Координата Z - Захар Прилепин

Летом 1917 года, за три месяца до победы большевиков, Центральная Рада объявила, на какие земли претендует новая Украина: Малороссия, Новороссия, Слобожанщина, Кубань, Юго-Западный Край, Холмщина.

Крыма в списке не было, но аппетиты Рады, как мы видим, претендовали на большее количество территорий, чем те, что позже войдут в состав УССР.

На свою беду, Центральная Рада решила провести выборы. Фальсифицировать тогда их не умели – и по итогам выборов киевские политики выяснили для себя неожиданную картину: в ряде земель украинской автономии, полным ходом идущей к отделению, украинские партии – провалились.

Так, в Харьковской думе украинские партии получили всего 4 места из 116. В Екатеринославе (будущем Днепропетровске) русские эсеры и русские большевики взяли около 50 мест, еврейские партии – 19, а украинские националисты – лишь 9. В Полтаве украинские партии заняли третье место, а первое и второе – большевики и кадеты, выступавшие, напомним, против украинского сепаратизма.

Тем не менее, в октябре 1917-го – незадолго до большевистской революции – весь Киев был увешан плакатами, где Украина была нарисована как независимая страна с территорией от Карпат до Кавказа.

Аппетит пришёл во время еды!

Еле умерив аппетиты, в ноябре 1917 года пришедшим к власти большевикам Украинская Рада объявила о своей власти над девятью губерниями.

Украиной они теперь видели: Киевскую, Волынскую, Подольскую, Черниговскую, Полтавскую и Харьковскую губернии плюс Новороссию: Екатеринослав и север Таврической губернии, но без Крыма.

На Крым им претендовать было сложно: согласно переписи, там было всего 11% украинцев.

«Крымский полуостров останется крымчанам», – заявил расщедрившийся Симон Петлюра, теперь уже секретарь по военным делам Украины.

И покатилась история с высокой горки!

В условиях мировой войны, поддержанная немцами, Украина обрела полную независимость, создав полноценную, замечательно вооружённую армию и все сопутствующие институты.

Мировая война переросла в Гражданскую.

В ходе Гражданской большевики проявят обескураживающие умения – и дальнозоркости, и хватки, и цинизма, и зверства, – заманивая, загоняя, подбирая распавшиеся территории в состав России, теперь уже Советской.

В этих обстоятельствах большевики пошли на прямую, рискнём сказать, политическую демагогию.

Да, признавались они, до революции мы говорили о праве наций на самоопределение – но тогда имелось в виду самоопределение от буржуазных правительств и капиталистов. Теперь же пролетариату и крестьянству, обретшим свободу, самоопределение уже не нужно: ведь они хотят жить в общем социалистическом отечестве. И столицей его станет Москва. Поэтому мы всех сепаратистов – переубедим, перекупим или передушим (впрочем, о последнем большевики вслух не говорили).

Ленин пошёл на признание украинских границ по той формуле, которую прописала Рада, в силу вполне рациональных причин: большевики не могли оставить украинствующий Киев и ближние к нему регионы в одиночестве – тогда во всех Советах выигрывали бы украинские националисты, пусть даже и с большевистскими бантами на груди. Но Москве надо было, чтоб пророссийские малороссы составляли им конкуренцию. Для этого были нужны земли Харькова, Екатеринослава и так далее: это создавало нужный баланс. Без этого баланса Украина становилась неуправляемой. А ей надо было управлять.

Это сейчас легко рассуждать: надо было вот это оставить в УССР, а вот это и ещё вот то – не оставлять. С расстояния в сто лет всё кажется простым и лёгким – но на месте, в условиях кромешной войны, голода, санкций и разрухи, приходилось принимать самые разные решения: иногда компромиссные, иногда беспощадные.

И у большевиков получилось. В сущности, получилось. Получилось решить проблему, которую не они придумали.

Глядя на Украину из XXI века, иные рассуждали так: нам досталась в наследство УССР – слишком большая, перекормленная, богатая, справиться с ней тяжело; что ж, спасибо большевикам, удружили так удружили.

Но рассуждать стоило бы иначе. Большевикам досталась в наследство украинская проблема, Украинская Рада, украинская армия, украинские вывески, Скоропадский и Петлюра, а также глобус Украины от Карпат до Кавказа. Но они взяли и решили эту проблему.

Может, у них есть чему поучиться?

И напоследок, для успокоения сердца, одна история.

Июнь 1917-го. Рада объявляет Украину свободной. Рада невероятно популярна в украинском народе.

Украинцы-фронтовики шлют в Раду телеграммы, выражая поддержку новой, свободной Украине. Жители украинских сёл собирают по 10 копеек с десятины и собранные деньги отправляют на нужды Рады.

Один украинский солдат пожертвовал Раде свои боевые ордена и медали. «Эти медали и кресты, – сказал, – достались кровью, пролитой за Россию. Теперь они принесены в жертву на борьбу против России». «И при одном упоминании о России, – писал украинский современник, – глаза солдата блеснули ненавистью».

Что это нам напоминает?

Конечно же, Майдан 2014-го нам напоминает всё это. Когда одуревшие старики несли свои пенсии в помощь восставшим. Когда бывшие советские воины-афганцы, проливавшие кровь за общую страну, вдруг начали впадать в истерику от одного слова «Россия».

Но знаете, чем закончилось всё тогда, в 1917-м?

За несколько лет Рада утеряла свою популярность до отрицательных величин. Украинское население её возненавидело. Большинство украинцев разуверились в словесных бреднях, что лились с трибун Рады. И всю эту самостийность сами же украинцы в итоге сдали с потрохами новой московской власти.

Никогда никакие большевики не победили бы киевских самостийников и демагогов из Рады, если б сами украинцы не передумали.

А они – передумали.

Ленин, вождь краснокожих и чумазых

У Есенина, в классической поэме «Анна Снегина», собравшиеся рязанские мужики весной 1917 года спрашивают у автора: «Скажи, кто такое Ленин?». И автор рассказывает: «Я тихо ответил: “Он – вы”».

Есенин, национальный гений России, недвусмысленно сообщил в финальной своей, подводящей итоги жизни поэме, что Ленин был выразителем огромной, стихийной, страшной воли русского мужика, России как таковой.

У Есенина сказано так – и это, даже не принимая на веру, придётся учитывать.

Что такое Ленин, помню, очень коротко и очень ясно рассказал правый публицист, идеолог и замечательный, Царствие Небесное, человек – Александр Иванович Казинцев. Он был настоящий русский интеллигент, наследник по прямой классиков русского славянофильства, националист.

Ленин, сказал Казинцев, в 1917 году показал всему миру, что можно бросить вызов белому господину.

Для китайцев, индусов, африканцев, азиатов, латиноамериканцев, жителей Океании – для всех цветных, чумазых, униженных и оскорблённых – это был шок. Это было религиозное откровение. Они знали из всей своей истории, из веков унижений и рабства, что белый господин – непобедим. Что он вечно будет водить тебя на цепи и