Гарри Поттер и прошлое будущего - DriftWood1965

— Ну, она отправится за Завесу, — сказала Гермиона.

— И скатертью дорожка, — ответил Невилл. — Так у неё не будет возможности делать то, что она делала в прошлый раз.

— Да... но, пока мы шли сюда, я подумал, что нам стоило провести связь между ней и взятками Малфоя, — сказал Гарри. — У нас ведь есть воспоминание с признанием Люциуса в том, что он её подкупал, и мы могли получить признание и от неё самой.

— И чем бы это помогло? — спросила Полумна.

— Министерство могло арестовать счета Малфоев, оставив Драко и его мать без гроша, — пояснила Гермиона.

— Кстати о Малфоях, — сказал Невилл. — Вы слышали, что Драко пропал?

— Что? — воскликнул Гарри. — Куда пропал?

— Не знаю, — пожал плечами Невилл. — Мы... — он улыбнулся и накрыл своей ладонью ладонь Полумны, — на прошлой неделе были в Мунго, и слышали, как мать Драко с кем-то разговаривала. Она говорила кому-то по имени "Анди", что Драко исчез, и она волнуется, потому что он винил в произошедшем с его отцом тебя.

Гарри посмотрел на Гермиону, слегка коснувшись своего левого предплечья. Та кивнула.

— И кто это — Анди? — спросил он Невилла.

— Не знаю, я не видел, — признался Невилл.

— Мама Драко просила её, чтобы она рассказала своей дочери, — прибавила Полумна.

— Её? Анди — женщина? А... ну конечно, — осенило Гермиону. — Анди... Андромеда. Андромеда Тонкс.

— Я думал, что они с Нарциссой не ладят, — удивился Гарри.

— Но они всё-таки сёстры. А Нарцисса недавно потеряла свою другую сестру и мужа, — заметила Гермиона. — Мы можем спросить Тонкс.

610/821

Они с Гарри бросили взгляд в другой конец стола. Молодая мракоборка смотрела на Римуса, но тот продолжал её игнорировать.

— Тонкс? — позвала Гермиона.

— А?

— Твоя мать в последнее время встречалась с миссис Малфой?

Тонкс кивнула:

— Она ходила в Мунго, чтобы узнать, не может ли как-то ей помочь. Она ведь её сестра.

— Я думала, что она ненавидит Нарциссу.

— Беллатрису она определённо ненавидела, но... — Тонкс повела плечами, — она сказала, что Нарциссе сейчас тяжело, и она хочет её поддержать.

— А что насчёт... — начал Гарри.

— ...твоей новой работы? — перебила его Гермиона. — Как она тебе?

Тонкс бросила ещё один взгляд на Римуса и снова посмотрела на Поттеров, пожав плечами:

— Едва успела освоиться.

— Зачем ты меня остановила? — спросил Гарри Гермиону.

— Не стоит говорить о том, что Малфой пропал, особенно в Министерстве. Сейчас мы примерно представляем, чем он занят и что будет делать. Если его арестуют, мы лишимся возможной информации.

— Думаешь, он снова попытается убить Дамблдора?

— Посмотрим. И что нам делать с этими двоими? — добавила она уже вслух, но шёпотом, кивнув в сторону Тонкс и Римуса.

— Пока не знаю, — Гарри тоже понизил голос до шёпота, чтобы его слышали только Невилл и Полумна. — Мы беспокоимся, что Малфой, возможно, получит Метку. Так что нам придётся следить за ним, когда он вернётся в Хогвартс.

— Мы всегда готовы тебе помочь, — улыбнулся Невилл.

Вскоре они снова оказались в зале суда номер десять. Ровно в два часа Дамблдор встал со своего места и начал:

— Сегодня мы собрались здесь для суда над Питером Оливером Петтигрю, за невообразимые преступления, совершённые им против волшебного мира. Эти преступления включают в себя предательство Джеймса и Лили Поттеров, убийство Седрика Диггори и помощь Волан-де-Морту в обретении тем новой материальной оболочки, — как и на первом суде, Дамблдор затем повернулся к Перси. — Вы готовы, мистер Уизли?

611/821

— Да, сэр, — Перси снова окунул перо в чернильницу и подтянул к себе другой свиток пергамента.

— Мракоборцы, введите подсудимого, — скомандовал Дамблдор.

Гарри отчасти опасался, что мракоборцы объявят о том, что Петтигрю сбежал в анимагической форме, но, когда двери открылись, понял, что они предприняли против этого меры. Петтигрю даже не шёл своими ходом. Он был обездвижен и привязан к столбу, установленному на небольшой тележке, окружённой шестью мракоборцами. Края тележки обрамляла мелкоячеистая сетка два фута высотой. Даже если бы Петтигрю сумел превратиться в крысу, он бы оказался в своеобразной клетке.

Когда тележку подкатили ближе к креслу подсудимого, двое волшебников встали, словно желая получше рассмотреть Петтигрю. Едва один из мракоборцев собирался сказать им сесть на место, они оба выхватили палочки и начали швырять в мракоборцев ударяющие заклятия. На таком расстоянии защититься было трудно, и двое охранников упало мёртвыми, истекая кровью, прежде чем остальные четверо нейтрализовали атаковавших.

Воспользовавшись сумятицей, другой человек, сидевший на ряд ниже, выхватил палочку и освободил Хвоста от обездвиживающих чар.

— Твой хозяин хочет твоей свободы, — торопливо прошептал он. — Превращайся.

Сириус увидел, как его бывший друг начал превращаться, и немедленно среагировал.

— Ловите крысу! — взревел он, вскакивая с места и бросаясь в сторону Петтигрю.

Он добежал как раз вовремя, чтобы увидеть руку, тянущуюся в клетку с очевидным намерением вытащить сжавшуюся в углу крысу.

— НЕТ! — выкрикнул он. Схватив руку, он повалил её владельца на пол, опрокинув по пути два стула.

— ЭТО БЛЭК! — крикнул один из мракоборцев, резко поворачиваясь к ним. — Пытается освободить своего дружка!

Амелия и Римус пытались их остановить, но Гарри с Гермионой всё равно побежали за Сириусом, и к этому моменту как раз его догнали. Гарри мгновенно наколдовал щит, и оглушающее заклятие, выпущенное мракоборцем в Сириуса, отрикошетило назад в служителя порядка.

— Спасибо, — выдохнул Сириус, продолжая крепко прижимать к полу человека, пытавшегося спасти Петтигрю. — Где Хвост?

Гарри подбежал к клетке и с облегчением увидел в ней перепуганную крысу, таращившуюся на него глазами-бусинками.

— Всё ещё здесь! — сказал он, начав оглядываться в поисках других угроз.

612/821

— ПРЕКРАТИТЬ! — прокатился по залу голос Дамблдора.

— Что здесь происходит? — раздался другой голос.

Повернувшись, Гарри обнаружил себя смотрящим в желтоватые глаза человека, который умер, защищая тайну его местонахождения, но который ему всё равно никогда не нравился — Руфуса Скримджера.

— Вы, — скомандовал он одному из мракоборцев, хотя его взгляд продолжал