Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

и с размаха заехал брату кулаком по лицу. Тот потерял равновесие и не упал только потому, что на пути оказался стол. Не успев опомниться, Тэльво увидел над собой старшего близнеца с горящими яростью глазами. Он схватил брата за воротник и тряхнул. — Ради кого?! Ради кого ты предал семью?!

Швырнув Тэлуфинвэ на пол, Питьяфинвэ выдохнул.

— Говори, зачем пришёл, пока я снова не врезал тебе по роже.

— Меня теперь можно безнаказанно бить, — скривился Тэлуфинвэ, — даже убить, наверно, можно. Да, ты абсолютно прав, я безмозглая рыба.

— И чего тебе от меня надо?

— Это, — младший Амбарусса снял с плеча сумку, распустил завязки и вытащил меч.

Глаза Питьяфинвэ округлились.

— Это же…

— Да, это меч, подаренный… Можешь меня бить, но Феанаро Куруфинвэ мне не отец. Больше. И я теперь не имею права носить это оружие. Считай, что твой брат-близнец погиб там, на маяке. И, смертельно раненый, отдал свой меч тебе.

— Уходи, пока я тебе голову не оторвал, — угрожающе произнес Питьяфинвэ, принимая из рук Тэльво клинок.

Когда закутанный в маскировочный плащ брат исчез за дверью, Феаноринг тяжело опустился на постель.

— Мы ведь хотели править в Средиземье вместе, — выдохнул он. — И наши мечи одинаковы. Теперь они вместе, а я и брат — нет… Проклятье! Неужели девка-рыбачка стоит больше, чем родная семья?

Два меча легли рядом на столе, и Питьяфинвэ вдруг понял, что не знает, где чей.

***

Стол был завален измерительными инструментами всех существующих форм и размеров, под столом валялись смятые листы, сломанные перья, клочки бумаги и бокал.

Тьелпе, сидя в стороне от творческого хаоса отца, рисовал узор на схематичном изображении двуручного меча.

— Нельо! — обрадовался Куруфинвэ-младший. — Я так рад! Я тебя ждал! Мне очень нужна помощь. Какую форму меча ты считаешь наиболее удобной?

Нельяфинвэ, всё ещё наблюдая за рождающимся на бумажном клинке узором, ответил не сразу. Всматриваясь в выводимые рукой племянника завитки, изображающие цветы и листья, звёзды и язычки пламени, Феаноринг замечал, что на самом деле рисунок складывается в женские лица. Лицо. С разной мимикой. То изображённая дева грустит, то улыбается, то хмурится, то смеётся… И облик такой знакомый!

Тьелпе оторвался от своего занятия и с тревогой посмотрел на дядю, прикрывая рисунок рукой. Он явно не хотел выдавать свой секрет. Майтимо незаметно улыбнулся и переключил внимание на брата.

— Форму? — переспросил он.

— Да. Форму. Клинка. Каким он должен быть? Прямым, чуть изогнутым, сильно изогнутым, узким, широким, равномерно сужающимся или с расширением на второй трети? Есть ли смысл в скругленном конце? Скашивать с двух сторон или с одной? Оба края делать острыми или один? Кровосток обязательно нужен? Он должен проходить по центру или…

— Подожди, Курво, не так быстро, — Майтимо подсел к брату, отодвигая в сторону творческий хаос. — Покажи всё это на чертежах.

Куруфинвэ-младший пододвинул стопку листов. Наблюдая, как Нельо всматривается в каждый эскиз, Атаринкэ вдруг усмехнулся.

— Расскажи мне, брат, — подпёр он рукой щёку, — правда ли, что на решающий поединок в Альквалондэ ты вышел не со своим мечом? Чей это был меч?

Нельяфинвэ замер. Медленно отложив в сторону лист, он внимательно посмотрел в глаза брату.

— Это тебя интересует или отца?

Куруфинвэ-младший рассмеялся.

— Не бойся, я ему не скажу.

— Можешь рассказать, — пожал плечами старший Феаноринг. — Что он мне сделает? Наречет Тэлеро и лишит права называться Нельяфинвэ Феанарион?

— А вдруг?

— Курво, нас всех связывает нечто бо́льшее, чем наречение Финвэ Феанарионом. А материнское имя отец не имеет права отобрать.

— Так что насчёт меча?

— Я был ранен, — изучающе посмотрел брату в глаза Майтимо, — еле держался на ногах. Было глупо соглашаться на поединок, сам не знаю, что меня дёрнуло. Но коли согласился… Нужно было бить наверняка. Сразу. Меч, выкованный отцом…

— Думаешь, не принес бы удачи?

Это была язвительная шутка, но провокация не удалась.

— …слишком лёгкий. Да, он острый, им можно пробить тонкую броню. Но если под латами ещё и кольчуга, одного удара могло не хватить, — Майтимо смотрел испытующе, с недоверием. — Если бы я пропустил ещё хоть один удар, мог потерять сознание. Поэтому и решил взять тяжёлый меч, чтобы закончить всё быстро. Не до игр было. И да, я не знаю, чей он был.

Куруфинвэ-младший покачал головой.

— А я своим мечом перед дочками хвастался, — рассмеялся он. — Им нравилось. Клинок очень красивый.

— Копия отцовского?

— Почти. Ладно, брат, ты на мой главный вопрос не ответил.

— Я ещё не все твои чертежи просмотрел, — усмехнулся Нельяфинвэ. — Дай мне время. И заодно объясняй, какой смысл ты сам вкладывал в эскизы. Не везде могу понять.

Куруфинвэ-младший рассмеялся, и братья взялись за стопку бумаги.

***

Во тьме блеснула сталь, и холодный металл прижался к горлу, грудь сдавило железной хваткой, лишив возможности двигаться.

— Думал, тебя спасёт маскировочный плащ?

Сердце Тэлуфинвэ, бешено заколотившееся, забилось ровнее.

— Морьо… Ты меня напугал.

— Хорошо. Тебе полезно. Куда ты ходил среди ночи?

— Надо было.

Морифинвэ надавил мечом, кожу на шее начало саднить.

— Эта сталь очень острая. Она выкована… — начал говорить Феаноринг, замолчал, хмыкнул. — Скажи-ка, эльф, кем она выкована? Давай же, скажи.

— Не издевайся надо мной, — сдавленно произнес Тэльво, вытягивая шею, инстинктивно спасаясь от острия.

— Почему? — Морифинвэ сказал это очень удивлённо.

Не зная, что ответить, Тэлуфинвэ сник. Его выбор обошёлся ему слишком дорого.

— Расскажи, куда и зачем ходил, и я отпущу тебя, — голос Карнистира стал ласковым. Это плохо. — И даже не в море с камнем на шее.

— Я отдал свой меч Питьяфинвэ, — выжал из себя признание Тэльво.

— И что ты собираешься делать дальше? Потом, когда доплывем в Средиземье.

— Я, как и все Тэлери, поплыву обратно в Валинор, возьму на борт эльфов Второго Дома и повезу их. Потом