Дзэн и искусство езды на попутках - Дмитрий Александрович Давыдов

Выхожу на асфальтированную дорогу, стоит мужчина. Похоже, ждет транспорт. Спрашиваю, где федеральная трасса.

– Вы на ней стоите, – сонно протянул он.

– Правда? А где заправка? Мне говорили, что она тут неподалеку.

– Вон там она, – он указал по направлению дороги, где вдалеке виднелись очертания старой будки и двух заправочных колонок.

Да уж, вчера бы я не доковылял. Благо свернул раньше. С судьбой не поспоришь, ей лучше знать, как лучше.

На дороге озаряется полная пустота. По календарю сегодня выходной – на работу никто не едет. Но минут через пятнадцать останавливается праворульная легковушка, откуда выходит мужичок с седыми усами в стиле Халка Хогана.

– Куда тебе? – говорит он, шевеля усами.

– В сторону Улан-Удэ подвезете?

– Садись, – кивнул он и пошел за машину, расстегивая ширинку.

Я сел и захлопнул дверь. Мужичок глянул удушающим взглядом и сказал:

– Еще раз так хлопнешь, пойдешь пешком.

– Хорошо, я все понял, извините.

Тронулись.

– А вы куда направляетесь? – спрашиваю я.

– Далеко.

Увертывается от ответа. Ладно, едем пока, а дальше будет видно.

Мчимся со скоростью свыше 150 км/ч. Не сбавляем даже на поворотах. На одном так вообще выскочили на встречную полосу и ехали по ней. Вот гонщик! Водитель косится на мои широко раскрытые глаза и вцепившиеся руки в обивку сидения.

– Да не бойся ты, – с улыбкой говорит он.

– Да я и не боюсь. Вы бы наверняка и в дрифт вошли.

Смеется.

– Резину жалко, – говорит он, – а так можно было бы. Зимой самое то.

Дорога расстилается вдаль, по обеим сторонам еловые пики тянутся к облакам. Постепенно из горной растительной местности въезжаем в гладкую холмистую степь. По большей части едем молча. Иногда водитель рассказывал о месте, которое мы проезжаем.

– Я смотрю, тут почти все с праворульными ездят? – говорю я.

– Да, раньше было выгодно, – говорит он, – я покупал машину в Японии, перегонял сюда и продавал с большим наваром. А сейчас размер таможенной пошлины бывает чуть ли не в трижды, а то и в четырежды выше стоимости самого авто. Вот и пришлось завязать с этим. Но в свое время хорошо обогатился.

Кругом поля. Проезжаем пастбище, на котором пасутся коровы с бирками в ушах. Краем обходим Улан-Удэ, где расхаживают люди с характерными иссиня-черными волосами и раскосыми глазам, словом, буряты.

Водитель согласился провезти меня дальше. Подбросит до самого Забайкальского края. Уже хорошо. Предел мечтаний на сегодня – добраться до Читы.

Не оторвать взгляд от широких полей, сплошь поросших зеленной травой. Поля то вздымаются в холмы, то растягиваются в плоскую равнину. Здесь действительно захотелось сделать остановку. Но не в этот раз.

Заворачиваем в поселок.

– Надо бы перекусить, – говорит водитель.

Входим в столовую. В меню исключительно традиционные блюда: хинкали, жирные супы с бараниной, плов и прочее. На утверждение, что я не ем мяса, водитель никак не отреагировал, даже усом не повел. Обычно люди ухмыляются и говорят, что все это глупости или что мужик должен есть мясо. Либо наоборот, поддерживают и соглашаются, что избирательность в еде полезна и разумна. Здесь же было исключительное равнодушие.

Говорю пухленькой женщине за прилавком:

– Мне макароны и салат.

– К макаронам котлетку, гуляш, тефтельки? – спрашивает она.

– Нет, нет, просто макароны.

– А может колбаску или сосиску? – она широко улыбнулась.

– Нет, только гарнир, – я улыбнулся в ответ.

Водитель рассказал о своей дочери. Она училась на лингвиста и работает по профессии. Он к ней и едет в Петровск-Забайкальск.

Мы проехали еще часа полтора, затем я вышел в открытом поле, а водитель свернул в сторону поселения. Неподалеку стоит отель-кафе, большой деревянный дом с плакатом на всю стену: «Продается». В пути я частенько замечал подобное. Дальнобойщик Дима сказал, что надо кормить вкусно и обустроить место стоянки для грузовиков, тогда и люди будут заезжать. А когда меня везли до Тулуна, то показали на дорогу в километре от трассы. Там стояли обветшалые кафешки и магазины. Раньше федеральная трасса шла по той дороге, и туда часто заезжали, теперь дорогу сместили, и все проезжают мимо. Та же история с заправочными станциями. Не раз проезжал заброшенные колонки вдали от дороги.

Машин почти нет. Часто проезжает строительная техника, видимо, где-то ремонт.

Останавливается большой самосвал. Залезаю в кабину. Знакомимся, представляется Сашей.

– Я сам бывал в таких ситуациях, когда ловил попутку, – говорит Саша, – главное правило автостопа: не остановился первый, остановится десятый, не остановился десятый, остановится пятидесятый. И вот еще одно: если голосуешь, то стой на месте. Если человек идет, то все думают, что ему недалеко или просто лень идти, вот никто и не подбирает.

– Все так, – подтверждаю я.

– А семья у тебя есть?

– Не-а.

– Вот и у меня нет, а надо бы. Мне уже 35 лет. А ведь просто так и нельзя, надо как-то обеспечить семью. Я вот каждый месяц по двадцатке откладываю с зарплаты. Уже не один год, а что-то все мало кажется.

– Наращивать капитал – это хорошо.

Лишь бы судьба злую шутку не сыграла.

– Подвезу тебя недалеко, – говорит он, – километров двадцать, но зато там место хорошее: заправка, и магазины, и площадка, только до нее дойти надо минут пять.

Останавливаемся. Он сворачивает, а я поднимаюсь в горку.

Забрался на ровный участок, вдоль дороги тянутся белые столбы с маленькими ветреными мельницами и солнечными батареями. Здорово, используют природную энергию. Справа галерея придорожных магазинов и кафе, слева заправка. Прохожу в конец и встаю на широком съезде. Место хорошее, и шел я недолго. Саша не обманул.

И хотя дорога до Читы извилистая, и завитушки занимают время, планирую добраться до Владивостока через три дня. Обратный путь автостопом мне не осилить. Конечно, я бы мог, но явно без удовольствия. Поэтому хочу сесть на поезд и целую неделю двигаться по транссибирской магистрали прямиком в Москву.

За тридцать минут проехало четыре машины. Погода лучится солнцем, я не голодный, а местность располагает к попутке – что еще надо для странника? На меня засмотрелись из внедорожника марки Форд. Машина неторопливо сбавила скорость и остановилась. Казалось, внутри обсуждали, брать меня или нет.

Подбегаю. За рулем худощавый мужчина лет пятидесяти в солнцезащитных очках, рядом женщина. Нам по пути, согласились взять с собой.

Из вентиляционных отверстий приятно обдувает охлажденный воздух. Женщина расспросила обо мне и моем пути, даже немного пофилософствовала. Сами едут к детям, которые служат где-то тут. И вообще, они семья военных.

– Мы