Алаймент - Сергей Александрович Малышонок

— Но… Но как же? — дожили, теперь она умеет не только глазки побитого щеночка строить, но и голос имитировать… — Как вы можете говорить, что никаких причин нет, если вы в таком ужасном положении? Я не понимаю! — блеснули слёзки. — Это ужасно, ужасно… — маленькие пальчики ещё сильнее схватили меня за мантию, в то время как дрожащая вампиресса прижалась всем телом, и, пожалуй, это был первый раз, когда в данном жесте не сквозило и намёка на эротику. — Мой возлюбленный Владыка… Мой господин… Величайший и прекраснейший из всех Высших существ… Находится в таком ужасном положении… Это плохо, это очень плохо… Как вы можете так спокойно об этом говорить… — ей реально перекрутили настройки, отвечающие за интимную жизнь, это слишком бурная реакция!..

А Шалти, между тем, продолжала причитать. По её щекам текли слёзы, она жалела меня, ругала себя, проклинала судьбу, просила её простить и опять жалела меня, не переставая тихо лить слёзы. Возможно, я мог бы на неё прикрикнуть и отправить в отведённую хозяевами дома кровать… Наверняка мог. Но… В общем, рука не поднялась. Так я и просидел до утра идиотом, утешая маленькую, дрожащую у меня на ручках принцессу нежити, что доверчиво прижималась к моей груди. Заснула бузотёрка только под утро… И не буду врать — у меня несколько раз возникали мысли, что кое-кто притворяется, но стоило взглянуть ей в глаза, как подозрения тут же улетучивались. Короче… Я не так себе представлял бессонную ночь в объятиях до предела извращённой нимфоманки. Совсем не так.

— Милорд Зеллос, — из задумчивости меня вырвал стук в дверь и голос хозяина дома. — Прикажете подать вам завтрак? Или, может быть, вам подготовить воду для умывания?

— Не стоит, мы сыты, — придерживаю вздрогнувшую и начавшую непонимающе хлопать глазами Шалти.

— Но… Когда же? — растерянно донеслось с той стороны.

— Я маг и могу утолить голод чарами. Не хочется вас стеснять. Мы подойдём через несколько минут.

— Да, конечно…

— Зеллос-сама… — как только шаги крестьянина удалились, вампиресса сделала попытку заговорить.

— Приводи себя в порядок, Шалти, — обрываю её, совсем не желая нового витка трагикомедии имени «хнычущего рейд-босса». Да и мне было просто неприятно видеть, как страдает маленькая девочка. Даже без всяких эмоций, это было просто эстетически некрасиво.

— Поняла… — пригорюнилась, но с рук слезла.

Вообще, как я отмечал ранее, крестьяне встают и принимаются за дела едва ли не с рассветом, однако староста мог позволить себе некоторые преференции, да и отдыхающий в его доме высокий гость, что подкинул золотишка — тоже хороший повод задержаться с отправкой на поля. В общем, побеспокоили нас приглашением на завтрак на самом деле где-то к полудню.

На улице оказалось довольно многолюдно, на нас поглядывали с прежним любопытством, но, в отличие от вчерашнего дня, Шалти не была настроена бросаться отрывать голову всем подряд, да и в целом вела себя довольно спокойно и, откровенно говоря, пришибленно. Не ожидал, что осознание моей проблемы так её проймёт. Тем не менее пусть и невольно, но образ ребёнка, осознавшего, что потерялся и куда-то не туда «уехал с папой», у неё получился идеально. Уже узнавшие по методам сарафанного радио о нашем «повороте не туда» жители даже порой бросали сочувственные взгляды.

— Хммм, а почему люди не в поле? — обратился я к старосте, вышедшему проводить щедрого гостя.

— Так сейчас обед, господин чародей, — пожал тот плечами, — да и до сбора урожая ещё далеко, что сейчас в полях делать? А на огородах, спасибо зельям мастера Энфирии, тоже всё неплохо — ни сорняков, ни вредителей, — любопытненько.

— Мастера Энфирии? Кто это?

— Энфирия Барел, это тот самый алхимик, о котором я упоминал ранее, очень одарённый молодой человек! Он поставляет некоторые полезные зелья, ну там для плодородия, от вредителей… я в этом не очень разбираюсь, работают — и ладно.

— Понятно, — молодой алхимик и деревенька Карн, вот и ещё одно доказательство, что я попал в мир канона.

Тут моё внимание привлекла молоденькая девушка, в отличие от почти всех остальных сельчан, она не пялилась в нашу сторону, а целенаправленно шагала навстречу, в одной руке сжимая ладошку маленькой девочки, а в другой — какой-то узелок.

— А вон идёт Энри с сестрой, — заметил направление моего взгляда староста, — зазноба нашего алхимика. Мы с мужиками уже даже об заклад побились, когда он найдёт в себе смелость позвать прогуляться вместе, хе-хе, — Шалти отчётливо вздрогнула и окинула девушку печальным взглядом, тема была поднята явно ей неприятная в нынешних обстоятельствах. А с чего этот мужик вообще решил просветить хрена с горы обо всех этих подробностях? Хотя… ну да, крестьянский быт, скука, любое событие, выбивающееся из привычного цикла, может освещаться и обсуждаться месяцами, а тут не просто событие, но и новые уши пожаловали. Чем не повод почесать языком?

— Здравствуйте, — с открытой улыбкой подошла к нам Энри. — Меня зовут Энри Эммотт, а вас ведь Зеллос-сан, правильно? — храбрая девочка, я бы вот так резко к мутному мужику двух метров роста, с закрытым наглухо лицом и в прикиде как минимум до чёртиков богатого человека, подходить не рискнул.

— Да, всё верно.

— Я слышала, что вы потерялись и хотите найти кого-то из заклинателей, чтобы они помогли вам вернуться домой… — с искренней непосредственностью сообщила девушка, но была сразу перебита старостой:

— Энри, ты не должна так непочтительно говорить с нашим гостем. Обсуждать слухи — неприлично!

— Но я же только хотела помочь, — хлопнула голубыми глазками крестьянка и, не давая времени мужчине для ответа, вновь обратилась ко мне: — Простите, Зеллос-сан, если я вас чем-то задела, но я действительно могу помочь! Вот, — она показала узелок, — тут немного еды в дорогу, а ещё я написала письмо. В Э-Рантэле живёт мой друг Энфирия, он алхимик и знает многих авантюристов в гильдии. В письме я попросила его, чтобы он помог вам сориентироваться в городе и найти людей, которые смогут вам помочь. Не сомневайтесь — он очень хороший человек и обязательно войдёт в