Апокрифы Древней Руси - Автор Неизвестен

вина. Женщина сильнее царя, и вина, и всего. Потому женщина сильнее царя, что родила царя, вскормила его, воспитала, одевала его и скверну его омывала, наставляла его и владела им, и держала его в строгости. Он боится голоса ее и вдалеке от нее, может сокрушить его словом своим. Иногда же обратится в бегство (от страха) перед нею. И когда он станет юношей, и тогда страха кары ее не забудет и не нарушит слова ее. И потом, увидев красивую женщину, полюбит красоту ее и не изменит любви к ней ни за какое богатство. Даже отца и мать оставит ради любви к женщине. Многие совершили ошибки из-за нее, многие были обмануты из-за любви к женщине. Многие убийцами стали из-за нее, многие в ад сошли из-за нее. Многие мудрые попались в сети ее. И вражда бывает между родными и друзьями из-за нее. Разве не понимаете или не знаете, что, если станет красивая женщина на пути, то, если бы (мужчина) и нес что-то в руках, но глаза его смотрят на нее, и вся мысль его — о ней, а не о том, что в руках несет. И если бы она что-нибудь отвечала ему, то все бы бросил и говорил с нею.

Если не верите моим словам, то скажите мне, для кого вы трудитесь, не для женщин ли? Ведь им покупаете всякие вещи, и изделия золотые и серебряные, и благовония. И вино, и масло кому покупаете, не женщинам ли? Иные грабят, иные крадут и убивают — не женщинам ли приносят?

Так и я видел тебя, царь, сидящего на престоле своем, и венец был на голове твоей. А вспомни, как дочь Авиоша македонского, наложница твоя, сидевшая около тебя, дотянулась рукой своей, и сняла венец с головы твоей, и возложила на главу свою, а ты, царь, смеешься, глядя на нее, а так царю не следовало бы смотреть. А когда она разгневалась на тебя, царь, ты обнимал и целовал ее, дабы не гневалась. Услышьте все, что женщина сильнее всего. Они и силу Самсонову победила, и Давида обольстила, и Соломона прельстила. Так и Адам: Богом был сотворен отцом всему миру, и не женщина ли его из Рая извела, и смерти предала, и обманула праведного? Услышьте же, что женщина — сильнее всего.

Но знай, царь и вельможи твои, что тщета есть царь, который землями владеет, тщета есть вино и женщина, ибо кривда владеет всеми тремя на земле, и на море, и в народе. Но где будет вера, там и не обретется неправда. Ибо Господь сказал: „Если веру имеете правую, то сможете и горы переставлять”»[92]. Тогда все вельможи удивились разуму его и сказали: «Воистину, юноша, истинно слово твое, и все правду сказал ты».

Тогда сказал (царь) Зоровавелю: «Подойди ко мне». И тот подошел. Обнял его царь, и поцеловал перед всем народом, и сказал: «Благословен Бог Зоровавелев, так как дал ему дух верный прославить веру перед царем и людьми». И повелел царь сделать для Зоровавеля все так, как было написано в грамоте их, ибо обрел он в глазах царя перед всеми милости большую, чем оба друга его. И сказал царь: «Проси, Зоровавель, что еще хочет душа твоя, кроме написанного в грамоте, и до половины царства моего дано тебе будет от меня». И сказал Зоровавель царю: «Вспомни, господин, обещание, ибо обещали ты и Кир царю небесному Господу Саваофу создать дом Божий, и возвратить святые сосуды его на место святое, и отпустить пленных на то место, на котором взывается имя Божие. И за то помолятся великому Богу за царя и за царство его, за исполнение обещания, которое ты дал Богу небесному».

И приказал царь привести своих писцов и записал просьбу Зоровавеля, просившего создать Иерусалим. И послал царь Дарий к царю Киру, чтобы вместе с ним исполнил обещание построить дом Божий в Иерусалиме. И тогда предписал царь Кир всему царству своему, говоря: «Кто из вас боится Бога небесного, пусть идет строить дом Божий. И я дам из своей казны золото, и серебро, и все, что необходимо». И написали писцы по слову Дария, царя мидийского, и Кира, царя персидского, ко всем вельможам и правителям городов, и Асафу, старосте плененному: «Знайте, что возбудил Бог, царь небесный, сердца ваши выпустить пленных людей его, которых взял в плен Навуходоносор, царь вавилонский. Сын разорил создание отца своего, и тогда стоял Иерусалим пуст девяносто три года. Ныне же возвратил сосуды в дом великого Бога и устроил жертвенник, и возвел стену Иерусалима. Будьте готовы дать все необходимое — серебро, золото, медь, камение, дерево — строителям, как просил Зоровавель и Иисус Иоседекович[93]». И пошли (Зоровавель и Иисус Иоседекович со всеми оставшимися (в живых) пленными в Иерусалим и начали строить город Иерусалим и храм, по слову Дария и Кира.

А когда осадил Иерусалим Тит, царь халдейский[94], то осаждал он его два года. И на второй год в царствование Веспасиана пленил город[95]. Многих пленников Тит раздал в дар, и погибли они в театрах от хищных зверей и от меча. Тех же, кому не было семнадцати лет, всех продал с женщинами и детьми, и по малой цене — за десять златников, так как умножилось число продающих, а покупателей — уменьшилось. А те, кому было больше семнадцати лет, были закованы и посланы в Египет на работы. Пленных было девятьсот семь тысяч, убитых — миллион сто тысяч, и натекли озера крови, нигде не было свободного места, чтобы и иглу положить из-за трупов. От голода же умерло одиннадцать тысяч. Они не хотели притрагиваться к римской пище, так как гнушались (ее). В пещерах же умерло четыре тысячи. Тогда стоял Иерусалим пуст шестьдесят лет.

А если кто говорит, что невозможно было поместиться стольким людям в городе, то узнайте из переписи Цестия[96]. Так как Нерон считал иудейский народ незначительным и не ждал от него какого — либо сопротивления, то (Цестий) попросил священников, чтобы, насколько могут, сосчитали бы они людей. Когда настал праздник Пасхи, в который они имеют обычай приносить жертвы, и при этом соединяются более десяти человек для (одной) жертвы, — поскольку не подобает одному есть (эту) жертву, а некоторые и по двадцать человек собираются для одной жертвы, — то насчитывали священники двести пятьдесят тысяч шестьсот (жертв). Если сосчитаем по десяти человек на