Молниеносный 2 - Дмитрий Валерьевич Дубов

Даже своим друзьям я сказал, что хочу лишь закрыть Каньон и отрезать Хранителей от энергии этого мира. Я ни словом не обмолвился, что они объявили на меня охоту и не остановятся в попытках убить меня.

Вообще для меня было странным, что все приняли на веру мои слова о том, что о Хранителях я узнал из дневника своих предков. Стоило им увидеть герб, как все сомнения отпали. Это же какая вера в слова людей, которые уже давно умерли!

А ведь в инквизиции есть данные о Хранителях. Было бы неплохо получить доступ к архивам Ордена. Может и правда согласиться на предложение Крылова?

Я потянулся к телефону, чтобы позвонить наместнику, как вдруг машина, в которой мы ехали, дёрнулась как от удара. Хорошо хоть мы не на скорости ехали, а едва плелись в пробке. Потерев ушибленный о переднюю панель лоб, я обернулся проверить, как там Алёна с Вольтом, и услышал в отдалении звук выстрела.

Одновременно с этим сзади раздался треск разбитого стекла, визг Алёны и хриплый сдавленный рык Вольта. Всё произошло мгновенно, и только из-за моей ускоренной реакции я смог заметить эти моменты. Хорошо, что моя суперскорость потихоньку возвращается, но плохо, что я не сразу понял, откуда пришла опасность.

На чистых рефлексах, я вытащил Алёну из машины, оглядел вереницу гудящих автомобилей, а потом склонился над Вольтом, закрывая его собой.

Сиденье было в крови, пёс хватал воздух, пытаясь сделать вдох. По его шерсти пробегали маленькие искорки молний, а сама шкура казалась сделанной из камня. Значит он успел активировать что-то вроде щита, но даже его защиту смогли пробить.

Найденный в кармане плаща пузырёк с лечебным зельем оказался как нельзя кстати. Я не отмерял капли, не считал, сколько будет стоить потраченное зелье, просто плеснул в пасть Вольта из мензурки и приготовился принять следующую пулю на себя.

Мне нечего было противопоставить тому, кого я даже не видел. И это бесило меня неимоверно. Даже магия до сих пор не до конца восстановилась.

— Ты как, дружище? — спросил я у пса, едва он перестал хрипеть. — Я хочу прошерстить всю столицу, пока не найду ублюдка, но и тебя бросить не могу.

— Побереги силы, — слабый голос Вольта в голове звучал очень глухо. — Он наверняка уже ушёл.

— Как тебя смогли ранить? — я протянул руку и коснулся закаменевшей шкуры. — Ты же реально пуленепробиваемый.

— Спецпатрон, — коротко ответил пёс. — Вроде тех, что на Рубеже против демонов используют. Только этот особенный… он напитан моей собственной энергией.

— Третья часть элементаля? — уточнил я, уже понимая, что произошло.

Только вот признаваться в том, что знаю о возможности разделения, я не собирался. Либо Вольт сам обо всём расскажет, доказав, что я могу ему доверять. Либо же опять решит отмолчаться.

— Да, против меня играет третья часть меня самого, — Вольт вздохнул и приподнял голову, заглядывая мне в глаза. — Она уже в чьих-то руках. И она знает способ разделить нас снова.

— Поясни, — попросил я.

— Пока не объединились все три части, нас можно разделить, — сказал Вольт, вяло махнув хвостом. Зелье уже подействовало, но нужно было ещё немного времени. — Тот, кто первым начинает собирать осколки, становится ведущим в нашей связке.

— То есть характер зависит именно от того, какая твоя часть впитала остальные? — поинтересовался я, наконец связав записи из дневника и поведение моего питомца.

— Угу, — кивнул пёс. — И вообще, что за допрос?

— Я ещё даже не начал, — хмыкнул я. Кажется, Вольт окончательно пришёл в себя. — Мы должны отыскать твою третью часть до того, как она придумает новый план твоего убийства.

Вольт снова замолчал, а я вылез из машины и огляделся. Водитель сбежал, а вокруг нас образовалась толпа. Кажется, мы привлекли слишком много внимания, и лучше бы нам уйти по-тихому.

Увы, к нам уже спешили вояки из службы безопасности. Оказывается, мы почти доехали до Лубянки. И это удивило меня, пожалуй, даже больше самого покушения. Это ж насколько надо быть отбитым, чтобы стрелять спецпатронами под носом службы безопасности, практически перед зданием департамента⁈

Объяснения заняли не много времени, я рассказал, что было, Алёна подтвердила мои слова, а Вольт изображал раненую собачку. Кровищи в салоне натекло прилично, да и застрявшая в спинке сиденья пуля лишь подтвердила наши слова. Безопасники сказали что-то про «разрывную особую», а потом попросили нас покинуть место происшествия.

Дорогу тут же перекрыли, оцепив при этом часть квартала. Похоже, такие патроны не купишь в магазине, а тут прям что-то особенное использовали. Неудивительно, что безопасники так среагировали.

Мы поковыляли домой, благо идти было недалеко. Алёну я успокоил как мог, напомнив ей, что врагов у меня хватает. Моя помощница вспомнила вчерашний разговор про Хранителей, побледнела и не проронила ни слова до самого дома.

И уже практически на пороге у меня зазвонил телефон. И номер опять неизвестный. Нахмурившись, я ответил на звонок и вскинул брови. Мне звонил аж сам Иван Пожарский с предложением срочно встретиться.

Вообще-то я планировал отмыть Вольта от крови и таки связаться с Назаром Крыловым. Но таким людям как князь Пожарский не отказывают во встрече. Даже, если это не вписывается в планы.

Я посмотрел на свой костюм и поморщился — все же умудрился испачкать в крови. Придётся и мне отмываться. Так что в квартиру я все же поднялся, быстренько умылся и надел чистый костюм.

Немного подумав, я решил оставить Вольта в квартире. Незачем ему по столице гулять, когда на него охоту устроили. Понятное дело, что постоянно сидеть взаперти он не будет, но за время моей встречи с Пожарским он как раз успеет восстановиться и прийти в себя после покушения.

Ресторан, в котором князь назначил встречу, оказался буквально в двух шагах от дома, так что я даже не стал заказывать машину, а прошёлся пешком. И вот же странное дело: площадь перед Лубянкой бурлила от наплыва красных балахонов. То ли у них собрание какое, то ли очередного одержимого нашли среди высшей знати.

Надо будет после разговора с князем узнать у Крылова, что происходит. Не нравилось мне всё это. Казалось, будто что-то назревает — в воздухе ощущалось странное напряжение, словно перед грозой.

Часы на площади пробили полдень, отвлекая меня от тягостных мыслей. Я тряхнул головой и зашёл в ресторан, где меня сразу проводили к столику князя. Иван Пожарский кивнул мне и положил свои кулачищи на стол.

— Ну здравствуй, князь, — пробасил Пожарский, глядя на меня тяжёлым взглядом.

— И вам не