Significant Digits - Значащие цифры - Alexander D

ЭРИН: Моя госпожа! Я не теряла надежды!

КРЭД: Нет, нет, нет!

[КРЭД скорбно кричит и срывает своё ожерелье из зубов волшебников, с силой бросая его на землю. Оно падает рядом с ожерельем КАРЛА.]

ЭКСИС: Да! Я низвергну гоблинов за их преступления, заставлю заплатить их за всё, что они совершили! [Она поднимает копьё высоко над головой.] Вот мой приговор: да будут они скоблить металл и трудиться над оловом до изнеможения! Пусть боятся поднять голову, ибо стоит только поднять – и она слетит с плеч! Этого требует кровь, пролитая в Зонтаге, и пусть все знают, что они заслужили свою участь!

[КРЭД падает на землю, завывая. ЭРИН склоняется, чтобы поднять ожерелье КАРЛА. Она замирает на месте, а потом наступает своей изысканной ножкой на ожерелье КРЭДА, уничтожая его. Всё уходят со сцены.]

[Свет гаснет, прожектор фокусируется на ожерелье КРЭДА. Это символ высокомерия.]

«Последние дни Эксис О'Бруйн», С. Лей, постановка 1979 года в Лондоне.

≡≡≡Ω≡≡≡

Медицинский центр Джона Сноу и Школа Сомнения (Тауэр)

19 мая 1999 года

В тот же день

– Вот, – указал рукой Мельд, отпуская запястье Гарри. – Подумай хорошенько и пробуй вспомнить хоть что-нибудь.

Гарри молча закрыл глаза. В узком коридоре, где они стояли, было очень тихо – это была дальняя часть Тауэра и ничто не отвлекало внимания.

Через некоторое время Гарри снова открыл глаза.

– Нет, сэр. Я не могу вспомнить ничего о том, где Волдеморт. Но я вроде бы помню всё о подразделениях Тауэра. Нет никаких явных пробелов, которые могли бы дать подсказку. – Он помедлил. – Спасибо, что оставили всё остальное.

– Было бы жестоко поступить иначе, – наклонил голову Мельд.

– Благодарю, – сказал Гарри с короткой улыбкой, которая тут же погасла. – Прежде чем мы вернёмся к остальным, нам стоит обсудить хотя бы в общих чертах, как именно вы займёте моё место. Тогда я смогу подумать, как помочь. Знаю, вы верите в надёжность Прикосновения Леты, но зачем рисковать? Это же базовое правило информационной гигиены.

Мельд пренебрежительно махнул рукой.

– Не стоит беспокоиться. Я заберу твою личность, а ты станешь новым человеком. А затем мы твоими же инструментами откорректируем траекторию, по которой движется мир.

Гарри покачал головой.

– Нет, сэр, я вижу серьёзные проблемы. В частности, конечные цели, что вы нам дали, слишком… – он замялся, пытаясь подобрать нужные слова. – Они порождают серьёзный внутренний конфликт. Это написано на наших лицах, и рано или поздно заставит вести себя странно. Будет как у Азимова с Тремя Законами… внешние наблюдатели смогут понять по нашему аберрантному поведению, что в игре есть некие новые базовые правила. Многие мне преданы, но нет никого, кто был бы предан абсолютно, до такой степени, чтобы моя воля и желания стали для них законом.

– Мы контролируем несколько десятков твоих союзников, но я создал внутри них конфликт, – сказал Мельд. – Они заколдованы точно так же, как ты, и их можно освободить, заново прочитав заклинание Прикосновения и добавив в конце…

– Нет! – Гарри резко вскинул руку. – Мне не нужно знать! Информационная гигиена! – Он неловко опустил руку и едва заметно улыбнулся. – Простите, сэр, но мне не стоит знать кодовое слово… вряд ли может принести хоть какую-то пользу. Да, сейчас вы полностью можете мне доверять, но вдруг я смогу как-то освободиться? Тогда лучшим вашим оружием станет контроль над моими близкими… Я буду гораздо слабее, если любой удар по вам будет ставить под угрозу жизнь Драко или Хмури – или если ваша смерть оставит всех моих друзей навсегда под действием чар.

– Не стоит беспокоиться, мистер Поттер, – мягко сказал Мельд. – Нет ни малейшего шанса, что вы освободитесь. Никто и никогда не обходил Прикосновение Леты одной лишь силой воли, и никому из ваших союзников не известно заклинания, способного снять зачарование. Сейчас между нами максимальный уровень доверия, какой только может быть между людьми.

– Но что насчёт моего Нерушимого обета? – спросил Гарри. – Это очевидная проблема… что случится, если вы попросите меня сделать что-то, что может уничтожить мир?

Мельд скрестил руки на груди.

– Естественно, вы не сможете этого сделать. Точно так же, как если бы я попросил вас заставить летифолда улыбнуться… Но от этого Прикосновение не развеется. Я потратил достаточно времени, изучая ваш разум, мистер Поттер, и уверяю, вам неизвестно ничего, что способно стать для меня угрозой.

Гарри молчал, прислонившись спиной к стене коридора. Мельд терпеливо ждал. Через некоторое время Гарри снова заговорил:

– Когда я думаю о своих гипотетических планах на случай подобных непредвиденных обстоятельств, кажется очевидным, что я бы что-то приготовил, а потом убрал воспоминания об этом в Омут памяти или же просто аккуратно, не оставляя следов, стёр их. Конечно, если бы я когда-то потом опять задумался о подобном, я мог бы придумать всё снова, а значит мне пришлось бы также стереть воспоминания, которые изначально заставили меня придумать план.

– Значит нам не стоит думать об этом, – тихо рассмеялся Мельд. – Не стоит беспокоиться о неизвестном или пытаться защититься от него, ведь неизвестное может принять любую форму. Ключ к великой силе в том, чтобы защититься от всех известных угроз, какими бы незначительными они ни казались, и оставаться скрытым для неизвестного.

– Я не согласен. Против неизвестного тоже можно что-то спланировать: заготовить путь, по которому вероятнее всего будут развиваться события, добавить некое обстоятельство, которое сузит круг возможностей… Я совершенно уверен, что обязан был хотя бы попробовать что-то предпринять. С тем, как работает магия, не так уж невероятно, что объявится какой-нибудь старый могущественный волшебник с недобрыми намерениями. Я знал наверняка, что есть люди, подобные Николасу Фламелю. А учитывая долгую историю мира и тот факт, что когда-то магия была гораздо могущественнее, вероятность того, что бессмертные волшебники существуют, стремится к единице, – пожал плечами Гарри. – Пожалуй, я даже мог бы предсказать, что это будете вы, сэр. Изобретатель заклинания Крестража. В ретроспективе, это кажется таким очевидным. А может, я и предвидел это.

Мельда явно забавлял разговор.

– Вы с Волдемортом, похоже, солидарны в оценке ваших способностей, мистер Поттер. Прошу прощения, но я не разделяю этого мнения. Победа далась легко, хватило бы и одной пешки.

Гарри снова пожал плечами.

– Это как-то подозрительно. – Он собирался было что-то добавить, но лишь резко покачал головой, случайно стукнулся макушкой о стену и сморщился от боли.

Мельд молча наблюдал за сценой, а потом ответил на так и не заданный вопрос.

– Нет, мистер Поттер, я не