Последний мерзавец - Ольга Сергеевна Рузанова

– Завтра… поедешь ко мне?..

– К тебе домой?

– Да.

– Поеду.

Один короткий поцелуй. Один легкий укус губами. Один, полный его запаха, вдох, и я отхожу на шаг.

– Спокойной ночи.

– Иди. – говорит напряженно.

Мой взгляд скатывается вниз, к огромному бугру за ширинкой джинсов. А потом я опрометью бегу из комнаты.

Раздеваюсь. Забираюсь под прохладный душ. Не помогает.

Кручусь в кровати, осторожно трогая себя там. Задыхаюсь, дурею от мысли, что он рядом.

В голос реветь хочу от желания пойти к нему.

Сдаюсь через час.

Рывком поднимаюсь с кровати и выскальзываю из комнаты. Даже перед его дверью не останавливаюсь. Опускаю ручку вниз и захожу в гостевую.

Илья лежит на кровати. В темноте загорелая кожа резко контрастирует с белоснежным бельем. Одна рука за головой, другая… под одеялом.

Сгорая от стыда и постыдного возбуждения, я застываю у двери. Босые ступни покалывает. Запретное удовольствие пробирается под сорочку теплой струйкой и усеивает кожу тысячами мелких мурашек.

– Хреновая идея, Милена. – хрипло проговаривает он.

Но я делаю шаг и снова останавливаюсь, когда он поднимается на локте. Смотрит из-под опущенных век на мои ноги.

– Я хочу, чтобы мы продолжили то, что начали…

– Нет.

– Ты обещал мне фейерверки, Илья.

– Блядь…

Тяжело вздохнув, он падает на подушку, и, нырнув рукой под одеяло, кажется, сжимает рукой член.

Я забываю, как дышать и как говорить, повинуясь инстинктам, маленькими шажочками приближаюсь к кровати.

Ложусь рядом и прижимаюсь к нему всем телом.

Кожа Ильи горячая. Мышцы под моей ладонью каменные. Зная, что он в данный момент трогает себя, целую его губы.

Желание быть с ним сносит крышу, срывает все затворы. Прежняя я грохнулась бы в обморок, а я нынешняя хочу его каждой клеткой своего тела.

– Я трахну тебя пальцами… – проникает в уши его срывающийся шепот. – Языком… По-настоящему здесь не буду.

Глава 23

Милена

– Илья… – моя ладонь скользит по его торсу.

Собирает пальцами мелкие мурашки, касается твердого соска, коротких волосков на груди.

Меня колотит от желания и диких ощущений. Все впервые и словно во сне – жарком, страстном, запретном.

Илья держит мой затылок и целует. Жестко, но так порочно, что белье на мне снова пропитывается влагой.

Мне стыдно, однако сущность моя женская уверяет, что с ним это бессмысленно – сдерживать себя, гасить порывы, стесняться. Я хочу с ним все, и скрывать это не буду.

Перевернувшись набок, Илья укладывает меня на спину и нависает сверху. Одеяло улетает на пол, и я вижу его всего.

Он обнажен и сильно возбужден.

Пронзившая тело молния, пускает по нему волну судорог. Бросает в жар. Кожа становится очень чувствительной.

Лицо Ильи надо мной расплывается в нечеткую картинку. Но осязание и обоняние стократ усиливаются. Я чувствую твердость его мышц, каждый подрагивающий мускул. Ощущаю терпкий мужской аромат и даже запах его желания. Принимаю в свой рот его вкус, раскатываю его по языку. Выгибаю шею, позволяя ласкать ее.

– Ненавижу себя за это…

– За что? – пытаюсь поймать в фокус его взгляд, но вижу лишь губы.

– За это…

Не понимаю, о чем он… потом…

Зарываюсь пальцами в его волосы и тихо стону, когда, спустив лямки моей майки, Илья целует напряженный сосок.

Легкое прикосновение в нему губ, а меня прошибает насквозь.

Губы. Потом влажный язык и погружение в горячий рот со сводящими с ума движениями.

Я так же хочу. Хочу делать с ним все то же самое. Целовать откровенно ласкать, выбывать глухие стоны из его горла.

– Илья…

– Приятно?.. Нравится тебе?

– Да-а-а…

– А так?

Медленно облизывает ореолу и бьет по соску языком.

Мышцы промежности самопроизвольно сокращаются. Втянув разряженный влажный воздух, я молча киваю и подставляю вторую грудь.

Илья зацеловывает обе. Прикусывая превратившиеся в оголенные пучки нервов вершинки, щедро зализывает их языком.

Я теряю связь с реальностью проваливаюсь в терпкий сладкий омут с головой. Бормочу что-то бессвязное, глажу его плечи.

– Я сниму их… – проникает в сознание далекий голос.

Чувствую, как он целует живот, а затем стягивает трусики по ногам.

Поднимаюсь на локтях и в последней попытке закрыться, стискиваю бедра.

Илья целует колени, а потом мягко, но настойчиво разводит их в стороны. Кожу бедер тут же опаляет жаром, но вместе с тем усыпает тысячей мурашек.

– Милена… – говорит он, скользя губами по бедру по направлению к моей промежности. – Ничего не будет… Ничего серьезного.

– Я знаю… да…

Но для меня уже и это предел. Серьезнее некуда!.. Он видит меня! Он снова собирается потрогать!..

– Я только поцелую.

– Что?..

Но Илья уже устраивается у моих разведенных бедер и прижимается губами к лобку.

Я настолько ошарашена, что первые несколько мгновений, оцепенев, просто наблюдаю. А когда кончик его языка проводит по расщелине, взрываюсь от ощущений. Дернувшись, увожу таз в сторону и пытаюсь принять сидячее положение, но Абрамов не позволяет.

Оказывая давление ладонью на мою грудь, вынуждает опрокинуться на спину и возвращает меня в исходную позицию.

– Не дергайся… – бормочет, подняв на меня полупьяный взгляд. – Я тебя полизать хочу.

– О, Господи… – откидываюсь на постель и закрываю глаза ладонями.

Даже отрицание реальности и шок не помогают справиться с наваждением. Я не до конца уверена, что это не сон. Морок, бред, моя самая смелая фантазия, но я отпускаю себя. Срезаю якоря.

Несколько осторожных касаний языком, после чего Илья раздвигает складки и пальцами размазывает по ним влагу.

– Расслабь все мышцы.

– Не могу… Это невозможно терпеть.

– Представь, что это сон. Я снюсь тебе.

А разве это не так?.. Боже мой, разве может это происходить на самом деле?..

– Ты сочишься… – шепчет обжигая дыханием. – Как спелая вишня. Это охуенно…

Потоки покалывающего тепла растекаются по бедрам и ногам, а в самом низу живота ощущается новый приток крови и сладкий спазм.

Откинув голову назад, инстинктивно прогибаюсь в пояснице, впечатываюсь промежностью в открытый рот Ильи и в этот момент обрываю связь с прошлой собой.

Теперь я бесстыжая, смелая, жадная до удовольствия, и на данный момент я хочу только его.

Язык Ильи скользит вдоль губок, толкается в меня и нежно ласкает клитор, одновременно обеими руками сжимая мою грудь.

– Кончишь скоро… – слышу его тихий голос.

Что?.. Мозг в кашу, сознание в отключке. Ничего не понимаю. Знаю только одно – если сейчас он остановится, я умру.

Но, видимо, зря опасаюсь, потому что язык Ильи становится активнее. От нежных влажных поглаживаний переходит