Ну здравствуй… Папа - Константин Владимирович Ежов

— Ну вот, мы и дома, почти. В основное здание не люблю даже просто ходить, слишком уж там всё масштабно, что человек на фоне просто теряется и саму себе кажешься букашкой. Кстати, крыши вовсе не золотые, хотя даже эксперты вблизи не всегда отличат. Обработка ураном. В общем, тут высоких технологий очень много, даже там, где и не подумаешь, — рассказал в паре слов о своём дворце на Южном Урале.

— А где мы сейчас? — полюбопытствовала Светлана, оглядываясь вокруг.

Её глаза с интересом скользили по интерьеру флигеля, который был одновременно простым и уютным.

— Во флигеле, где и предпочитаю проводить время, когда нахожусь здесь, — ответил я, чувствуя, как напряжение в комнате начинает спадать. — Да и так удобней тренироваться во всех аспектах. Где-то рядом, за гранью неполных размерностей Пространства растяжения, поблизости обитает и Машка, мой хвост, так сказать. Стимул это такой, чтобы было к чему стремиться.

После своих слов сделал паузу, чтобы дать ей осмыслить сказанное.

— В общем, у меня тут куча положительных воспоминаний, ведь так, Жень? — обратился к своему мечу, материализуя её рядом с нами.

Сама она из ножен выйти не может, хотя обматерить очень даже, только она в этом смысле скромная и обычно молчит. И да, выход сопровождается своеобразным спецэффектом, словно мы в танце или каком-то взаимном реверансе стоим напротив друг друга, держась за руку. Даже пространство задрожало вокруг вместе с её выходом. Мощь духовного оружия одним своим фактом явления могла многих успокоить.

— Евгения, — удивлённо произнесла императрица из иного мира, сделав реверанс.

Помнит. Да, эту девушку тяжело забыть, вот и я тоже не смог и создал оружие по её образу и подобию. Сознание у неё вовсе не от оригинала — не настолько и беспредельно силён, — а просто слепок с моих о нём представлениях.

Сейчас посмотрел на Светлану. Её глаза были полны удивления и лёгкой ностальгии.

— Да, это она, — сказал, чувствуя, как напряжение в комнате начинает спадать

Светлана кивнула, её лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась лёгкая грусть.

— Вы знакомы? — удивлённо спросила Май, её глаза перебегали от меня к Женьке, а затем к Светлане.

— Иван меня вовсе в её мире не скрывал, — с лёгкой улыбкой ответила моё именное оружие.

— Да где тебя носит! — возмущённо выдала Кими, ворвавшись в комнату телепорта.

Её появление было настолько внезапным, что даже воздух, казалось, задрожал от её энергии. Ещё бы, мастер Ветра, всё-таки. Надо было видеть, как напряглась Светлана.

— Да-да, это она, — подтвердил её догадку, стараясь говорить, как можно более спокойно.

Как никак, для неё уже не одно десятилетие прошло, так что образ того краткого знакомства мог быть и забыт.

— А… — начала было она говорить, но потом просто показала рукой, как бы изображая последствия её столкновения с Анчутками в первые мгновения нашего пребывания в том мире.

— Она не была в вашем мире, так что ничего не помнит и не сможет вам ответить, — постарался максимально доходчиво объяснить ей реальную ситуацию, чтобы избежать недоразумений. — Со мной была её копия, в качестве якоря, чтобы случайно не выпал в собственную реальность.

Но это узнал позднее, но ничего про то не сказал.

— Иван, подожди, мы с этой женщиной знакомы? — растерянно уточнила Кими, сжимая в руках карандаш, глаза её при этом были широко раскрыты от изумления, отражая смесь удивления и недоумения.

Её волосы, перевязанные лентой, слегка растрепались, подчеркивая её взволнованное состояние.

— Лишь опосредованно. Она была знакома с твоей копией, — ответил ей, стоя у окна и наблюдая за происходящим за стеклом. — Это Светлана из другой вселенной, которая реализовалась в результате некоторых моих необдуманных действий.

— Да сына он ей заделал, — проворчала Май, но уже без капли даже обиды в голосе.

Она стояла в это момент возле меня и слова прозвучали как легкий ветерок, который быстро растворился в тепле комнаты.

— Александр появился по любви, — возмутилась гостья на это.

— Да уж, этого бабника сложно не полюбить. Но заверю вас, барышня, вам это удалось сделать первой, — высказалась и Кими, её голос стал чуть мягче, и она улыбнулась, вспоминая старые истории.

Её слова сопровождались легким поклоном головы.

— Она не просто барышня, а императрица Российской империи, того мира, как понимаешь, — уточнил специально для неё, подчеркивая важность информации.

При это сделал свой взгляд более серьезным, а интонациях слышалось уважение и понимание важности того, кто стоит перед ними. Потом сделал шаг вперед, чтобы подчеркнуть значимость сказанного, и его рука на мгновение легла на сердце в знак почтения. Мне не сложно, а ей приятно. Наверное.

— Светлана, — просто и со вкусом представилась гостья, своим мелодичным голосом.

Она сделала легкий книксен, подчеркивая своё высокое положение.

— Очень приятно, ваше величество. Кими, — ответила одна из признанных красавиц Земли и склонила голову в знак уважения.

— Очень приятно, — с милой улыбкой ответила наша гостья.

Она была как солнечный луч, который согревал комнату, несмотря на тяжесть обсуждаемого вопроса.

— Так понимаю, твой сын нас не посетил с визитом? — уточнила Кими.

— В том и проблема, что как раз посетил. Я тут такого чуть себе не урвал. Пришлось пожертвовать в фонд помощи пострадавших, — объяснил, как умел. — Броню ему сделали, духовную. Пока он в больнице. Думаю, завтра надо будет забирать и срочно придумывать, каким Макаром его обратно переправить на место, иначе та вселенная схлопнется и устойчивого развития не получится. Так что, дело такое, — на этом сделал паузу, давая возможность остальным осознать серьезность ситуации.

— Ну, Иван, наделал ты делов. Думаю, разберёшься. А сейчас быстро на встречу своей невесте, — огорошила она меня.

— Какой ещё невесте? — мягко говоря удивился в ответ.

— Самой обыкновенной, японской, — добила она меня без ножа.

— Подождите, но у Ивана же есть Май? — удивлённо спросила Светлана, и её голос выразил искреннее недоумение, а взгляд метнулся от Кими к Ивану, ища подтверждения или опровержения.

Возмутительница спокойствия ничего сначала не сказала, но посмотрела на меня с вопросом, который был яснее громких слов.

— Там, моногамия, — ответил сразу же на невысказанный ей вопрос.

— Какое варварство. Всего одна жена… Как вы там ещё не вымерли-то? Но в нашем монастыре, так сказать, допустимо семь, — объяснила нашей гостье ситуацию Кими.