Ты мой худший вариант - Анастасия Градцева

– Зак! – я повышаю голос и предупредительно выставляю вперед руку. – Я сказала: нет. Я не буду участвовать в этом спектакле. Решай свои проблемы без меня.

– Окей, – из его голоса мгновенно пропадает тягучесть и ленивая хрипотца, тон становится сухим и подчеркнуто деловым, а взгляд холодным и отстранённым. – Сколько ты хочешь?

– Что?

– Сколько ты хочешь за то, чтобы сыграть роль моей девушки? Называй сумму, обсудим.

– Не неси ерунды! Деньги мне не нужны! – возмущенно отвечаю я, но он цепляется за эту фразу:

– А что нужно?

Я молчу.

– Лия?

Это запрещенный прием – называть меня по имени. Оно слишком хорошо звучит, произнесенное его низким красивым голосом.

Меня мучает совесть, потому что Зак несколько дней назад спас меня из абсолютно безвыходной ситуации и я все еще чувствую себя ему обязанной. Я готова помочь ему, правда. Вот только притворяться его девушкой… да еще и так долго…

Но, может быть, это имеет смысл, если за это я попрошу кое-что, что решит раз и навсегда нашу с мамой проблему?

– Зак, а ты… ты можешь сделать так, чтобы мою маму взяли работать в Британский колледж? – неуверенно спрашиваю я, а потом понимаю, что это звучит так, будто я прошу у него звезду с неба, и тут же мотаю головой. – Нет, забудь.

– Почему именно туда? – резко спрашивает он.

– Все-все, забудь, я понимаю, что это нереально…

Зак напряженно хмурится.

– Это более чем реально, – неохотно говорит он. – Моя мачеха входит в состав руководства этого колледжа. Если с ней поговорить, она пойдет навстречу.

У нас в городе всего два учебных заведения, где обучают экономическим специальностям на высоком уровне. И оба частные. Британский колледж повыше классом, но в свое время маму туда не взяли – не хватало опыта. Зато в наш она сразу попала. Кажется, директор еще тогда положил на нее глаз.

– Зак, а почему тогда ты сам не учишься в Британском колледже, раз у тебя там связи? – осторожно спрашиваю я.

– Именно поэтому, – грубовато отвечает Зак. – Так, значит, мы договорились? Ты до конца учебного года исполняешь роль моей девушки, а я договариваюсь, чтобы с сентября твою маму взяли на новое место работы.

– А нельзя пораньше? – вырывается у меня, потому что до сентября еще так далеко. А директор, который портит маме жизнь, слишком близко.

– Нет. Оплата после работы, – цинично хмыкает Зак. А потом вдруг с интересом спрашивает: – А почему такое странное желание? Чем твоей матери здесь не нравится? Денег мало платят?

– Неважно, – мстительно возвращаю я ему его же слова и гордо вскидываю подбородок. – Тебя это никак не касается!

– Окей, – тянет Зак, но я вижу, как недовольно хмурятся его брови. – Тогда по плану у нас сегодня прогулка по городу с этой, блядь, Жанной. Я еще Борю позову, чтобы ей компанию составил. Он любит стерв.

– Но это же вечером, да? А пока я могу домой поехать? – осторожно уточняю я.

– Ага, отвезу тебя, – кивает Зак. – Идем.

Мы шагаем по коридору, моя рука в его большой крепкой ладони. Зачем он меня держит? Боится, что убегу?

Я мысленно прикидываю время. Мама должна была уже поговорить с директором и пойти на свою четвертую пару. А потом, наверное, она еще задержится по всяким делам, связанным с подготовкой Дня колледжа. Получается, что дома ее не будет и она не увидит нас с Заком.

Я понимаю, что мне все равно придется ей как-то об этом сказать, потому что рано или поздно слухи дойдут даже до моей мамы, которая не общается особо ни с коллегами, ни со студентами, но я малодушно решаю, что этот день будет не сегодня. А на прогулку я отпрошусь… да просто отпрошусь и все.

Скажу, что хочу погулять по весеннему городу. Может же у меня появиться такое желание? Может.

Вот и все.

На парковке я верчу головой, выискивая уже знакомую мне машину Зака, и поэтому не сразу понимаю, что он стоит, сунув руки в карманы, и смотрит на меня с усмешкой.

– Солнце мое, что-то потеряла?

– Твою машину.

– Я на мотоцикле сегодня.

– Что?! – у меня широко раскрываются глаза, и я только сейчас замечаю этого жуткого черно-зеленого монстра, припаркованного в шаге он нас. – Нет! Спасибо! Я лучше на автобусе.

– Неправильный ответ, – ухмыляется Зак, а потом ловит меня за талию и притягивает к себе. – Обещаю не гнать слишком сильно.

Он опять оказывается так близко, что я вижу каждую крапинку на его зеленой радужке, вижу красивые темные губы, раздвинутые в насмешливой улыбке и острые, чуть выдающиеся вперед клыки. Для человека, который только что завел себе фальшивую девушку, у него подозрительно хорошее настроение.

– Мотоцикл – это опасно, – упрямо говорю я.

– Не опаснее, чем залезать в кабинет к директору, – говорит мне Зак на ухо, и от его горячего дыхания я вся покрываюсь мурашками. – К тому же, ты телохранитель супер экстра класса, разве тебе можно бояться?

Я понимаю, что он пытается меня развеселить, но мне совершенно не смешно. Мама столько раз мне рассказывала о том, сколько аварий случается с мотоциклистами, что я вообще не понимаю, как этот вид транспорта до сих пор не запретили.

– Нет, я не поеду, – качаю я головой.

Зак пытливо смотрит мне в лицо и, кажется, понимает, что я не кокетничаю и не играю. Что я и правда боюсь.

Он осторожно убирает с моего лица прядь волос, заправляя ее мне за ухо, и говорит очень спокойно и терпеливо:

– У меня с восемнадцати лет права, могу показать, если не веришь. Я ни разу не попадал в аварию и ни разу не ездил пьяным. Свой шлем я отдам тебе, ехать тут недалеко – так что для тебя риск минимален.

Я глубоко вздыхаю. Почему-то я ему верю. А еще, в самой-самой глубине души, мне на самом деле тоже этого хочется. Хочется прокатиться на мотоцикле. Чуть-чуть,