Орлы в буре - Бен Кейн

вами прошли воины. Было ясно, что они охотились за тобой. Я последовал за

ним, но только тогда.

41

— Мы могли бы справиться, — сказал Германик, указывая на

распростертую, истекающую кровью фигуру своего последнего преторианца

позади себя, — но я сомневаюсь. Мое решение проигнорировать ваше

присутствие на триумфе Тиберия снова кажется вполне обоснованным.

Три года назад Тулл и Фенестела нарушили императорский запрет на

посещение Рима выживших в засаде Арминия. Германик заметил их и

допросил, их жизни принадлежали ему. Однако полководец что-то увидел в

Тулле и проявил милосердие. — Я пришел сюда из-за того, что случилось в

тот день, господин, — сказал Тулл.

— Я рад, что ты это сделал, — с чувством ответил Германик. — А как

ты думаешь, куда подевались два других ублюдка?

Глина терлась о глину, рядом раздался громкий скрежещущий звук.

Сбитый с толку Германик обернулся. Тулл тоже развернулся, с

подозрением глядя на амфоры справа от них. Прежде чем он полностью

осознал, что происходит, одна из них начала падать; за ней последовали

вторая и третья. Страх вспыхнул в его животе. Любой сосуд имел вес и силу, чтобы сломать позвоночник человека; большее количество могло убить.

Опустив левое плечо и обхватив рукой испуганного Германика, Тулл повел

их к лежащему ничком преторианцу и боковой стене комнаты. С могучим

грохотом в коридор упали три амфоры, опрокинутые оставшимися воинами.

На мгновение воцарилась потрясенная тишина, пока обе стороны смотрели

друг на друга через щель, а затем один воин попытался метнуть свое копье в

Германика.

Снова Тулл грубо схватил генерала, повалив его на пол, под защиту

амфор, которые все еще стояли. Воздух зашевелился, когда копье пронеслось

мимо; полетели искры, когда оно врезался в сосуд сзади и упало на плитку.

Тулл уже собирался потянуться за ним, когда в другом коридоре

послышались шаркающие шаги, и он остановился как вкопанный, его сердце

бешено колотилось. Будут ли воины карабкаться, чтобы атаковать, или

попытаются опрокинуть больше массивных амфор? Последний вариант был

безопаснее и, следовательно, более вероятным, решил он, но в эту игру могли

играть двое. Он прижался губами к уху Германика и, изображая толчок, прошептал — Помогите мне, господин.

Германик мрачно кивнул ему в знак согласия, и они вместе встали.

Тулл отложил меч. Вблизи рядов сосудов их не могли увидеть воины, которые, казалось, перестали двигаться. Их цель стала ясна, когда

ближайшая к Туллу амфора слегка закачалась. — Вот эта, господин, —

прошипел он, упираясь в нее руками и напрягаясь. Германик встал рядом и

сделал то же самое.

42

— По моей команде, господин, — сказал Тулл, в его голосе звенела

настойчивость. — Один, два, три!

Они одновременно толкнули, страх придал им дополнительных сил.

Ответного толчка не последовало, подумал впоследствии Тулл, а это

означало, что они, должно быть, действовали на мгновение раньше своих

врагов. Со скрежетом раскидывая сосуды по сторонам, амфора наклонилась, а затем упала, увлекая за собой еще одну. Они ударились об пол с грохотом, подобным раскату грома. Поднялась пыль и раздался мучительный крик, похожий на крик кролика, попавшего в силки

— Мы поймали одного, господин. — Тулл ухмылялся, поднимая

брошенное в них мгновение назад копье. Быстрый взгляд в щель между

коридорами показал испуганное бородатое лицо. Даже с близкого расстояния

Тулл не был копейщиком, поэтому он заорал — Давай, собака!

Остатки решимости воина рухнули, и он ушел, его ботинки шлепали по

полу.

Германик сделал глубокий вдох, успокаиваясь, но Тулл не ослабил

бдительности. Было бы глупо умереть из-за того, что он неправильно

рассчитал количество их врагов. — Будьте добры, оставайтесь там, господин,

— пробормотал он. Германик начал протестовать, и Тулл сказал тоном, не

терпящим возражений — Возможно, они не все ушли, господин. — Сменив

копье на меч, он наклонился в пространство, оставленное упавшими

амфорами. Воин – кричащий кролик – уставился на него широко раскрытыми

глазами из-под сосуда, пригвоздившего его к полу.

«Он никуда не денется» — подумал Тулл. Если повезет, он

продержится достаточно долго, чтобы его допросили. Вернув свое внимание

к коридору, Тулл медленно направился к центральному проходу с мечом

наготове. Странное возбуждение охватило его теперь – страх все еще был его

частью, но в его венах также билась радость, безумная радость, которая

приходит