Феодал. Том 4 - Илья Рэд

— Wo sind alle anderen?*

*Где все остальные?

Склодский полез наверх, цепляясь за верёвочную лестницу.

— Wo zum Teufel willst du hi?* — недоумённо и с гневными нотками переспросил матрос, но мы с Мефодием молча продолжали делать вид, что работаем.

*Куда, к чёрту, ты собрался?

Как только послышался хрип, берсерк как обезьяна в два счёта перемахнул на борт, оставив меня далеко позади. Я только и слышал, как стукаются о деревянную палубу тела. Послышался крик тревоги. Оказавшись наверху, я оголил меч и отправился зачищать оставшихся в живых.

По счастливому стечению обстоятельств мне достался самый сильный противник — тот сбежавший урод, что погубил моих двух боевых товарищей. Он спрятался от Мефодия и Склодского, надеясь ударить им в спину, но наткнулся на меня. Шесть водных щупальцев попытались сделать захват и разорвать наглеца на куски, но напоролись на выставленный антимагический купол.

Маг ловко отскочил от моего первого удара, цепляясь за снасти этими же щупальцами, они поддерживали его тело. Я не стал мудрить и на время повысил владение мечом до «B»-ранга, потому что не было никакого боевого опыта в условиях морской качки, а так хотя бы уровняю шансы.

Тело сразу же стало расслабленней, а движения уверенными, подстраивающимися под обстановку. Чтобы он не скакал, я срубал все подворачивающиеся на пути снасти. Маг сообразил, что так скоро его в угол загонят, и разлил по палубе воду. Когда я наступил в неё, послышался хруст — пошла заморозка. Он её превратил в каток!

Я чуть не шлёпнулся, но равновесие удержал — это стоило мне лёгкого ранения в руку — меч мага уколол моментально. Вторая его рука продолжала лить нескончаемый ручей и морозить его, куда бы мы ни ступали. Губы расчертила гадкая ухмылочка.

Там, где он ступал, всё превращалось в воду, но стоило ему убрать ногу, как лёд схватывался обратно. Соперник сообразил использовать магию не как средство атаки, а в качестве козыря, меняющего среду боя. При этом он был осведомлён: не стоит скрещивать со мной мечи, лезвие разрежется как бумага.

Водник, находящийся поблизости к морю, повышал свою боеспособность раза в два, а то и в три, потому вскоре палубу накрыл ещё и густой туман, чтобы Мефодий со Склодским не мешали. Наш пятачок оставался в зоне видимости, ведь тогда и маг лишится зрения.

Мы кружили друг против друга, пытаясь подловить на ошибке. Заклинание повышения ранга уже прошло. У нас складывалась патовая ситуация.

— Ты же понимаешь, что не уйдёшь? — сказал я ему, останавливаясь и хватаясь за борт.

Тот ответил с акцентом на русском.

— Дурачина, я могу ходить по воде. Вот выполню заказ и домой. Давай, иди сюда, мальчик, не бойся, я сделаю всё быстро…

— Я хочу жить, что хочешь взамен? — спросил я, намеренно демонстрируя меч и крутя его в руке перед ним. — Могу подарить этот клинок. Ты забудешь про свой заказ, а я буду жить спокойно.

— Сделка? — собеседник вышел из боевой стойки и выпрямился.

— Да, мне не нужны проблемы, вот, лови, — я медленно схватился за лезвие и аккуратно кинул клинок рукояткой вперёд, чтобы ему было удобней ловить.

Хватательный рефлекс и жадность мага сделали своё дело. Он не упустил шанса подержать столь уникальную вещицу в руках.

— Ах-ах-ах, какой же ты тупица! — радостно произнёс он и поднял руку с артефактом.

После чего его черепная коробка взорвалась на сотни кусков. Я выдохнул. Ну наконец-то. Водник картинно завалился на спину.

— Совсем голову потерял от радости, — прокряхтел я, поднимая свой меч.

Туман развеялся, а льда под ногами как и не было. Манёвр был опасным, но победителей не судят. Через четверть часа всё подошло к концу. Капитана и его помощника притащили в рубку и поставили на колени.

— Was soll der ganze Leichen? Wer steckt da dahinter?* — спросил я старшего с щёточкой аккуратных усов и серьгой в ухе.

*Что означает вся эта масса трупов? Кто за этим стоит? (нем.)

Однако вместо ответа я услышал хруст и затем хрип — у обоих пошла пена изо рта. Склодский немедленно попытался это вылечить, но яд столь стремительно уничтожил мозг пленников, что оказалось поздно. Лекарь разжал ножом челюсти, и магией вытащил нужный зуб.

— Артефакт, — сказал он, демонстрируя, как шевелятся корни при контакте с кожей живого человека, они искали место состыковки, но стоит убрать подальше, как принимали форму самого обычного зуба.

— Причём IV поколения, — отметил я про себя. — Надо будет показать Гио, проверь остальных.

Как и следовало ожидать, мы обнаружили эту штуку у каждого тевтонца. Из капитанской рубки выгребли триста тысяч рублей бумажными деньгами и набитую золотыми монетами шкатулку. Их мы по-хозяйски забрали себе. То же самое касается и всей документации, что удалось обнаружить. Судовой журнал, письма и многое другое.

В трюме отыскалось оружие. Тевтонцы маскировались под мирный торговый корабль, в то время как сами совершали рейды по прибрежным селениям. У меня логика простая: всё, что добыто в бою — моё. Так что без лишних угрызений совести мы сбросили мертвецов с лодки и нагрузили её трофеями. Из ценного ещё отыскалось десять перчаток-линз и совсем уж диковинка — бландербас.

С характерным раструбом на конце ствола это оружие могло изрыгать снаряды без всякой магии при помощи пороха и свинцовой дроби. Они так и не обрели широкой популярности у военных, ибо перезарядка и обслуживание слишком неудобны в условиях постоянно меняющегося боя. Если пушки ещё как-то были полезны своей убойностью, то бландербасы — просто игрушка для богатеньких.

Гораздо проще использовать магов или артефакторные перчатки.

Мне нравились подобные агрегаты, и поэтому деревянный ящичек отправился в лодку. Вместе с ним и кожаная сумка для принадлежностей, в которой обнаружился шомпол, пыжи, пулелейка, картечь и пороховница с кремнём.

В целом неплохо поживились. Подпалив корабль, мы добрались до берега, где добрали ещё «зубов». Склодский изуродовал тела тевтонцев до неузнаваемости, чтобы замести следы. Остальных мы оставили как есть.

— Надо убираться отсюда, скоро эти лопухи увидят дым.

Мы нагрузили лошадей под завязку, плюс ещё сами на себе понесли часть трофеев. Отойдя на почтительное расстояние —