Операция «Тоталайз». Последний бой Михаэля Виттмана - Евгений Николаевич Музальков

По ряду причин часть бомб, сброшенных американской стратегической авиацией в рамках поддержки фазы 2 операции «Тоталайз», поразила наземные войска союзников, причинив немалый моральный и материальный ущерб. На этом снимке канадские солдаты наблюдают за последствиями «дружеского удара» по штабам канадских 3-й пехотной и 4-й бронетанковой дивизий.

Если бомбы на головы британцев в Тюри – Аркур посыпались по ошибке пилотов, то результатом налета южнее Кана стала трагическая случайность, помноженная на отработанную до автоматизма привычку пилотов следовать за действиями ведущего. Зенитный снаряд, попавший в передовой самолет одного из отрядов, вызвал срабатывание механизма сброса бомб. Видя, что ведущая машина приступила к бомбометанию, остальные 11 машин отряда немедленно освободились от груза. Пилот головной машины следующего отряда последовал примеру коллег, и ведомые им 11 машин сбросили бомбы лишь немного в стороне от центра зоны рассеивания первого ошибочного удара – по району, примыкающему к Коломбель и Фобур-де-Восель, где были сконцентрированы войска, орудийные позиции, штабы 3-й пехотной дивизии и 2-й бронетанковой бригады. Общие потери союзников от этого двойного удара составили примерно 65 человек убитыми и 250 ранеными. Полк Северного побережья лишился целой роты пехотинцев. Легкий зенитный полк польской 1-й танковой дивизии потерял 44 человека убитыми и ранеными. Налет потрепал штабы 3-й пехотной и 4-й бронетанковой дивизий, в числе других офицеров ранение получил командир 3-й дивизии генерал-майор Род Келлер. Серьезный удар был нанесен по артиллерийской компоненте фазы 2.

Во-первых, существенные потери в людях и технике полки 2-й канадской AGRA и 9-й AGRA. Во-вторых, бомбы уничтожили почти треть развернутого в этом районе артсклада. Досадные потери можно было бы как-то оправдать и назвать сопутствующими, если бы налет оказал сокрушительное разрушающее воздействие на противника. Однако эффективность его была гораздо ниже ночного авиаудара. Согласно рапортам 8-й воздушной армии, по целям 6 и 7 смогли отработать фугасными бомбами порядка 200 машин, по объектам цели 8 в общей сложности отработало примерно 250 машин, однако точность бомбометания во всех случаях вызывает большие сомнения. В рапорте указывается, что «бомбежка была проведена по смежным с целями районам». Чтобы понять, что это значит, достаточно вспомнить, что несколько фугасных бомб, предназначенных цели 8G (Робермениль) разорвались в порядках передовых эскадронов 1-го полка Нортгемптонширских Йоменов у Сент-Эньян-де-Крамениль.

Что касается цели 9, то ни один из 70 направленных туда самолетов не сумел отбомбиться. Реальное воздействие на противника взрывов сотен сброшенных с большим полем рассеивания бомб было просто ничтожным. Рисковавшим жизнью и потерявшим несколько десятков своих товарищей американским пилотам удалось добиться лишь уничтожения двух батарей 2-го батальона 12-го артполка СС. Фактически союзники от дневного налета пострадали значительно сильнее, чем противник. В 13.55 передовые группы 4-й канадской бронетанковой[14] и 1-й польской танковой[15] дивизий начали выдвижение на юг в соответствии с планами, составленными их командирами.

Командир 4-й бронетанковой дивизии генерал-майор Китчинг возложил зачистку местности южнее Омениль на 10-ю пехотную бригаду бригадира Джефферсона. Бригаде предстояло захватить Синто и Омениль, включая карьер южнее этих населенных пунктов. 4-й бронетанковой бригаде бригадира Бута предписывалось с максимально возможной скоростью двигаться к конечным целям операции – высотам 195 и 206. Наступление планировалось вести тремя этапами. На первом этапе боевая группа, составленная из полка Канадских гренадерских гвардейцев, полка Верхнего озера и подразделений поддержки, должна захватить Бретвиль-ле-Рабе. Затем полк Британской Колумбии выдвинется к высоте 195 и закрепится там. Наконец, на третьем этапе полк Пеших гвардейцев генерал-губернатора захватит высоту 206. Моторизованная пехота Алгонкинского полка будет следовать за танками и зачистит цели, захваченные бронетанковыми полками. Временно переданный в подчинение дивизии разведывательный батальон корпуса – 12-й батальон полка Манитобских драгун – был разделен на две группы. Штаб полка и эскадрон «D» будут следовать за 4-й бронетанковой бригадой, а эскадрон «В» – за 10-й бригадой, имея задачу сразу после прорыва выдвинуться через порядки передовых частей в южном направлении для проведения глубокой разведки.

План бригадного генерала Мачека также был достаточно простым и предусматривал только два этапа. В течение первого 10-я танковая бригада захватит район южнее Эстре-ла-Кампань и высоту 140, а 3-я пехотная бригада сформирует базу в районе Ковикур. На втором этапе 3-я бригада завершит зачистку захваченной местности, в то время как танковые эскадроны устремятся к конечной цели дивизии – району, примыкающему к высоте 159. Дивизионный разведывательный батальон – 10-й полк конных стрелков – в ходе всей операции будет защищать левый фланг польской дивизии.

В канадской дивизии выполнение плана наступления было сорвано еще на стадии подготовки. Хотя генерал-майор Китчинг известил своих командиров бригад об участии их подразделений в операции «Тоталайз» в 19.00 6 августа, приказав начать процедуру развертывания утром 7 августа, в 4-й бронетанковой бригаде распоряжение истолковали превратно. Бригадир Лесли Бут провел первое совещание со старшими офицерами полков только в 11.00. Соответственно командиры эскадронов были проинформированы о поставленной задаче лишь во второй половине дня. В Гренадерском гвардейском полку командирский инструктаж совпал по времени с передислокацией подразделения на исходные позиции. Получив пакеты с приказами, картами, позывными и кодами, офицеры, по словам командира 1-го эскадрона майора Нэда Эми, «были сильно сконфужены». Командир полка подполковник Халпенни начал оперативное совещание в 22.00, и вскоре оно было прервано налетом британских бомбардировщиков. «Кто-то испугался и выключил свет, что привело в замешательство всю группу», – вспоминал Эми. Когда подполковник закончил, уже совершенно стемнело. Свой собственный инструктаж с командирами взводов Эми охарактеризовал как «совершенно хаотический», поскольку ему пришлось орать во все горло, чтобы перекричать грохот начавшегося артиллерийского налета фазы 1 операции «Тоталайз». В мемуарах Эми упомянул еще один характерный штрих – карты, которые им раздали, имели масштаб 1:25000 и пользоваться ими в узком пространстве танковой башни было весьма проблематично. Поскольку выдвижение к исходным позициям было назначено на 03.00, Эми не стал углубляться в детали, и ограничился указаниями относительно ордера марша и направления следования. Примерно так же обстояли дела и в других эскадронах полка.

Танки 1-й польской бронетанковой дивизии на исходных позициях фазы 2 операции «Тоталайз». Еще не бывавшие в реальном бою, экипажи этих «Шерманов» учли горький опыт своих коллег из британских подразделений и замазали большие белые звезды на бортах танков, упрощавшие немецким артиллеристам наведение на цель.

Тот