Антипара - Полли Нария

— И где ты решила совершить преступление? — подруга пихнула меня локтем вбок.

— Только не в академии! Где угодно, но только не там. Если Говен прознает…

— Я знаю одно укромное место, — перебил меня Бачевский и без предупреждения свернул с дороги прямо в высокую траву. — Ну же! Чего застыли? Вам какое-то особое приглашение необходимо?

Мне лично не нужно было. Я юркнула следом, и только Нежа с Добрыней мешкали. Но я не переживала. Знала, что подруга не оставит меня одну.

Так мы вчетвером и пробирались через шуршащую растительность, словно выползшая на охоту эфа. И вот наш путь оборвался притоптанной травой и бегущей речушкой.

— Сверчки, ночные птицы и лягушки-подружки. Лепота, — широко улыбаясь, объявил Богдан. — Как вам?

— Великолепно! — воскликнула я, плюхаясь на землю. — Лучше и не придумаешь.

Колдун опустился рядом со мной и, протянув бутыль, спросил:

— Это что, похвала?

Наши взгляды встретились, и я почти утонула в невероятной синеве, в которой отражались звезды. Медленно я наклонилась к самому уху парня, оставляя между нашими лицами всего пару сантиметров.

— Размечтался, — шепнула и, откинувшись на спину, расхохоталась. Звонко и задорно. Богдан зафырчал ворчливым ежом, но Нежа с Добрыней присоединились к моему незамысловатому увеселению.

— Вот лишь бы потешаться надо мной.

— А ей сегодня все дозволено, — поддержала меня Нежана. — Она сегодня прошла через все преграды Нави и вышла из них живой и невредимой.

— Верно, верно, — поддакнула. — А экзамен у меня принимал сам Чернобог.

Новая волна смеха разнеслась по полянке.

Бутыль мы распили очень быстро, и тело мое сразу обрело небывалую легкость. Я бы взлетела, если бы имела крылья. А в таком состоянии они как будто у меня были. Или может, не крылья, а хвост? Да, точно.

— Я плавать!

— Вели!

— И не думай меня останавливать, Нежик! — возмутилась непониманию подруги. — Мне ничего не угрожает!

— Я за ней присмотрю, — вздохнул Бачевский.

— У тебя тоже хвост? — спросила удивленно, окинув конечности юноши внимательным взглядом.

— О-о-о-о, — протянул Богдан, словно что-то понял. — Может, не стоит идти плавать, мавка?

Но ничто не могло меня остановить. Даже насмешки собственной двойки.

— Если я мавка, то ты будешь первым, кого я затяну в свои путы, — снимая с ног обувь, крикнула через плечо. И каково было мое удивление, когда талию мою обвили мужские руки, а уха коснулся горячий воздух.

— А я и не против.

Щекочущие мурашки пробежали по моей шее, а в месте, где Богдан касался моей талии, как будто разгорелось пламя. Но оно не палило, а ласкало, играло со мной, будоражило кровь и нить. Дышать стало трудно, и мне пришлось глубоко вздохнуть, чтобы успокоить накатившее головокружение.

— И раз уж речь зашла про Чернобога, — продолжил колдун шепотом. — То не согласишься ли ты пойти со мной на бал?

— Бал? — я никак не могла ухватиться за суть разговора.

— Просто скажи да.

— Да? — неуверенно произнесла я, продолжая бороться с влиянием Богдана, которое он на меня оказывал.

— Сочту это за положительный ответ. Вот теперь можно и поплавать.

А дальше этот наглец просто пихнул меня в воду и нырнул следом, задорно смеясь.

— Бачевский! — громкий крик, переполненный недовольством, разорвал пространство. — Я никогда не пойду с тобой на бал.

— Поздно, Радзиевская. Поздно.

И такая задорная улыбка расплылась по лицу юноши, что я почему-то ответила тем же.

*Злачное место — любое место, где можно выпить;

Эфа — ядовитая змея;

Мавка — русалка.

Глава 30

Три месяца мы упорно тренировались под бдительным присмотром наказателя Чеслава Шклярского. Помимо этого, Говен самолично являлся на наши занятия, следил за ними, словно озлобленный коршун. И каждый раз он просто молча наблюдал и также, не говоря ни слова, уходил.

— Переживает, — заявил как-то магистр, отчего я чуть не свалилась с ножа. Баланс я ловить научилась, а вот на всякие глупости реагировать, видимо, еще нет.

— С чего бы? — не удержалась я от едкого вопроса.

— Ну как же, — поспешно отозвался мужчина. — Все-таки родная дочь будет проходить активацию двойки перед самим Паламендом.

То, что для наказателя со стороны казалось волнением, легко объяснялось нежеланием отца опозориться перед влиятельными людьми. Тем более, что в следующем году он собирался покинуть пост ректора и замахнуться на верхушку магической элиты Бедруса. Стать божеством, не имея святой сути, так сказать.

— Вели, Говен же твой отец, — даже Богдан решил заступиться за главу академии.

Не в силах больше это слушать, я соскочила с ножа. Мое нервозное состояние не смогла скрыться от глаз мужчин. И если магистр смотрел как будто понимающе, то жалость в глазах колдуна убивала.

— Как бы там ни было, — Чеслав нервно почесал свою щеку. — Я с уверенностью могу сказать, что вы в полной мере готовы. Да, ваша привязка уже произошла и по сути, боги все уже решили за Паламенд… Но вы сами понимаете… Условности.

— И что же будет, если мы вдруг все завалим?

Хвала Сварогу этот вопрос задал Богдан, сама бы я никогда на него не решилась. Гордость не позволяла. А еще мне до коликов в животе было страшно представить, что такое может произойти.

— В таких случаях привязка попросту не происходит.

— Но это ведь не в нашем случае.

— Вы, по меркам Яви — чудо-расчудесное. Вашу вязь оборвать нельзя. Она уже есть, и она прочна, как корни Мирового древа. Другое дело, что вам не дадут разрешение на осуществление совместной деятельности.

— То есть мы будем двойкой без прав двойки?

— Увы, — наказатель развел руками.

— Но, — лицо Бачевского приобрело крайнюю степень серьезности. — Это ведь значит, что все наше обучение…

— Бесу под копыта, — окончила фразу за Богдана.

И осознание этой, казалось бы, обоснованной мысли тяжким грузом упало не то что на плечи, но и на все остальные части тела и души. Я кристально ясно поняла, что несу ответственность не только за свою дальнейшую судьбу, но и за долю своего напарника.

По-видимому, та же самая мысль посетила голову колдуна, потому что наши взгляды встретились, и нас