Кровь и лед. Курсант поневоле - Дмитрий Витальевич Шелег

— Извините, девушка — обратился я, принимая сдачу — А может вы знаете, как зовут пожилого водителя, который недавно здесь был? У него на пальце ещё кольцо егеря седьмого класса.

— Ты про Ивана Михайловича, что ли? — спросила она и, переведя взгляд на коробку, нахмурилась — Ему так много пить нельзя. Итак, в последнее время зачастил за бутылкой…

— Понял. Учту — ответил я и, не слушая больше упрёков девушки, вышел на улицу.

Заметить крепкую фигуру неспешно удаляющегося по тротуару егеря особого труда не составило и уже через некоторое время я пристроился к нему на небольшом удалении.

Через несколько минут, за которые мимо нас проехало около двух десятков заполненных егерями бронированных автомобилей, пожилой мужчина обернулся.

— Ну? И чего ты за мной плетёшься? — неприветливо спросил он и в глазах мелькнуло узнавание.

— Спасибо вам хочу сказать — ответил я, чуть приподняв коробку — за помощь в автобусе.

— Вежливый, значит? — уточнил старик — Почему тогда сразу не отдал?

— Считаю, что негоже ветерану самому тяжести таскать — ответил я, не отводя взгляд — А я молодой. Мне можно.

— Какой я тебе ветеран? — спросил Иван Михайлович, вздёрнув брови — Простолюдин, кольцо белое, класс всего седьмой. Обычная рабочая лошадка корпуса. Так что руки от подобной «тяжести» не отвалятся.

— Ваша правда, здоровье у вас хватает — согласился я вспомнив потасовку в автобусе — Но такого человека всё же уважить надо.

— Кому? — спросил егерь прищурившись.

— Мне — ответил я твёрдо.

Водитель обвёл мою фигуру взглядом.

— Наглец ты, конечно, но что-то в тебе есть. Только не пойму что.

— Уважение к старшему поколению, их огромному житейскому опыту и знаниям — ответил я с намёком и мысленно усмехнулся.

«И ведь не соврал, сам таким был. Осознаю, чего стоит по-настоящему знающий человек».

— К опыту, значит? — задумчиво протянул Иван Михайлович и усмехнулся — А ведь сначала говорил о благодарности.

— Одно другому не мешает — пожал плечами я — Но если у вас нет настроения делиться опытом с молодым поколением, то я не буду вам докучать и пойду.

Егерь ещё раз осмотрел меня с ног до головы и спросил.

— Значит, в обслугу ты не пошёл?

— Да — согласился я.

— Зря! — вдруг разозлился собеседник — Думаешь, что самый умный нашёлся⁈ Что подобные традиции на ровном месте взялись?

— Посчитал, что до начала обучения есть ещё больше двух месяцев. В обслугу смогу записаться в любой момент, а пока было бы неплохо осмотреться — нейтральным голосом ответил я — Так что наша встреча является следствием сомнений выраженных множеством не связанных друг с другом лиц. Все они говорят примерно то же, что и вы. Вот хотелось бы разобраться в ситуации и понять, чем мне грозит прохождение учебного курса.

— А я тебе значит справочное бюро? — более спокойно ответил егерь.

— Опытный ветеран, который своими ценными советами может наставить молодого человека на путь истинный — сместил акценты я.

— А водку ты зачем принёс? — продолжал допытывать старик — Купить меня этой мелочью вздумал?

— Как можно! — покачал головой я — Это лишь проявление уважения с моей стороны. Даже если вы решите меня прогнать, то надеюсь, что не побрезгуете угощением.

— Ладно, малой — махнул Иван Михайлович рукой — Уважение ты имеешь, да и в автобусе меня прикрыл. Так что пойдём ко мне. Расскажу, в какое дерьмо ты вляпался.

Скоро мы оказались перед пятиэтажным зданием, сильно похожим на моё общежитие и, под бухтение вахтёрши, неодобрительно посматривающей на коробку с водкой, поднялись по лестнице на второй этаж.

«Посчитала, что Михалыч привлёк молодого для переноски своего добра» — подумал я с усмешкой.

Блок егеря также ничем не отличался от того, который был у меня с Рибутовым. Такой же небольшой коридорчик с четырьмя дверями. Две вели в туалет и ванную, остальные — в жилые комнаты.

— Ну? Что встал, как гимназистка? — буркнул Иван Михайлович в коридоре — Штиблеты свои снимай и заходи.

Комната егеря оказалась почти точной копией моей, только вместо одной кровати стоял холодильник и тумбочка с микроволновкой, а на стене висел телевизор.

— Садись — махнул хозяин, указывая на одну из двух табуреток, стоящих у стола.

Затем он положил бутылку в морозильник, достал из него такую же, но холодную. Поставил на стол две рюмки, оперативно настрогал нехитрую закуску, от запаха которой у меня выступила слюна, и присев рядом, накапал нам по пятьдесят грамм.

Выпили. Горло и пищевод с непривычки тут же обожгло, но я подал к пострадавшему месту немного духовной энергии и даже не поморщился.

«Да, Феофан, не то у тебя тело. Не то — вновь сокрушённо подумал я — Сейчас бы взять пару бутылочек, закуски побольше и хорошенько посидеть с Михалычем несколько часиков. И отдохнул бы и много чего интересного узнал, а так только притворяться и приходится».

С одобрением посмотревший на меня егерь сразу налил по второй, затем проследил, как я выпил и позволил себе закусить тонкой полосочкой сала.

«Великолепно!»

Егерь повторил мои действия и пошёл на третий круг.

«Он меня что? Споить решил? Или тут в традиции три первых рюмки сразу выпивать, чтобы расслабиться и настроиться на разговор?» — с интересом подумал я.

Иван Михайлович посмотрел, как я опрокидываю в себя очередную рюмку, затем пододвинул ко мне тарелку с закуской, словно говоря: «не стесняйся» и, опрокинув в себя свою рюмку, произнёс.

— Ну? И что скажешь?

— Больно сало у вас вкусное — ответил я, вновь подхватывая тонкий ароматный ломтик — Духмяное, пахучее и явно домашнее. Такого в магазине не купить. Сами солили?

— Гхм — поперхнулся егерь, сбившись с мысли — Сам. Сослуживец на пенсию вышел, домик тут неподалёку прикупил и хозяйство завёл. Вот иногда и угощает старого товарища.

— Ну, значит, я точно по адресу — сказал я и на вопросительный взгляд собутыльника пояснил — Плохого человека таким вкусным салом не угощают.

Старый егерь некоторое время смотрел на меня и, наконец, произнёс.

— Странный ты парень. Вроде пацан пацаном. Над губой даже следа от