Сама невинность для магната - Ольга Грон

Что я делаю? Дура, как есть! Идиотка!

— Поехали ко мне, — рвано выдыхает Касаткин в губы.

— Герман Назарович, я не могу… Отпустите…

Мысли путаются, В голове полнейший кавардак.

Босс меня хочет!!! И это уже не просто месть за разбитую машину. Все зашло гораздо дальше, чем ожидалось изначально. Он не оставит в покое, пока не получит свое.

— Алина, — произносит он мое имя бархатистым тоном, который хочется слушать и слушать, — поехали. Обещаю, ты не пожалеешь.

— О чем? — дрожащим от волнения голосом спрашиваю я.

— Ты прямо как маленькая. Я хочу тебя!

— Такие откровения, Герман Назарович… Это очень неожиданно.

Бог мой, что я несу?! Я ведь сама мечтала об этом, когда пялилась на его фотки! Вот только предпочла бы, чтобы все так и осталось лишь в моих фантазиях, вне реала.

— Так уж и неожиданно! Ну что?

— Я никуда не поеду, — упираюсь ладонями в его грудь, кусая нижнюю губу. — Если вы подумали, что я сегодня пошла с вами ради этого, то ошибаетесь.

— А ради чего пошла? — не отстает он.

— Вы сами попросили…

— Я и сейчас прошу. Ну же, прекращай ломаться.

Я впервые оказываюсь в подобной ситуации со взрослым мужиком. Чертовски привлекательным, озабоченным и наглым. Который к тому же мой временный босс.

— Я не ломаюсь. Просто говорю «нет». Неужели непонятно?! — зло шиплю в ответ.

Его собственнические замашки переходят все границы. Вероятно, он не ожидал услышать отказ. Тоже мне, неотразимый Касаткин! Пусть свою кадровичку трахает!

— Сама потом пожалеешь.

— Это вряд ли, вы совсем не в моем вкусе, — выпаливаю на одном дыхании. — Тем более, вы намного старше, и это меня смущает.

— Однако это не мешало тебе пять минут назад отвечать на поцелуй.

— Это все алкоголь, а не я. Давайте уже по домам. У меня завтра куча дел.

— Уверена, что не хочешь продолжить?

— Стопроцентно, — прикрываю глаза, лихорадочно соображая, какие аргументы можно еще привести в качестве отговорки.

— Сегодня днем… ты выглядела словно богиня. У тебя отличный вкус, — слышу голос Касаткина, будто в тумане. — Все только на тебя и смотрели. Ты не заметила?

— Нет. И вообще, не стоило перечислять мне те деньги. Я не хочу, чтобы вы думали, что меня можно купить. Я все вам отдам, — продолжаю говорить о наболевшем.

— Какая глупость! Другого ничего не придумала? Ладно, если не хочешь — настаивать не буду, дело твое. Идем дальше, я ведь обещал довести тебя до дома, — отвечает Герман, демонстративно отстраняясь.

Чувствую его недовольство и понимаю, что этим вечером все не закончится.

Своим отказом я его только раззадорила, пробудила в звере аппетит.

Герман

Я так больше не могу! Вишенка доведет меня своими отказами и попытками строить из себя девственницу до того, что я просто зажму ее в кабинете и трахну прямо на столе. Жестко и сильно, отдеру так, чтобы наконец перестала корчить из себя недотрогу…

С того момента, как я увидел ее утром, перед собранием, я сам не свой. Еле-еле сконцентрировался во время переговоров на работе. Держался весь день и думал, может, я уже сошел с ума? В деловой разговор я едва включился. И сам удивляюсь, как смог дальше себя контролировать и не думать об Алине.

Масла в огонь подлил Градов, который вдруг начал предлагать ей работу. Сейчас же! Так я и отдал свою помощницу!

Девчонка ведь и правда неглупая, местами она устраивает меня даже больше Ксюши, которая, хоть и выполняет свою работу хорошо, но так, словно ей все что-то должны. Но перспективы у Алины гораздо выше. Я вижу, как она пытается подойти ко всему с логикой, экономит время, распределяя свои обязанности. И пусть многих нюансов пока не знает, у нее есть стратегия в действиях — а это залог успеха.

Конечно, она похожа на Кристину, от этого частично моя первоначальная реакция. Но сейчас я вижу между ними существенную разницу. Когда Алина переоделась в модный деловой костюм, я смог проанализировать свои впечатления и пришел к выводу, что общего между ними мало. И дело не только во внешности, но и в манере общения и в отношении к окружающим. Кристина Вольская всегда относилась к другим людям свысока своего положения и мало прислушивалась к чужому мнению. И этой черты точно нет в характере Вишни.

Мне безумно хотелось продолжить свои наблюдения. Именно потому я и пригласил ее на посиделки с Сашкой. И она полностью оправдала мои ожидания.

А затем я просто не сдержался, хотя обещал себе, что сегодня все пройдет чинно.

Ее губы оказались чертовски вкусными, нежными и словно созданными для поцелуев. Я давно так не упивался обычным поцелуем.

Голова кружилась от одной мысли, что девчонка сейчас дрожит в моих руках, откликаясь на каждое действие, на каждое прикосновение. И мне хотелось сорвать с нее одежду прямо на набережной, чтобы насладиться этим телом сполна. И я решил форсировать события. Но, кажется, поспешил…

И теперь мы идем к ее дому, а меня всего трясет. Член периодически поднимается и напоминает о том обломе, который он только что пережил. В ушах гудит, в голове сплошные мысли о сексе. Во разных позах и вариациях.

Я больше не могу смотреть на Вишенку без того, чтобы не представлять, как я ее ласкаю, как врываюсь в ее податливую киску, укрощаю эту дикую кошечку…

Она все равно сдастся рано или поздно. У меня еще есть время до конца лета. Дальше все станет гораздо сложнее, ведь мы будем находиться порознь. Но до этого времени я сделаю все, чтобы она стала моей любовницей.

Возможно, так даже лучше. Потом она продолжит учебу, и никто в офисе не станет шептаться, что у босса служебный роман. Мы сможем встречаться на нейтральной территории. Без каких-либо обязательств и претензий друг к другу.

Улицу окутывает ночной туман. Становится прохладно, зябко.

Вижу, как Алина сжимает плечи, и понимаю, что она сейчас замерзнет. Чего доброго — потом заболеет. Хватит мне одной секретарши на больничном. Все же я не такой изверг, как она считает.

— Держи, так будет лучше, — снимаю пиджак и набрасываю его на плечи девчонки.

— Не надо, Герман Назарович, мне совсем не холодно, — цедит она, хотя вижу —