Благородство духа. Утраченный идеал - Роб Римен

неправильно в Америке, создало почву, на которой эта страна воздвигла свою Вавилонскую башню, которая также должна была быть разрушена. Америка — страна, не имеющая ни корней, ни культуры, где господствуют телевидение и коммерция. Страна отупевшая, становящаяся всё глупее, деньги сделали второразрядными все прочие ценности, мы одержимы ими. Эта атака должна рассматриваться как критика; и подлинный тест для великой страны состоит в том, в состоянии ли она вынести эту критику».

Подобный взгляд на 11 сентября исходит из того, что об атаке на «нашу цивилизацию» не может быть и речи. Напротив, террористические акты — это логичный ответ обществу, которое предало душу деньгам: коммерции, капитализму, глобализации, политике «интересов». Три тысячи убитых в стране, которая является воплощением всего этого зла, неизбежное следствие недостатка культуры.

Споры между верующим-коммунистом и гуманистически настроенным литератором в Давос-Дорфе накануне Первой мировой войны заканчиваются дуэлью. Дело было не только в основополагающих противоречиях — основополагающей является сама тема нескончаемого конфликта: что такое культура? Какой образ, какой идеал человеческого достоинства должен быть здесь соединительной тканью? Какие ценности, какие качества жизни, снабжающие кровью этот идеал, должны уважаться и поддерживаться? Это основополагающие вопросы, потому что ответы на них являются определяющими для нравственных мерок нашего поведения; для различия, которое мы делаем между добром и злом; для ответа на вопросы Сократа: что такое идеальное государство? и что такое правильный образ жизни?

Томас Манн в хронике того, что происходило в его отечестве, не без содрогания воспроизводит разговоры своих интеллектуальных сограждан, потому что культуру Запада снова оспаривали — и отвергли. Национал-социализм пришел к власти в Германии.

Чем же было 11 сентября? Атакой на нашу культуру пли следствием недостатка культуры? Это важный вопрос, так как ответ на него определит будущее нашего общества: в чем же состоит культурный идеал западного мира? Но одно пока что мы знаем точно. Когда противоречие между политикой и народом с одной стороны и культурной элитой с другой стороны — «стражами культуры», как их называет Сократ, — столь непреодолимо велико, тогда культурный идеал, каким бы он ни был, пребывает в глубоком кризисе.

V

Понятие «культура», или «цивилизация», в истории духовного развития Запада сравнительно молодое понятие. Лишь в во второй половине XVIII века вошло в употребление слово civilisation, и именно в значении, которое придавал ему французский мыслитель Кондорсе: общество, которому не нужно насилие для осуществления политических изменений. Никто не обладает абсолютной властью вследствие разделения властей, и политические, интеллектуальные, религиозные свободы, так же как и свобода искусства, гарантируются основным законом и соответствующими институциями, которые должны защищать демократию.

В трактате Observations concerning the distinction of ranks in society [Наблюдения касательно различий положения в обществе] (1771 г.) относительно малоизвестный шотландец Джон Миллар, вероятно, впервые использовал термин civilisation, определяя его как «this gentility of mores which is the natural consequence of abundance and security» [«смягчение нравов, как естественное следствие богатства и безопасности»]. Не может быть цивилизации без благосостояния и безопасности. Прорыв из замкнутой феодальной системы, появление буржуазии, развитие городов, торговли, денежного хозяйства и демократических свобод суть одновременно важнейшие стимулы культурного расцвета и развития форм культуры. Но хотя очевидно, что оба фактора — благосостояние и безопасность — необходимы, чтобы культура могла возникнуть и продолжать существовать, они вовсе не гарантируют действительного существования культуры. Благосостояние и безопасность — предварительные условия, они не самоценны, не они образуют самоё суть культуры. Если общество строится исключительно на безопасности, возникает полицейское государство, в котором отсутствует свобода, питающая культуру. А общество, возвышающее благосостояние и деньги до абсолютных ценностей так же мало обладает культурой и погибает от вырождения

Западное общество с точки зрения своего собственного идеала культуры находится в глубоком кризисе Тем кто привержен этому культурному идеалу, невозможно не критиковать это общество. Дело, однако, в том, что одна элементарная культурная норма все еще действует: для осуществления политических изменений обществу не нужно насилие. Профсоюзы, защитники окружающей среды, защитники прав человека и множество других общественно ангажированных групп могут свидетельствовать, что — хотя и все более мучительно медленно и не без бесконечных трудностей и затраты колоссальных усилий — возможно ненасильственно осуществлять глубоко идущие общественные преобразования. И эти возможности существуют, потому что имеется разделение властей и гарантируются демократические свободы и права человека. После мрачных эпизодов тоталитарного насилия — от которого именно Америка освободила Европу — это один из немногих уроков истории, который запечатлелся во всех клеточках нашего общества. Кто в западном обществе для достижения своих политических целей прибегает к насилию, тот больше не участвует ни в каком диалоге и порывает с культурой.

Дело также и в том, что террористическая акция И сентября 2001 года вовсе не была делом рук «обездоленных, бессильных, терроризируемых, несовершеннолетних». Совсем наоборот. Акция, стоившая полмиллиона долларов, была совершена людьми, получившими образование, принадлежавшими к среднему классу, с идеологией, соответствующей средневековым теократическим идеалам, подобных тем, которых домогались немецкие фашисты образца 1919 года. Картина мира у талибов секты, причастными к которой чувствуют себя террористы, тоталитарная, фашизоидная картина мира, на этот раз лежит в русле ислама. Стоит к ним прислушаться, сразу же распознаёшь голос иудео-католического коммуниста из Давос-Дорфа. Нетерпима никакая свобода: ни политическая, ни интеллектуальная, ни художественная, ни религиозная, ни сексуальная. Есть лишь абсолютное подчинение всемогущим религиозным вождям, которые согласно своей идеологии должны очистить мир от всего, что может повредить душе истинно верующих и поэтому может угрожать их земному Священному Граду. Вред начинается с существования неверных, то есть всех тех, кто не обратился к истинному учению, и охватывает в особенности ту часть человечества, где и вправду существует политическая, интеллектуальная, художественная, религиозная и даже сексуальная свобода. Символ западной военной мощи, Пентагон в Вашингтоне, и символ западного благосостояния, Всемирный торговый центр в Нью-Йорке, в котором находились бюро более чем шестидесяти стран, — эти здания стали целью насилия именно потому, что символизировали условия дальнейшего существования западной культуры, с ее ценностями и свободами.

Мозг, разработавший все эти атаки, постарался через многочисленные послания устранить все недоразумения и дать ясно понять, что конечная цель — уничтожение неверных, их культуры, их ценностей, их свобод. Цель, которая может быть достигнута, только если победит его тоталитарная идеология. 11 сентября было лишь началом священной войны. И именно в этой цели, проистекающей из неописуемо чудовищной ненависти, следует искать столь интенсивно разыскиваемые причины, основание и питательную среду для 11 сентября.

VI

В тоталитаризме талибов и их верховного мозга, планирующего акты насилия, женщины не имеют никаких прав, гомосексуалисты