Восстание - Радмила Александровна Ёлкина

– Ну разумеется! – оживленно произнесла я. Его лицо стало грозным, каменным, и мне стало не по себе. – Они решат, что из правительства тут ты, а не я. И, наверняка, убьют тебя.

– Они верят мне! – рявкнул он. – Ладно, вставай! – я встала и пошла за ним. Я могла бы снова попытаться убежать от него, но он бы все равно догнал меня. Когда мы зашли в лагерь, он, быстрым шагом направился к костру, где сидели остальные. Там сидела Варя.

– Варя! – я кинулась к ней. Она подошла ко мне, и я крепко обняла ее, потом она внимательно посмотрела на меня. Ее черные тонкие брови поползли наверх. – Я упала, – улыбнулась я ей, имея ввиду рану на моей голове. – Ты же знаешь, что у меня две ноги левые.

– Да, это точно! – она тихонько рассмеялась. А потом сделалась серьезной, когда к нам подошла группа людей.

– Итак, – обратился ко мне вожатый лагеря, – твоя сестра сказала, что вы обычные беженцы. Теперь хочу спросить тебя, так ли это?

– Да, – ответил за меня Дежурный по имени Макс. – Я расспросил ее.

– Хорошо, – отвечал Игорь. – Но нам нужно убедиться в этом. Еще пять дней испытаний. Мне нужно, действительно, проверить не из шпионского ли они отряда.

– Какие меры хочешь предпринять? – спросил Дима у Игоря. Я заметила, что их вожак больше доверял тому, кому совсем не стоило верить. Он считал, что бывший Дежурный – теперь его правая рука. Как ни странно, но я бы на его место поставила этого Диму. Я думала еще над тем, открыть им всем правду или нет. Но заслуживали они ее? И у меня еще были вопросы по поводу этого самого Максима.

– Ни в коем случае не давать им ходить к реке. И заставить их выполнять ту же самую работу, которую выполняем мы.

– Как на счет еды? – спросила Игоря Вика. Я отметила, что он ее недолюбливает. Наверное, из–за этого чертова Дежурного. Она была далеко не глупой, раз о чем–то подозревала. Тут у всех было стадное чувство, но не у нее. Она не была изгоем, наверное, только из–за Димы.

– Пока только завтрак, – пояснил Игорь, смотря на нас с Варей. – Но все–таки они должны быть друг от друга отдельно.

– В смысле, спать в разных местах? – спокойно спросил Дима у него. Он кивнул.

– Ты так и будешь у этого дерева, а твою сестру перепрячем.

– Но…

– И молчи, пока тебя не попросят что–нибудь сказать! – он перебил меня. – Все понятно?

– Да, – ответила я с каким–то вызовом.

Было еще утро, поэтому нас с Варей покормили. Потом мы пошли в лес за ягодами и грибами. За нами, естественно, наблюдали. Я даже не думала убегать, потому что мне бы это не удалось. Я расспрашивала сестру о том, как она жила эти три дня. Она отвечала, что ее постоянно расспрашивали. Вика приносила ей поесть и попить. Я, в общем–то, так и думала. Я должна поблагодарить ее за это, но позже. Я замечала, что на нас смотрели и перешептывались другие жильцы лагеря. Признаться, это немного раздражало меня. Все они говорили о нас, но никто из них не желал подходить близко. Но во мне было больше опасения, чем раздражения. Я боялась, что кто–нибудь из них вонзит мне или Варе нож в спину. Я каждый раз вздрагивала, когда были слышны выстрелы. Неподалеку некоторые парни и девушки охотились. Они были здесь добытчиками. За лагерем всегда оставались смотреть один или двое человек, остальные же работали. Но смотрителя за лагерем каждый день меняли. В ближайшее время меня точно не возьмут охранять их лагерь. Еще я точно не буду мыть чашки, так как нужно было ходить к реке. А мне так уже хотелось ополоснуться. Но неужели они верили, что так я смогу убежать? Я сейчас и до середины реки не смогу доплыть.

Собрав все то, что мы смогли найти в лесу, мы вернулись в лагерь. Сегодня обед готовила Даша, она всегда носила ружье на плече. Она подозрительно на меня смотрела, в общем, как и все здесь. Мы с Варей сели к дереву. Ее волосы совсем растрепались, и поэтому я заплела ей крепкую косу. Я тут же ощутила острую душевную боль. Меня всегда заплетала так мама, ее куртка до сих пор была на Варе. Рюкзак у нее тоже забрали. Я снова посмотрела на стопку их рюкзаков и сумок. Откуда у них было столько оружия, еды, откуда были палатки? Скорее всего, они все были с одного города. Наверное, они распределили кто что будет брать. Да, наверное, это все так.

– Тань? – обратилась ко мне сестра. Я посмотрела на нее в ожидание вопроса. – Этот парень… – она указала на бывшего Дежурного. – Он тебе никого не напоминает? – я смотрела на нее и думала над тем, сказать ей сейчас или когда придет время. Она могла случайно сказать кому–нибудь, кем на самом деле является этот Максим. Мне нужно сначала во всем разобраться.

– Нет, – все–таки ответила я. – Я его никогда, кажется, не видела.

Варя больше ничего не спрашивала, только говорила мне о том, что она думала о всех этих людях. После того, как они пообедали, мы снова пошли работать. Мы пошли за хворостом. Рядом с нами был все время Максим, которому поручили следить за нами. Он тоже работал вместе с нами, но не помогал нам. Эта работа была не сложной по сравнению с охотой и разведкой местности. Насобирав достаточно хвороста, мы снова вернулись. Кто–то уже сидел тут и разделывал тушу какого–то зверя, которого они подстрелили. Я посмотрела на небо. Оно вновь было розовато–оранжевым. Потом меня кто–то окликнул из толпы. Это был Дима. Он подал знак, чтобы я подошла поближе. Я послушно подошла и он повел меня куда–то в лес. Я хотела спросить, куда меня ведут, а потом все поняла. Снова какие–то расспросы. Подойдя к Дежурному, Дима ушел. Этот Дежурный кивнул ему в знак благодарности. Ну неужели меня должно расспрашивать именно это бесчувственное животное?

– Как первый день? – спросил он, когда Димины шаги давно стихли. Но чего–то опасаясь, он повел меня туда же, где мы были утром.

– Такое ощущение, что об этом месте больше никто не знает, – подметила я и оказалась правда.

– Я задал вопрос.

– У меня тоже есть масса вопросов, но, похоже, мне на них никто не ответит! – с дерзостью произнесла я.

– Ты можешь хотя бы сейчас не показывать свой характер, а? – таким же