Предатель. Больше не твоя - Аелла Мэл

Глава 20

— Вы нам не подходите, — парень в очках протягивает мне резюме, даже не удосужившись как следует его просмотреть.

— Но… — пытаюсь возразить я.

— Вы свободны! — обрывает он.

— Я же… Почему? — спрашиваю, с трудом сдерживая слёзы. Я пришла сюда с такой надеждой! Алина обещала посодействовать, а теперь…

— Нет опыта работы, — резко отвечает он, глядя на меня поверх очков с явным раздражением. — Приходите, когда наберётесь опыта. Всё, идите и не мешайте мне проводить собеседование с другими кандидатами.

— Я…

— Детка, тебе бы в библиотеку пойти, — усмехается девушка в короткой юбке и на высоких каблуках. Её кофточка едва прикрывает самое необходимое. — Уступи место опытным девочкам.

Сжав своё резюме в руках, я ухожу. Удается сдержать слёзы, пока иду к лифту, но тот, как назло, не работает. Разочарованная и злая на всю эту несправедливость, спускаюсь по лестнице с шестого на первый этаж. На четвёртом этаже не выдерживаю — сажусь на ступеньки. Опускаю голову на колени и наконец даю волю слезам.

Все мои надежды рухнули в одно мгновение. И на что я вообще надеялась? Прошла курсы кейтеринга и ресторанного сервиса, и меня вот так просто возьмут в серьёзную компанию?

И всё из-за Алины! Лучшая подруга, называется. Целую неделю зудела над ухом, убеждая прийти на собеседование и обещая замолвить за меня словечко. А её слово оказалось пустым. Сама-то она всего лишь помощница финансового директора.

А что я скажу бабушке? Она была так счастлива, отправляя меня на это собеседование. Я обещала ей, что она уйдёт на пенсию, а я буду обеспечивать нас обеих. Она одна меня вырастила, потратила все силы и здоровье, а когда пришла моя очередь отплатить ей тем же, я провалилась…

— Кто-то умер? — раздаётся красивый, но полный недоумения голос.

Я поднимаю голову и вижу молодого человека в белой футболке и джинсах. Он вертит в руках ключи от машины. Внешность у него нерусская: тёмные волосы и чёрные глаза.

— Не смешно! — отвечаю я.

— Я не смеюсь. Ты просто плачешь так, словно и правда кто-то умер, — улыбается он уголками губ и склоняет голову набок.

— Я скоро умру. С таким обращением от зарвавшихся начальников все обычные люди умрут. Я буду первой, — шмыгаю носом, с обидой глядя на парня.

— Что случилось?

— Знаете офис на шестом этаже? Так вот, там начальник — идиот! Нанимает к себе расфуфыренных красавиц, а таким, как я, и шанса не даёт. Вот что не так со мной? Выгляжу нормально. Готова работать не покладая рук. А он мне… «нет опыта работы!» — снова вою, вспомнив об этом. — А откуда я этот опыт возьму, если на работу не берут?

— Ну ладно, ладно. Не стоит плакать из-за этого, — говорит он, присев на ступеньку ниже.

— Тебе легко говорить, а мне что делать? Что я бабушке скажу? Она с такой надеждой отправила меня на собеседование, а этот парень в очках про опыт начал!

— А кем ты устраиваться пришла?

— Я окончила курсы кейтеринга и ресторанного дела. Алина, подруга моя, сказала, что у них вакансия свободная есть. Уволилась девушка, которая занималась арендой оборудования. Вот я и пришла сюда со своей анкетой, а парень в очках про свой опыт работы начал! — плачу, опустив голову на локти. — Бабушка так хотела, чтобы я работала в приличной компании. Как я теперь скажу ей, что меня не взяли? Она расстроится сильно.

Мои слёзы текут всё сильнее, а в душе — пустота и отчаяние. Я чувствую, что подвела единственного близкого человека, который верил в меня больше всех.

— Ладно, прекращай плакать и вставай, — говорит незнакомец.

— Зачем? Боишься, что утонешь в моих слезах здесь? — всхлипываю, глядя на него. — Потоплю их всех тут. И начальника этого, который расфуфыренных любит, пусть утонет!

— А я?

— А ты хороший, — шмыгаю носом, вытирая слёзы. — Если когда-нибудь станешь начальником, подумай о таких обычных людях, как я. Расфуфыренных ты можешь к себе домой звать.

Он откидывает голову назад и смеётся — так искренне и тепло, что я даже перестаю плакать.

— Ахаха! Сделаю, как ты скажешь. А теперь, необычная моя, вставай и идём со мной.

— Куда?

— Будем устраивать тебя на работу, а то ведь бабушка расстроится, — улыбается он во весь рот и подмигивает.

— Тоже словечко замолвишь, как моя подруга? — говорю, вставая и отряхивая юбку. — Не надо, уже хватило разочарования. Второй раз моё сердце не выдержит.

— Я не дам твоему сердцу разбиться, необычная девочка. Пойдём, — берёт меня за руку и ведёт наверх.

Мы останавливаемся на шестом этаже. Он подводит меня к уборной.

— Иди умойся, а потом пойдём говорить.

— Но…

— Давай-давай.

— А…

— Если так будешь пререкаться, ни на одну работу не возьмут. Вперёд! — подталкивает меня к двери уборной.

Постояв пару секунд в раздумье, пожимаю плечами и иду умываться. «Чему быть, того не миновать», — как говорит бабушка. Да и никто денег не возьмёт с меня, если ещё раз попробую. Но мне немного страшно снова подходить к этому очкарику. А ещё я обругала начальника этого парня. Надо бы попросить его никому не рассказывать об этом.

— Ты же не расскажешь начальнику, что я ругалась на него? — спрашиваю, едва покинув уборную.

— Не расскажу, не бойся, — посмеивается он, глядя на меня. — Так-то лучше. Идём за мной.

— А кем ты здесь работаешь? — догоняю его.

— Можно сказать, всем одновременно.

— Всем одновременно работают разнорабочие на стройке, — хмурюсь от его загадочного ответа.

— Да? И кто так сказал? — с интересом смотрит на меня, наклонив голову набок.

— Мой сосед, дядя Миша. Он строитель.

— В каком-то смысле и я строитель, — подмигивает, входя в офис, откуда я вышла совсем недавно.

Он уверенно идёт к кабинету «очкарика», посвистывая