«Великая Германия». Формирование немецкой национальной идеи накануне Первой мировой войны - Константин Николаевич Цимбаев

личности в истории как государств, так и народов. В одном из писем Вильгельму II Шиман изложил суть своего мировоззрения: «Борьба – это лозунг, который Бог дал людям. Сильная воля великих правителей, великие полководцы и государственные мужи, верность и беззаветный патриотизм народов определяли историю человечества»[149]. Из этого вытекала его безусловная приверженность монархическому правлению, недоверие к демократическим институтам и убежденность в жизненной необходимости борьбы Германии за свои интересы против враждебного мира. Приоритет государственного и национального, стремление к «великолепному подъему Германии» и призыв к тому, чтобы «Германия заняла более почетное место в мире»[150], отражают своеобразие экспансионистских взглядов Шимана, который большее значение придавал внешнему положению страны и не стремился к коренным внутренним изменениям.

5

Предпочтение внешней политике, которая «в любых обстоятельствах должна стоять выше политики внутренней»[151], отдавал и Отто Хётч. Несмотря на немалые расхождения с Шиманом, особенно в вопросе о России, в их жизни было много общего.

Наряду с Шиманом Хётч стоял у истоков изучения истории Восточной Европы в Германии. Он был крупным историком, авторитетным ученым и влиятельным политическим публицистом, как и Шиман, имевшим тесные контакты с Министерством иностранных дел. Сменив своего учителя в 1914 г. в качестве постоянного внешнеполитического комментатора в «Kreuzzeitung», Хётч положил начало не только личному закату Шимана, но также очередному этапу в развитии экспансионистской идеологии – от безоглядной мировой политики, не всегда разбирающей цели и средства, к политике определенных, строго отобранных ориентиров, к которым необходимо последовательно и неуклонно приближаться.

Отто Хётч родился 14 февраля 1876 г. Его рано умерший отец был мастером-жестянщиком. От матери, происходившей из среднебуржуазной семьи, он унаследовал разнообразие интересов, увлечение иностранными языками и музыкой. Она же развивала в нем, наиболее одаренном из четырех детей, склонность к историческим и политическим знаниям. Несмотря на сложное материальное положение семьи, ему была создана возможность посещать знаменитую гуманистическую гимназию имени Св. Фомы, где он регулярно входил в число лучших учеников, получал награды и стипендии и окончил ее в числе первых выпускников. Классическое образование гимназии способствовало удачному развитию традиционно буржуазного, подчеркнуто национального, домашнего воспитания. Густав Фрайтаг и Генрих Трейчке были теми обязательными для чтения в семье Хётча авторами, которые оказали огромное влияние и на молодого Отто, и на значительную часть немецкого бюргерства идеями национального самосознания и имперского патриотизма. Атмосфера богатого и гордящегося своими традициями Лейпцига также способствовала формированию у Хётча консервативного мировоззрения в духе национального либерализма.

С 1895 по 1899 г. Хётч изучал историю, политическую экономию и историю искусств в Лейпциге и Мюнхене. Одним из его учителей, прежде всего в политической истории, был известный историк Карл Лампрехт, который одновременно был на рубеже веков известным публицистом и который стал для Хётча образцом. Деятельность Лампрехта, как впоследствии и его ученика, не ограничивалась историей, он активно занимался социально-политическими проблемами и читал посещавшийся Хётчем курс о политическом и социальном восприятии современности. От Лампрехта Хётч перенял убежденность в исключительной важности имперско-гражданского образования народа – проблема, которой он занимался на протяжении всей своей академической и публицистической деятельности. В университете Хётч посещал лекции по колониальной истории и проблемам современного колониализма Эрнста Хасса, который в 1893 г. стал председателем Пангерманского союза и с которым Хётча связывали продолжительные дружеские и деловые отношения. Диссертация об экономическо-социальной структуре сельского населения Саксонии во второй половине XVI в.[152], защищенная им в 1899 г. у Лампрехта, стала первым шагом в его университетской карьере. Должность библиотекаря Исторического семинара позволила Хётчу в короткое время дополнить и расширить познания в области экономики, юриспруденции, современной политики и языков, ставшие для него необходимыми и облегчившие переход к политической публицистике.

В октябре 1900 г. Хётч стал редактором «Академических листков», газеты Союза немецких студентов Берлина, переехав для этого в столицу. «Академические листки», формально университетское издание среднего масштаба[153], фактически было изданием общенациональным, в котором на первом месте обсуждались проблемы мировой и национальной политики и культуры. Для редакторов этой газеты, как и для Хётча, она нередко становилась первым шагом на пути к большой журналистской или издательской карьере[154]. Хётч, обративший на себя внимание тем, что придал «Академическим листкам» ярко выраженную национальную направленность, получил в 1903 г. предложение возглавить еще одно издание несколько пангерманистского направления – «Немецкий ежемесячник общей жизни современности»[155]. В обоих изданиях Хётч последовательно проводил идею имперской государственности, лежавшую в основе базовых концепций Союза немецких студентов[156], в который Хётч вступил в Лейпцигском университете и в рядах которого он оставался всю жизнь. Хётч имел также корпоративное членство в Пангерманском союзе и во многих других массовых национальных союзах, что, однако, было следствием того, что он разделял их общую национально-патриотическую концепцию, но не конкретные программы. Он имел собственное мнение по ряду вопросов, так, например, ярко выраженные расистские взгляды Союза немецких студентов, сформулированные в «Арийском параграфе» его Устава, Хётч, не отвергая принципиально, не одобрял в их крайних проявлениях[157].

Из трех основных составляющих идеологии Союза немецких студентов – антисемитизм, национализм и социальная политика – Хётча интересовали два последних аспекта. Понимание важности социальной политики отличало Хётча и от Шимана, признававшего приоритет лишь академической науки и национально-государственных проблем, и от оппозиционного, но подчеркнуто-аристократического Ревентлова и сближало с Фридрихом Науманом, одним из наиболее видных деятелей социальной политики. Решение назревшего социального вопроса, вызванного действительно тяжелым и неравноправным положением народа, прежде всего рабочих, а также издержками процесса массовой индустриализации, Хётч искал сначала в направлении, предложенным Адольфом Штёкером, придворным проповедником и почетным членом Союза немецких студентов.

Христианско-социальное движение Штёкера, желавшего объединить нацию на религиозной основе, было, однако, заведомо обречено на неуспех как по причине конфессиональной раздробленности Германии, так и из-за широко распространенного атеизма, особенно в самых высших и самых низших слоях общества. Хётч прекрасно понимал недостатки чисто религиозной идеи и стремился к выявлению реальных оснований для национального единства; он высоко ценил Штёкера, но вскоре был вынужден перейти на иную позицию, присоединившись к бывшему ученику Штёкера, ставшему его идейным противником, – Фридриху Науману, также тесно связанному с Союзом немецких студентов и являвшемуся одним из основателей отделения Союза в Лейпциге и Эрлангене.

Национально-социальная идея Наумана, видевшего глубокие социальные противоречия современности, без предубеждения относящегося к социал-демократии, жаждущего не кардинальных политических преобразований, но политического развития, не наблюдавшегося им в кайзеровской Германии, была близка Хётчу[158]. Вслед за Науманом Хётч предполагал преодолеть распространенную в буржуазной среде точку зрения о несочетаемости национального и социального. Хётч защищал Наумана против обвинений консервативного крыла Союза в измене монархическим и