Дважды одаренный. Том V - Элиан Тарс

Усевшись на кожаный диван, троица принялась обсуждать недавнее происшествие. Как оказалось, Анна «наехала» на них за то, что «юные братья» с подачи Логашова вчера вечером затравили одного нашего однокурсника из второй группы.

Забавно, я думал, что только наша четвёртая группа — «отщепенцы», но, видимо, и в других группах встречаются те, на ком змеевидцы могут проверять своих неофитов.

Пока Логашов с товарищами беседовал, в подвал спустились ещё трое и присоединились к разговору. Я запоминал каждое услышанное слово и каждое увиденное лицо.

А затем я ощутил напряжение своего Близнеца. В один момент он почувствовал, что пора сваливать, иначе враг обнаружит моё отслеживающее заклинание.

Из последних сил невидимый шпион пытался фиксировать всё, что происходит вокруг. И перед тем, как вернуться ко мне, он увидел очередную группу спускающихся в подвал змеевидцев.

Во главе этой группы шла красивая, грустная девушка.

С волосами цвета белого, только что выпавшего снега.

Глава 8

Минут десять я стоял под душем, приводя мысли в порядок. Слишком много всего происходит со мной в последнее время. Если бы я не имел опыт своей прошлой жизни, а был обычным потерянным в детстве носителем крови графского рода Резановых — уже сто раз бы облажался.

А может, и вовсе бы не дожил до этого момента.

Плюс Печать Близнеца мне очень сильно помогает разгрузить мозг и сбалансировать умственную деятельность. Это очень здорово, когда ты осмысленно можешь переводить часть своих тяжёлых дум в «фоновый процесс».

В общем, из душа я вышел бодрым и весёлым.

И мог всецело сосредоточиться на эксперименте.

Йогуртницу я доставал из коробки с особым трепетом, невольно вспоминая, как сердобольная продавец-консультант, встав спиной к камерам магазина, шептала мне что-то в духе:

«Я бы не советовала её брать. Вы сильно переплатите за бесполезные функции».

Я вежливо поблагодарил женщину, переживающую за мой кошелёк больше, чем за свой собственный. Ведь она явно получает процент с продаж, а купить мне предлагала ту йогуртницу, что стоило в три раза дешевле.

Забота этой продавщицы настолько меня тронула, что, спустившись на первый этаж торгового центра, после покупки йогуртницы в «М. Аудио», я приобрёл коробку подарочного шоколада с надписью «С благодарностью» и курьерской доставкой до получателя — отправил сердобольной продавщице.

О «бесполезных» функциях выбранного мной прибора я знал ещё до похода в магазин — когда выбирал модель в глобале.

За эти бесполезные функции его и выбрал.

Казалось бы, зачем йогуртнице цифровой дисплей и термостат с возможностью настроить любую температуру от двадцати пяти до семидесяти градусов по Цельсию? Учитывая, что при холодных температурах процесс сквашивания толком не запустится, а при температуре выше сорока пяти градусов всё полетит в тартарары?

Однако мне нужна постоянная температура шестьдесят шесть градусов.

Да-да… Даже в моём мире ещё в те счастливые времена, когда демоны считались лишь выдумкой, ходила легенда о том, что три шестёрки — Число Дьявола. У нас шестёрок две… И Дева не очень-то удивилась, когда, разрабатывая свой рецепт, поняла, какая именно температура будет идеальна для приготовления «Зелья успокоения».

«Легенды не на пустом месте рождаются», — любила повторять она.

Вспоминая свою давнюю боевую подругу, я достал стеклянную тару из йогуртницы и прокипятил её. Потом насухо вытер чистым полотенцем и насыпал на дно мелко порезанные водоросли-антизверин.

Из верхнего ящика на кухне я достал запечатанную бутылку двадцатилетнего коньяка, купленную на случай внезапных посиделок мужской компанией.

Посиделок до сих пор не было…

Но коньяк пригодился.

Я отмерил сто миллилитров и залил водоросли, после чего поставил тару в йогуртницу и активировал таймер на двенадцать часов.

Затем измельчил купленные в аптеки травки: валериану, ромашку, пустырник, пион, боярышник, душицу, и…

Подорожник, как основу всего. Хотя сам по себе он и не обладает успокаивающим свойством, но Дева говорила, что подорожник применим практически везде.

Ну а кто я такой, чтобы спорить с великим учёным постапокалиптического двадцать пятого века?

Я залил всё это коньяком и оставил настаиваться под марлей в шкафчике.

Всё, главное дело на сегодня сделано, можно и вздремнуть немного.

Только форточку откроем, а то запашок в комнате стоит как в аптеке.

* * *

На ужин с баронессой и Анной в столовую общаги я отправился в своём лучшем костюме — из тех, что я приобрёл сам, ибо надевать тот синий костюм, который передала мне сестра, показалось перебором.

Слишком уж он хорош для простолюдина Егорова.

И всё же мой нынешний тёмно-синий костюм тоже смотрелся на мне достойно.

А ещё он очень хорошо гармонировал с роскошным интерьером общажной столовой для студентов МАУД. Далеко не каждый простолюдинский ресторан мог бы похвастаться таким интерьером.

Анна с баронессой Завьяловой будто специально выбрали время, когда в столовой будет по максимуму народу. Все такие красивые, дорого одетые… Пусть большинство юношей носили более повседневные или, как иногда говорят, «клубные» пиджаки, я вписывался отлично.

Хорошо, что не пришёл в футболке и шортах.

Девушки забронировали для нас столик в самом центре, к которому меня и проводила местная хостес, едва я вошёл в распахнутые двери столовой.

— Блюда скоро будут поданы, — с полуулыбкой сообщила она мне.

Ну да, Анна заранее поинтересовалась, что бы я предпочёл на ужин.

Не хочет ждать, пока приготовят…

Притом хочет, чтобы все нас видели…

Очень противоречивые желания у Анны. Вроде как быстро зайти в час пик, всем показаться и выйти.

Что ж… я догадываюсь, о чём пойдёт речь.

Анна и Зинаида Константиновна вплыли в столовую, будто две павы. Анна в зелёном платье с плечами-фонариками, а баронесса в алом, кроем напоминающем банный халат.

Обе выглядели сногсшибательно. Даже малютка Завьялова — я бы мог долго наслаждаться её внешним видом, если бы…

Не Анна, которая притягивала мой взор гораздо сильнее.

— Сударыни, выглядите бесподобно, — проговорил я, поднявшись на ноги и отвесив им поклон.

— Ты тоже неплох, Егоров, — отозвалась баронесса.

— Спасибо, Александр, — сдержанно произнесла Анна.

Однако в её голосе я уловил торжествующие нотки. Девушка была довольна произведённым эффектом.

Я отодвинул перед ними стулья, дамы уселись за стол, а подоспевшие официанты подали нам блюда и наполнили фужеры игристым вином.

— За встречу, — подняла бокал баронесса на правах старшей по социальному статусу.

— И за чудесный вечер, — добавила Анна.

— Поддерживаю, — кивнул я.