, а поняв, наконец, взревел пуще прежнего, но с оптимизмом: — Лешка, брат, живой, сволочь!

Затем Сергей заключил его в свои объятия, чем, еще раз, чуть не нанес ему травму.

— Да перестань ты жмакать меня! — возмутился Алексей, — дай хоть в себя прийти.

Сергей отпустил брата и затараторил: — А я уж подумал, все, кранты, ты ластики склеил, а меня одного, сиротинушку, бросил. А ты, родненький, живой оказался. Да что ж с тобой стряслось, братишка, что вообще стряслось этой ночью? — закончил вопросом свою тираду Сережа.

— Стряслось, ой стряслось! — начал Леха, — такое стряслось, что не в сказке сказать, ни пером, как говорится… вот.

— Так рассказывай, не томи, — потребовал Сергей.

Леха пытался вспомнить все, что с ним произошло, но, как ни старался, ничего вспомнить так и не смог.

— Что-то со мной, было, — морщился он, — но что, не помню. Знаю одно — то, что со мной произошло, это настолько важно, насколько вообще может быть что-то важно на этой земле.

— Ладно тебе, — Сергей еще не отошел от радости, и даже счастья, — вспомнишь, может, потом. Так часто бывает. Потеряешь сознание и все, провал, а потом, бывает, вспоминается.

— Да я его, сознание, как бы и не терял, — задумался Леха, — такое ощущение, что я где-то побывал, что со мной произошло что-то очень важное, но где был, и что произошло, хоть убей, не вспомню. Но факт остается фактом — там я видел нечто, что в рамки обычного понимания не вписывается.

— Да ладно тебе! — опять повторил Сергей, — подумаешь, крутизна какая, не вписывается у него. А у меня так вписалось, что чуть не описалось, — сморозил он каламбур.

Бабка Стефа, молившаяся изначально, видимо, за упокой, увидев такой поворот событий, стала молиться теперь за здравие. Она, стоя на коленях, неистово крестилась, что-то бормоча, и била поклоны.

— Бабуля! — обратились к ней братья в один голос, — а не поведаете ли вы уважаемому собранию, — продолжал Леха, — что это у вас тут, по ночам, делается? Что это у вас тут за дяденька, глазастый такой, каждую ночь за водой ходит, да на честных людей, так нехорошо, зыркает?

Ой, хлопчики, бяда! — запричитала старушка, — у нас на веске, зауседы, ночью никто из хат не выходил. Так повелося с незапамятных времен. Люди казали, что той Николай, каждую ночь, по воду ходит. А кто яму встретится на пути, той сразу и помре. А кто на ночь дверь в хату замкне, то Николай обидится и хату испепелит, и всех в ней погубит.

— А зимой что, тоже двери настежь? — спросил Сергей.

— Не, зачиняем, али не запираем.

— Так значит, этот самый Николай жив! — сделал заключение Леха, — а где он обитает, бабуля, адресок, случайно, не подскажете?

— Про тое, хлопцы, я не ведаю, а только люди говорили, что он днем где-то, как бы, летает, а ночью, вон, ходит. И как это ты, Алеша, живым остался, никак не зразумею. Не повинен был застаться.

— Тут, видимо, есть какая-то взаимосвязь, между тем, что я пил из того колодца и тем, что со мной потом произошло.

— Ой, бяда, бяда! — вновь запричитала бабуля, — сколько тут людей жило, али, никто из того колодезя воды николи не пил.

— А я, вот, выпил, и ничего, — гордо произнес Алексей.

— Да, мы с братом такие, — поддержал его Сергей, — нам даже море бывает по колено, ну не в том, конечно, смысле.

— Ты бы помолчал, — Леха встал с кровати, потягиваясь, — профукал ночью брата. Ведь это ж надо, на посту заснул! За сон на службе знаешь, что бывает?

— Да ладно тебе, Леха, — виновато оправдывался Сергей, — сам не знаю, как это вышло. Словно кто-то тумблер выключил, щелк — и все, полный аут, отключка, мне даже сны не снились.

— Ну, вы видели этого орла? Сны ему не снились. Надо было еще этого Николая попросить, чтобы он тебе колыбельную песенку спел, типа: «Спи, вурдалачек, усни, фары свои погаси…» — издевался Леха, на мотив известной колыбельной.

— Братик, ну прости, ну прости, плиз, плиз, плиз! — вновь затараторил Сергей, — я уж по тебе так убивался, так плакал, и злился на тебя, и смеялся, и каких только чувств к тебе не испытывал. А все из-за горячей братской любви.

— Ладно, джуниор, стихни, проехали, — отмахнулся Алеша.

— Бабушка, а что это за знак бесконечности, вы не слыхали, часом? — обратился Алексей к бабке Стефе.

— Не, не чула, не ведаю, а скуль ты то взял?

— Да так, ниоткуда, просто спросил.

Ой, божечки, да что ж это я? — встрепенулась бабуся, — вы, чай, голодные, зараз я поести зроблю, — и умчалась на кухню.

— Да, проглотить чего-нибудь бы не мешало, — сглотнув слюну, мечтательно подтвердил Сережа.

Алексей прервал его мечтания: — Надо как-то эту историю до конца доводить. Уж больно все это интересно. Мне просто не терпится все проверить. Есть ряд совершенно конкретных вопросов, на которые хотелось бы получить исчерпывающие ответы.

— Ну, и какие же это вопросы? — поинтересовался Сергей.

— А вопросы такие: — первый — кто такой этот дядька страшный?; — второй — что это за колодец странный и что в нем за водица такая интересная?; — третий — что это за книга, о чем в ней написано и, в конце концов, что это за карта, или схема, или план, и какая между всем этим может быть взаимосвязь? Ну и самый главный вопрос — что мы в итоге за это получим?

— Десять лет расстрела, вечные