Двуликие - Анна Шнайдер

Что ж, Эмирин не сомневалась в том, что услышит именно эти возражения. И будь ситуация иной, она позволила бы Минаэль остаться, несмотря ни на что. Однако ни ей, ни Нарро не нужны были «глаза» в Арронтаре.

— Девочка влюбилась, — ответила Эмирин вкрадчиво, и Риланд фыркнул.

— Ой, да ладно. И в тебя, и в Нарро постоянно кто-нибудь влюбляется из-за вашего природного очарования. Ты Велдона вспомни! — Повелитель поморщился, сам поняв, что ляпнул, вздохнул. — Извини. В общем, я не думаю, что влюблённость Мины — это большая проблема. Или ты хочешь сказать, что она сильно досаждает твоему мужу?

— Ему — нет. Мне — да. После двух лет разлуки мне сложно терпеть рядом прекрасную девушку, которая при любой возможности вьётся перед Нарро, тем более что живёт Мина в нашем доме. Прости, Рил, но тебе нужно её забрать. Так будет лучше для всех, и для неё в том числе. Год — большой срок, за год она успеет прикипеть к Нарро сильнее, чем ты думаешь, потом будет сложнее забыть.

Он был недоволен. И так явно, что на бледных щеках даже выступили два маленьких красных пятна.

— Почему ты не говорила всё это самой себе, когда речь шла о влюблённости Велдона? — досадливо хмыкнул Риланд. — Серьёзно, Аль, я не понимаю. Чем Мина сейчас отличается от него? Хотя, нет, отличается. Я ни за что не поверю, что моя племянница пыталась поцеловать твоего мужа.

— Не пыталась. Иначе я сегодня пришла бы не одна, а с ней. Что касается Велдона — это действительно была ошибка, мне нужно было меньше видеться с ним с самого начала, а я просто надеялась на то, что влюблённость пройдёт со временем. — Эмирин развела руками. — С Миной мы этой ошибки не допустим. Заберёшь её завтра.

Шах и мат. И, судя по промелькнувшей в глазах Повелителя ярости, он прекрасно понимал — возразить нечего.

— Хорошо, заберу.

Это была другая сторона характера Риланда — он всё же умел проигрывать. Всегда умел, но делал это крайне редко.

— Спасибо, — поблагодарила Эмирин почти искренне и поспешила убраться из Эйма. С тех пор, как она узнала правду, ей стало казаться, что в коридорах замка пахнет кровью Триш.

И сильнее всего — в лаборатории Риланда.

На следующий день, в субботу, с раннего утра Эмирин в сопровождении Повелителя перенеслась в Арронтар. Как она и предполагала, Риланд предпринял ещё одну попытку оставить племянницу у них с Нарро — как только Минаэль узнала о планах вернуть её в Эйм, тут же решительно воспротивилась, и пришлось потратить дикое количество сил и времени, чтобы уговорить девушку не упрямиться. Эмирин даже начала опасаться, что придётся отложить разговор — на коронацию опаздывать было нельзя. Но на этот раз шах и мат поставил Нарро, неожиданно ворвавшись в комнату и откровенно поцеловав жену на глазах у Минаэль, отчего эльфийка сразу сникла и спустя пару секунд пробормотала:

— Ладно, я соберу свои вещи.

Риланд только зло сверкнул глазами, понимая, что Нарро сделал это специально — они с Эмирин никогда не целовались демонстративно, при свидетелях, не считая официальных церемоний. Но нужно было показать Минаэль, что ей не на что рассчитывать. И пусть это было больно, но сработало.

На коронацию Эмирин всё-таки не опоздала. И прошла она спокойно, без покушений и прочих неприятностей, и Оливер вёл себя так, как должен был вести настоящий Дамир, с достоинством и непроницаемым лицом приняв венец во время церемонии. Чуть позже «хамелеон», правда, признался, что волновался до дрожащих рук, но со стороны это было не заметно.

— Дартхари, — обратился он к Эмирин сразу после возвращения в академию, — я хотел кое-что обсудить с вами насчёт моей роли.

— Конечно, — она кивнула и через мгновение удивлённо подняла брови, услышав:

— Мне нужно будет ухаживать за вашей дочерью? По тому, что я увидел в тот вечер, когда вы знакомили меня с Рональдин и Дамиром, я понял, что его высочество… то есть величество симпатизирует ей. Будет странно, если я не стану демонстрировать подобное отношение во время учёбы, а Дамир затем женится на Дин.

Эмирин улыбнулась, невольно представив, как к подобным планам отнесётся бедный племянник Велдона, который уже успел приревновать её дочь к Оливеру.

— Что ж, ухаживай. Только не переусердствуй, иначе, боюсь, быть тебе битым.

— Я не подведу, — произнёс Оливер с твёрдой убеждённостью и почтительно поклонился.

Шайна Тарс

В субботу Дамир и Дин примчались ко мне с хмурыми лицами ещё до завтрака и в компании с бутылкой вина. Я так поразилась, когда увидела, как Дамир с характерным звяканьем достаёт её из сумки, что подумала: а может, это совсем не то, что я подумала, а какая-нибудь лабораторная по зельям? А?

— М-м-м, — пробормотала я, когда бутылка была водружена на столик рядом с кроватью, и почти тут же Дамир достал из сумки три бокала. — А что, собственно, празднуем? Или мы…

«Поминаем» я произнести не смогла.

— Так коронация же, — ответил Дамир так ядовито, что я мгновенно всё вспомнила. Точно, друг ведь жаловался мне, что Эмирин не дала ему короноваться. Пусть завуалированно, но жаловался. — У нас теперь новый император. За это надо выпить.

Я изменилась в лице, неожиданно осознав, кто именно сейчас садится на край постели рядом со мной.

— Шани, прекрати. — Дамир скривился, словно его резко затошнило. — Никаких рогов и копыт у меня внезапно не выросло. Более того, меня там не было, так что это не считается.

Я горько усмехнулась и, выпрямившись, щёлкнула его по носу.

— Расскажи это газетчикам.

— Вредина, — фыркнула Дин, садясь с другой стороны кровати. Они постоянно так сидели, окружая меня, как два стражника. — Кстати, Мир, а где закуска?

— По такому поводу не закусывают, — похоронно произнёс Дамир и начал разливать вино.

В результате через час, когда друзья ушли, я позорно уснула — выпитое вино расслабило настолько, что сдерживаться до вечера не хватило сил. А когда проснулась, обнаружила рядом матушку Розу.

Дамир и Дин ходили к ней в прошлое воскресенье, чтобы всё объяснить про моё состояние — Эмирин разрешила. А вот теперь она, видимо, разрешила посещения… и я была безмерно рада видеть свою приёмную маму.

— Шани! — Несмотря на обстоятельства, матушка Роза ласково и широко улыбнулась, наклоняясь и заключая меня в объятия. — Я уж думала, ты до вечера будешь дрыхнуть. Целый час ждала! И что-то