Скуф. Маг на отдыхе - Максим Злобин

От таких слов Тамерлан просто не мог не растаять.

— … но сам подумай, Тим. Даже если Вася тебя не убьёт и примет в семью. И даже если будет нормально относиться. Но… Ирина Батхуяг?

— Ирина Батхуяг-Скуфидонская! Оставь двойную!

— Тим.

— Ну чего⁈ — Тамерлан одёрнул руку. — Может, на нашем языке ваша фамилия тоже звучит не очень-то благозвучно!

— А это так?

— Нет.

— Ну вот и…

— ПОМОГИИИ-ИИИ-ТЕЕЕЕ!!!

— Во-во-во! — Скуфидонская вновь погрузилась в просмотр. — Это моё личное изобретение. Со стороны может показаться, что его расчленило лазером, но на самом деле… Тим? Ты не смотришь? Тим⁈

— М?

— Тим, ну ты обиделся, что ли?

— Нет.

— АААААЙ-ЫЫЫЙ-Я-ХА-ХАЙ-ЛЯЯ!!!

— Ну, Тим, ну хорош, — Скуфидонская встала с кресла и полезла обниматься. — Ну ты чего?

— Да ничего.

— Хорошо, — сказала Ирина, отпрянув. — Твоя взяла. Я подумаю, как организовать вашу встречу.

— БОО-О-О-О-ЛЬ! КАК ЖЕ БО-ОО-ОЛЬНОА-АА-А-А-А!!!

— Обещаешь?

— ДОБЕЙТЕ! ДОБЕЙТЕ МЕНЯ, МОЛЮ-Ю-УУУ-УУУ!!!

— Обещаю…

* * *

Солнце ещё высоко.

А спать в бане неудобно.

Поэтому альтушки, закончив с мытьём моего автопарка, сами напросились обратно в бой. Так сказать, прогрызать себе путь к безбедному будущему.

Ну а я…

Я таки решил присмотреться к барышням повнимательней. Личные дела — это хорошо, но не лишним будет посмотреть на каждую из них своими глазами.

Да, наверняка, они сейчас думают, что я — сволочь. Дескать, вытащил шезлонг на Лёхин участок и валяется в стороне от битвы, пиво пьёт. Издевается, дескать. Вот только думать — это не по их профилю, а я вообще-то работаю тут на пределе возможностей.

Наблюдаю за действиями вверенного мне подразделения и мотаю на ус. Кто как себя ведёт, кто чего умеет…

— Стеклова, сзади!

— РР-А-АА! — Ромашка среагировала на опережение, повалила сторожевой лопух на землю и теперь буксовала у него на лице задними лапами.

— Спасибо, Василий Иванович! — крикнула Танюха.

Ага…

У этих двоих, стало быть, крепкая спайка получается. Друид и оборотень. Оборотень и друид. Лёхе расскажу, не поверит.

Смертина у нас поднимает мертвячину. Дольче — посредственная огневичка, и как её только в элитный отряд занесло? А Шама при помощи усилений превращается в очень годный юнит ближнего боя.

Татуировки светятся, руны на кастетах светятся… всё мерцает и полыхает, и духи какие-то вокруг неё вьются бесплотные. Хрен проссышь, короче говоря. Не знаю, как этот чёртов шаманизм работает и знать не хочу. Точнее, хочу, разумеется, вот посмотрю её дело, и станет всё понятнее.

Что до Фонвизиной, то я так и не понял, что у неё за дар. А хотя…

— Ай! — зубастый куст наловчился пробить щиты шаманки и оставил ей на лице довольно глубокую рану.

— Вижу! — в тот же момент крикнула Фонвизина, махнула рукой, и рана тут же затянулась.

Херасе! Дистанционное исцеление! А девка-то, оказывается, уник из уников. Такого лекаря в любом отряде с руками оторвут. Удобно же! Прямо не отходя от станка лечиться можно. Рубишь себе и рубишь, рубишь и рубишь…

— Кузьмич, — я позвонил камердинеру по телефону. — Не в службу, а в дружбу, принеси-ка пивка, ладно? Сам не могу. Занят шибко, — сказал я и поёрзал в шезлонге.

— Да, Василий Иванович.

Примерно так, за стратегическими размышлениями, прошли несколько послеобеденных часов. Наступал вечер. Взмыленные альтушки устало сидели на крыльце Лёхиного дома. Свободного, на минуточку, Лёхиного дома.

А все монстры и охранные растения теперь валялись кучками компоста по участку.

Что ж… смотреть здесь больше не на что.

— Девки! — крикнул я. — Молодцы! Дверь только не ломайте, ключ под камушком лежит! Да-да, под вот этим! Как войдёте, слева небольшая подсобка, там счётчики стоят и вентили водоснабжения! Добро пожаловать!

А затем с чувством выполненного долга отправился на досуг.

Кузьмич как раз собрал мне с собой свежую партию шашлыка; ещё горяченького. Как и полагается, завернул его с луком в тонкий лаваш. Чтобы соком напитался.

— Вы к фрау Анфисе? — не без улыбки уточнил камердинер.

— К ней, — кивнул я.

— На ночь не ждать?

— А это как пойдёт.

* * *

С тем я вышел с участка на дорогу и зашагал к одной своей приятной знакомой. Анфиса, стало быть, Юдина. Вдова, баронесса, а, с моей точки зрения, так ещё и женщина-мечта.

Высокая, статная, местами даже величественная, хотя в нужные моменты игривая, как котёнок.

Куда там всяким моделям, кинозвёздам и прочим измождённым жизнью вешалкам.

Фигурой Анфиса более всего напоминала гитару. С тонкой талией и приятными округлостями выше и ниже. Грудь — уверенная четвёрка, на попе также никаких излишеств, одни роскошества.

А как это всё в кружевном белье смотрится, словами не описать, лишь мычать от восторга остаётся.

Острые хищные черты лица, как у лисички, и завсегда ярко-красные губы. Но не вульгарно, баронесса всё-таки, а вот прямо как надо.

Хороша, короче говоря. Пышная, но при этом утончённая шатеночка.

— Вася? — баронесса встретила меня пороге.

И даже бровку подняла удивлённо, вроде как не ожидала. Хотя слегка легкомысленный для вечернего времени халатик предполагал, что она не на променанд собралась, а вовсе даже меня в окно высмотрела.

Однако не в духе. Но ничего, сейчас мы это исправим:

— Привет! — я помахал запотевшим пакетом. — А я тебе шашлычка принёс!

Байка о том, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, — она байка и есть. На самом деле через желудок лежит путь к любому сердцу. Однако…

— Спасибо, — баронесса остановила меня на пороге, — не стоило утруждаться, я на диете.

— С чего бы это? — изумился я. — Этакое великолепие диетами портить?

Комплимент Анфиса приняла, но едва мелькнувшую улыбку тут же погасила, сурово приподняв носик.

— Это у тебя спрашивать надо, что случилось.

— Фись, давай по существу.

— Не называй меня так!

— А как же мне тебя тогда ласково называть? — улыбнулся я и провёл ей по волосам. — Фисюлька? Фисец? Или Фискальный Регистратор?

— Ха-ха, — баронесса попыталась закрыть дверь. — Иди шути со своими малолетками.

Во-о-о-от оно что! Как это