Тваремор 2. Месть Альфы - Евгений Юллем

— Ну не совсем же они идиоты, — возразил ей Берсеньев. — Если полезут, значит, будут знать, с чем имеют дело. И то, что старый бетон может развалиться от одного удара ломом, а от взрывчатки вообще в мелкую крошку.

— Могут полезть и не они, — пожала плечами она. — Те, кто не знают.

— Те, кто не знают, не полезут, — сказала Лами. — Там фонит адом так, что видно за версту в прямом смысле. — А бетон их успокоит. Другое дело, согласны ли вы терпеть персональный кусочек ада в вашей уютной реальности?

— Ладно, — решил я. — Оставим этот план как резервный. Если не получится ликвидировать — затрудним доступ по максимуму. На том и порешим. Все согласны?

Молчание можно было счесть за тот самый пресловутый знак согласия.

— Согласны-то согласны… Ваше Сиятельство, можно вас на приватный разговор? — спросила Линда.

— С превеликим удовольствием, Ваше Сиятельство! — изобразил легкий поклон я.

А Лами украдкой показала мне язык, намекая на тему разговора. Зря стараешься, чертовка. Тот разговор будет вечером в приватной обстановке после легкого и изысканного ужина. Мы же не школота, чтобы по углам обжиматься? И не вечно голодные на энергию суккубы тоже. Показал бы я ей язык в ответ, но не поймут остальные. Линда в том числе.

Войдя в соседний кабинет, Линда щелкнула пальцами, и я заметил в воздухе легкое колыхание плетений Полога Тишины.

— Что такого секретного у нас, кроме интимных подробностей? — спросил я у нее.

— Ну секреты кто как любит оставим на вечер, — сказала она. — Я заказала шикарный ужин из морепродуктов с подачей непосредственно тебе на дом.

— Дождусь когда-нибудь, что нам подадут рыбу фугу как изысканное блюдо. Только забудут яд убрать.

— А, ты про это? — хмыкнула она. — Не будь таким трусишкой, тут не будет никаких сомнительных деликатесов. И повара проверенные. Не хватало еще, чтобы тебе порошка для нестоячки сыпанули, вот за это я порву и повара и остальных. Я про другое.

— Слушаю.

— Насколько твоя партнерша не по сексу осведомлена о таинствах ведьм?

— Странный вопрос, — удивился я. — Если бы не была демоном, то была бы величайшей ведьмой из ныне живущих. Как ты понимаешь, магию она практикует направо и налево, поскольку есть существо магическое и не простое. И в ней она разбирается очень хорошо. А что тебя смутило?

— Все эти разговоры про якоря, артефакты из двух миров и так далее.

— Я думаю, она знает, о чем говорит.

— В этом-то и загвоздка. Что она слишком много знает, — подчеркнула это слово Линда.

— И что? — удивился я. — Что в этом такого?

— Дело в том, что если она потребует, допустим, Черный Якорь или Цепь Вельзевула, то хрен она ее получит.

— В чем проблема?

— Во-первых, это одни из самых охраняемых реликвий разных ковенов. И, естественно, напрокат их никто не даст, можешь не надеяться. Все равно, что попросить у Его Императорского Величества шапку Мономаха, чисто за хлебушком сходить.

— Ладно. А вторая?

— Даже если бы каким-то чудом какая-нибудь из реликвий окажется в моих руках, то в ее — нет и никогда.

— Это почему? Жалко? — опять хмыкнул я.

— Она — демон — чуть ли не по слогам сказала Линда. — Причем, высший демон, из одного их родов Королей Ада. Как ты представляешь реликвию ведьм в руках одного из их вечных и заклятых врагов?

— Да Лами… — попытался вступиться я за свою подругу…

— Лами — демон, — отрубила она. — То, что она белая и пушистая с тобой, что ты почти ее папочка и вообще она каким-то чудом вписалась в наш сложный многорасовый коллектив, не отменяет ее природу. И то, что мы с ней стали почти подруги вовсе не значит, что другие ведьмы ее примут и не попытаются уничтожить. Это законы мироздания, изменить которые мы не в силах.

— Совсем?

— Совсем. Извини, но это принципиальная позиция. На уровне животных инстинктов.

— Значит, ничего у нас не получится, — вздохнул я. Тут нужно, чтобы противоположности и заклятые враги работали вместе.

— Даже такая угроза не заставит ведьм закрыть глаза и не уничтожить демона.

— Ну, допустим, Лами по зубам далеко не каждой ведьме, — хмыкнул я.

— Не каждой, — согласилась она. — Но вообще, я бы рекомендовала сейчас уехать из города. Отдохнуть поехать и так далее…

— Чего это так вдруг? — опешил я.

— Да сегодня пришла кое-какая информация из Петербургского ковена, — сморщилась Линда. — Поговорила по шару с их главой.

— И что?

— На тебя опять объявлена охота.

— Всего-то? — весело сказал я. — В какой по счету раз? И кто там охотник? В прошлый раз мы его не только вычислили, но и того.

Я провел большим пальцем по горлу.

— Только вот на этот раз это свободная охота. То есть никого конкретно, но все разом.

— Меня это ни разу совсем не пугает.

— А зря. Тут ты на виду и всем доступен. За пятьдесят тысяч имперских рублей золотом тебя могут предать свои же.

— Неплохо, — хмыкнул я. — Но мало.

— В самый раз, на особняк хватит.

— Смотря где. В столицах на полированный гроб с золотыми ручками рискнувшему заработать на мне точно хватит. И что ты предлагаешь?

— Ну ты совсем расслабился и совесть свою черную потерял! — пожаловалась она.

— Ни стыда ни совести, ничего лишнего! — бодро отрапортовал я.

— Не ерничай, — оборвала меня она. — Все-таки я за тебя переживаю.

— Кто объявил охоту, Канаверов или Марконин?

— Не знаю.

— А зачем мне ехать куда-то, когда здесь у меня свои вооруженные силы, уникальные по профилю? Сверхъестественный спецназ?

— А ты уверен, что никто из них не воткнет тебе ночью под ребро Кинжал Забвения и потом не отрубит голову?

— Скорее, мою бездыханную тушку привезут заказчику, а там уже не жить ни мне, ни ему, ни тому, кто привезет. Так почему я должен куда-то ехать?

— Потому что только тогда, когда ты уничтожишь кланы