Коррупция. Очень краткое введение - Лесли Холмс

Формирование отношения общества к коррупции

Комплексный анализ культурных аспектов коррупции в той или иной стране или в том или ином регионе должен учитывать, как и при каких обстоятельствах формируется отношение общества к коррупции как к проблеме. Некоторые исследователи (Андраш Саджо и др.) полагают, что проблема коррупции во многих переходных и развивающихся странах намеренно раздувается развитыми западными странами в их собственных корыстных интересах. Хотя нельзя отрицать, что в развивающихся странах действительно много коррупции, Садж заходит слишком далеко, когда говорит, что в отличие от критиков с Запада самих граждан переходных стран проблема коррупции волнует значительно меньше. Но результаты опросов в этих странах показывают, что он преувеличивает масштаб безразличия к коррупции в них.

Существует и другой аспект отношения общества к коррупции[24], о котором стоит сказать. Ряд аналитиков справедливо подчеркивают, что коррумпированные официальные лица зачастую меньше подвергаются общественному осуждению, чем обычные преступники, давая этому следующее объяснение: мы склонны наклеивать различные ярлыки на разные преступления. Организованная преступность обычно воспринимается как «отвратительный криминалитет» (черная преступность), в то время как преступления (в широком смысле этого слова), совершаемые госслужащими, в том числе коррупция в различных формах, считаются «приличными» (белая преступность). На самом деле грабитель может ограбить и этим травмировать лишь небольшое число людей, тогда как коррумпированный бюрократ (или официальный представитель власти, если мы используем широкое определение коррупции) может нанести ущерб сотням, тысячам, а в некоторых случаях даже миллионам людей. Такое отношение общества к коррупции может приводить к тому, что наказания за нее не будут соответствовать масштабу наносимого ею ущерба.

Сформировавшееся в обществе отношение к тому или иному нарушению закона, согласно которому «приличные» преступления являются в некотором смысле менее серьезными, чем «криминальные» преступления, может помочь объяснить, почему наказания за первые, как правило, менее строги, чем за вторые. А легкость наказания приводит к тому, что бюрократы меньше боятся нарушить закон.

Понять, почему в разных странах типы и уровень коррупции существенно различаются, можно исходя из специфики поведения граждан этих стран, а также сложившейся в них культурной ситуации. Но этим объяснением не стоит слишком увлекаться. Так, в странах со схожими религиозными традициями размеры коррупции могут сильно различаться. С другой стороны, многие из тех, чья юность была достаточно тяжелой, повзрослев, не обязательно станут преступниками в самом широком смысле этого слова.

И последнее замечание. Следует с осторожностью относиться к заявлениям элиты, и даже подчас академической элиты, что то, что со стороны рассматривается и осуждается как коррупция, на самом деле является частью культуры страны (к которой элита и принадлежит), а осуждать «народные традиции» нехорошо. Среди тех, кто не согласен с таким отношением к коррупции, — известный социолог и автор нескольких книг по проблемам коррупции Сайед Хуссейн Алатас из Малайзии. Он критикует тех западных исследователей, которые утверждают, что в развивающихся странах подчас толерантно относятся к коррупции, поскольку она является частью культуры этих стран. С. Алатас считает такой подход унизительным и призывает осуждать коррупцию независимо от самобытности страны.

Глава 5

Роль общественной системы

Объяснение причин коррупции, основанное только на поведении индивида, было бы неполным. Наше поведение обусловлено особенностями того общества, в котором мы живем и работаем, и зависит от его экономических, политических и культурных характеристик. Поскольку культуру как фактор коррупции мы уже рассмотрели, данная глава будет посвящена иным факторам. Для большей ясности они будут разделены на экономические и политические.

Экономические факторы

В последнее время были выявлены и проанализированы многочисленные экономические и политические характеристики социально-экономической системы, коррелирующие с уровнем коррупции. Одна из наиболее известных характеристик — факторов — уровень вмешательства государства в экономику. Этому фактору уделяет большое внимание, в частности, известный исследователь Вито Танци из МВФ. Предполагается, что чем больше государство вмешивается в экономику, тем выше будет уровень коррупции. Интуитивно такое утверждение кажется правдоподобным. Действительно, большее вмешательство государства в экономику, как правило, означает большую бюрократизацию и более тесное взаимодействие государственных чиновников и бизнесменов, причем и то и другое создает благоприятные условия для распространения коррупции. Более активное вмешательство государства в экономику часто предоставляет госслужащим больше возможностей для извлечения ренты — для «рентоориентированного поведения». В данном случае это означает, что чиновники смогут незаконно получить дополнительный доход — «ренту» — от своего положения, продавая свои решения заинтересованным в них лицам или компаниям, готовым за них заплатить.

Однако исследования, которые провели Джон Гер-ринг и Стром Такер, показали, что не существует однозначной связи между размером государственного аппарата или тем, насколько сильно государство вмешивается в экономику (регулирование бизнеса путем, например выдачи лицензий, разрешений и пр.), с одной стороны, и уровнем коррупции — с другой. Всемирный экономический форум выпускает ежегодный отчет о конкурентоспособности экономик разных стран (ОГК — Отчет о глобальной конкурентоспособности). В этом отчете содержится ранжирование стран по ряду характеристик. Одной из них является Индекс бремени государственного регулирования ИБГР. Наряду с индексом ИБГР рассматривается более общий индекс — Индекс глобальной конкурентоспособности ИГК (при расчете которого учитывается и ИБГР). Индекс ИБГР учитывает, сколько документов необходимо представить в государственные органы, чтобы получить разрешение на открытие бизнеса. Чтобы продемонстрировать связь между количеством необходимых документов и коррупцией, можно сравнить рейтинги десяти верхних и десяти нижних стран в ИВК 2012 года с их рейтингом в Индексе глобальной конкурентоспособности ИГК 2012–2013 годов по статье ИБГР (вопрос был таким: «Насколько обременительным для бизнеса в вашей стране является соответствие государственным административным требованиям (разрешения, предписания, отчеты)?)» — чем ниже рейтинг, тем меньше давление государства).

В табл. 3 страны ранжируются по индексу ИВК и по индексу ИБГР.

ТАБЛИЦА 3

Сопоставление уровня коррупции с уровнем государственного регулирования

Примечание: число стран, для которых рассчитываются индексы ИВК и ИБГР, различно (соответственно 176 и 144 в 2012 году). Чтобы сделать рейтинги сравнимыми, страны в ИВК, не вошедшие в ИБГР, были удалены из рассмотрения, а рейтинг коррумпированности оставшихся пересчитан на 144 страны. Нижние десять стран ИВК в табл. 3 имеют самый низкий рейтинг среди вошедших в ИБГР, что объясняет, почему нижние десять стран в табл. 3 не те же самые, что в табл. 1. Это подчеркивается знаком =.

Таблица 3 показывает, что уровень коррупции не очень коррелирует с уровнем государственного вмешательства в экономику. Так, высоко коррумпированные страны, такие как Таджикистан