Две Ольги Чеховы. Две судьбы. Книга 1. Ольга Леонардовна - Татьяна Васильевна Бронзова

Владимир наклонил свою голову и, взяв руку сестры, несколько раз быстро провел ею по своим волосам.

– Боже, как трогательно, – рассмеялась Ольга. – Только они сейчас и без меня дыбом стоят.

Обычно Владимир, перед тем как уйти из дома, очень тщательно укладывал свои волосы перед зеркалом, и Ольга, большая любительница пошутить, частенько быстрым взмахом руки вмиг разрушала весь этот порядок. Брат бесился, кричал, обещал, что в следующий раз обязательно сделает с ней то же самое, но, правда, еще никогда свои угрозы не приводил в исполнение. Ольгу забавляла эта его причуда, так как она знала, что, стоит ему только выйти на улицу, ветер сделает то же, что и она. Ведь шляпу Владимир не признавал и надевал ее только в крайних случаях. Так зачем тогда столько времени проводить у зеркала?

– А утром великая актриса сможет тебе перед уходом сделать так же? – задиристо спросила Ольга.

– Только попробуй! – с угрозой в голосе ответил брат. – Это уже будет не твой день!

– Как это не мой? – возмутилась Ольга. – Скоро каждый день будет мой! Знаешь, что мне сказал на банкете Константин Сергеевич Станиславский?

– Что?

– Он сказал, что после премьеры «Чайки» я стану самой знаменитой актрисой в Москве!

– Ну вот когда сыграешь свою «Чайку», тогда и поговорим. А так, предупреждаю, утром не твой день! Только попробуй меня тронуть!

⁂

С утра во всех газетах вышли восторженные статьи о первой премьере нового московского театра. Отмечали более всего работу Москвина в роли Федора Иоанновича и мизансцены, выстроенные Станиславским, костюмы и декорации Симова, хорошо писали об Ольге Книппер в роли Ирины, о Вишневском в роли Годунова. Не было только ничего о Немировиче-Данченко.

Глава вторая

Теплые дни пролетели быстро, и уже в начале ноября наступила настоящая зима. А вскоре грянули такие морозы, что протапливать квартиру семейства Книппер прислуге приходилось по три раза на день, чтобы поддерживать в комнатах приемлемую для комфортного существования температуру.

Премьера «Чайки» была назначена на 17 декабря. Всё в театре теперь было направлено на репетиции этой пьесы, хотя параллельно шли выпуски и других спектаклей. Как всегда в спешке, готовились для всех постановок декорации, шились костюмы, изготавливался реквизит. Ольга параллельно еще репетировала Мирандолину в «Трактирщице», премьера которой должна была пройти 2 декабря. Мирандолину она играла на выпуске, и эта роль не представляла для нее большого интереса, а вот работа над образом Аркадиной доставляла ей истинное наслаждение. Своей женственностью, непосредственным кокетством и искренней взбалмошностью она делала свою героиню столь привлекательной, что даже Немирович после одного из прогонов второго акта, делая всем актерам замечания, не поскупился на похвалы.

– Эдакая обворожительная пошлячка у вас получается, Ольга Леонардовна! Аркадиной в вашем исполнении публика простит и скупость, и ревность, и даже пошлость.

А Ольга между тем с нетерпением ждала приезда писателя. А вдруг он вообще забыл, что есть такая актриса?

– А когда же приедет Чехов? – спрашивала она Немировича. – Хотелось бы видеть его на заключительных репетициях.

– Пишет, что врачи категорически запрещают ему покидать Крым до весны.

– Значит, он и премьеру не увидит? Но это же ужасно!

– Да. Ужасно. Но что же делать? Вряд ли у него вообще получится в этот год увидеть «Чайку». После 28 февраля начинается Великий пост, играть нельзя, так что сезон закроем рано. Весной будем только репетировать.

– А что слышно о «Дяде Ване»? Малый театр отдаст нам пьесу?

– Надеюсь, – хитро улыбнулся Владимир Иванович.

– Я надеюсь, мой дорогой, что роль Елены Андреевны будет моей, – тут же заявила Ольга. – А то Андреева уже везде трубит, что Станиславский обещал ее ей.

– Она очень красива, – произнес Немирович. – Ты не можешь этого отрицать. Станиславский считает, что она по внешним данным как раз очень даже подходит.

– А я что, уродина, что ли? В жизни я, может, и уступаю ей в красоте, но со сцены… Мне все говорят, что со сцены я смотрюсь красавицей! Разве не так?

– Так. Но что ты раньше времени волнуешься? Сначала надо выудить «Дядю Ваню» у Малого театра. Пьесы-то у нас еще нет.

– Как же мне не волноваться сейчас? Потом может быть поздно! Я знаю, что Константин Сергеевич благоволит Андреевой. Она в его «Обществе искусства и литературы» играла все главные роли, но ведь здесь он не один хозяин театра! Не один! Я права?

– Хорошо, кобылка. Я постараюсь, – устало проговорил Немирович. У него сейчас было столько забот, что влезать в интригу, которая будет иметь развязку только к концу сезона, у него сил не было. В данный момент спокойнее всего было просто согласиться.

– Ты чудо! – тут же поцеловала его от всей души Ольга. – Я тебе верю. А теперь, дорогой мой, надо подумать, как устроить Чехову просмотр «Чайки» после Великого поста.

– Подумаем. Обязательно подумаем. Но только и здесь ты торопишься. Давай, кобылка, премьеру сначала сыграем!

А как же ей было не торопиться? Она волновалась. Чехов действительно мог совсем забыть о ней, если ему каким-то образом о себе не напомнить. Но как же это сделать, если он не приезжает? Кто ему напомнит об ее существовании? Вишневский! Да-да! Именно Вишневский! Ведь он предлагал познакомить ее с сестрой писателя. Вот что необходимо. Надо срочно подружиться с Машей. А там и до брата дотянуться можно!

– Саша, – обратилась Ольга к Вишневскому. – А как твои отношения с Марией Павловной Чеховой? Ты с ней видишься?

– Конечно. Она очень милая девушка. Увлекается живописью.

– Рисует?

– Да, и довольно даже неплохо. Берет уроки у одной художницы, кстати, приятельницы Антона. Я так понял, что у этой Хотяинцевой были когда-то близкие отношения с Антоном.

Ольга сделала вид, что пропустила это сообщение мимо ушей.

– Так когда ты познакомишь меня с сестрой Чехова? – нетерпеливо спросила она.

Было решено, что после премьеры «Чайки» Вишневский приведет Машу к Ольге в гримерную. До этого дня у Книппер совсем не было времени ни на что. Сплошные репетиции. Премьера «Трактирщицы» была уже практически на носу, а через две недели после нее должна была еще быть и премьера «Чайки». Кроме того, почти ежедневно Ольга бегала на примерки костюмов. Только для одной Аркадиной ей шили сразу пять разных нарядов и несколько шляпок. Ольга вставала рано и крутилась весь день как белка в колесе. Ну а по вечерам она еще играла «Царя Федора»,