Боевая Академия: Книга Судьбы - Александр Пасацкий

"Да хотя, не все ли равно? Достало уже плыть по течению. Михо, если бы ты знала, как широко ты открыла мне глаза на мир… Я не сдамся, чтобы там не случилось"

— А ты не верила, что она сможет, — Милашка смотрела вслед убежавшей студентке. — Ну, что?

— Теперь верю, — улыбнулась Куколка. — Пожалуй, Пронина — не такая уж и нежная, как показалось вначале. Но зачет я ей все равно не поставлю.

— Мне кажется, ее этим уже не испугаешь, — заметила Милашка. — На твоем месте, я бы выписала ей заслуженное освобождение. Луиза только что доказала, что если речь идет о чем-то важном, то она может превратиться в разъяренного демона не хуже Стрельцовой. Она миролюбивая натура, но в трудные минуты у нее появляется железная решимость и стальная воля. Думаю, Луиза будет отличным боевым магом, не хуже нас с тобой. Дело ведь в характере, а не в умениях.

Куколка пожала плечами.

— А таком случае, и ты ее тоже оставь в покое.

— Да, оставлю, — Милашка вздохнула. — Муж, конечно, расстроится, но это его проблемы. Наверное, я скажу ему, чтобы больше не цеплял студенток. Только жизнь им портит.

****************

Хотя Светозар Евлампиевич не присутствовал на собрании, его события тоже не обошли стороной.

— Вот же подонки! — шмыгая разбитым носом, Неудочко устроился в директорском кресле. — Уже и слова сказать нельзя!

Причиной стычки со Свинорылко стало упоминание о том, что Недоучко попросил последнего занять ему денег, чтобы вернуть долг. Возмутившись тем, что магистр в такую минуту думает о личных проблемах, Свинорылко отказался, обозвав Недоучко "козлом". Тот, естественно, тоже не стал сдерживаться, и ссора быстро переросла драку, прямо на глазах у Прилипалы. А дальше всплыла правда про взятки и попытки скрыть следы преступления.

Минуту спустя, стоя на коленях, Неудочко обливался слезами, и клялся, что все случившееся — не его вина, что он честно выполнял свой долг, и никогда бы не позволил произойти самому худшему. Конечно, ему никто не поверил, и магистра вежливо попросили вернуться на место, и не мешать остальным. Разбирательство оставили на потом, хотя Прилипала заранее предупредил, что если вина Недоучко будет доказана, то он может смело сушить сухари, если умеет.

— А мне теперь что делать? — сидя на продавленном диване, толстяк-директор пригорюнился. — Крупные хищения из бюджета Академии, служебные проверки! Меня же могут уволить, хотя я даже ничего не делал!

— Заткнись, жирдяй, — не обращая внимания на его причитания, Недоучко вытащил из ящика стола коньяк. — Думаешь, мне легко? Еще спасибо скажи, что я Комиссию на Стрельцову натравил. После того, как Прилипала выпустил на ней весь пар, со мной он разбирался уже спокойно и сдержанно. Даже обещал все забыть, если деньги вернутся в бюджет. И ты этим займешься.

— Но я не брал ни копейки!

— Да мне все равно, — коньяк заструился по жилам, и Недоучко расслабился, чувствуя, как его охватывает вселенское спокойствие. — Если хочешь, можешь как-то выкручиваться, или сразу написать заявление по собственному, пока не поздно. Меня это уже не касается. Я сваливаю.

— Вы? — Светозар Евлампиевич удивленно икнул. — Куда?

— Да куда-нибудь. Думаешь, я тут добровольно буду торчать, когда уже завтра на Академию Ад обрушится? Спрячусь где-нибудь, и пересижу, пока все не решится. А потом вернусь, и как-нибудь оправдаюсь. Глядишь, еще и все простят, если откат дать… Связи есть, заначки есть, главное, живым остаться.

Окончательно утвердившись в этом решении, он вытащил из другого ящика "дипломат", сделанный из дорогой кожи, проверил наличие в нем всех необходимых документов, и встал.

— Я вас не пущу! — тоже поднявшись, Светозар Евлампиевич загородил своей тушей весь проход. — Вы — куратор Академии, и не можете бросить ее в самый опасный момент!

— Отойди, урод, — Недоучко сделал попытку обойти его слева. — А то сейчас так заколдую, что неделю глаза открыть не сможешь.

— Сначала верните деньги, которые вы украли!

— Ага, разбежался. Я предлагал тебе долю, ты не захотел. Нечего теперь жаловаться.

В дверь постучали.

— Господин директор… — начал было Рахни, появляясь на пороге.

Светозар Евлампиевич обернулся, и туша сдвинулась в сторону. Воспользовавшись моментом, Недоучко рванулся в образовавшийся проход, намереваясь проскользнуть между паучьими ногами секретаря. Но для этого сначала надо было швырнуть туда "дипломат", что он и вполне удачно сделал.

— Благодарю, господин магистр, — стоящая в приемной Катя остановила его полет движением ноги. — Очень много интересного мы сейчас услышали, да, парни?

— Ага, — кивнул Ваня, заслонивший собой выход из приемной.

— Вообще нежданчик, — добавил Валера, устроившийся в кресле секретаря.

Глаза Недоучко забегали на месте.

— Кажется, господин магистр куда-то торопился, — любезно напомнил Рахни. — Не будем вас задерживать.

— Но, когда вы вернетесь, вам придется объяснять не только то, где вы были, — Ледяная Королева открыла "дипломат". — В этот раз вам точно не отвертеться, свидетелей более, чем достаточно. Рахни уже давно знал, куда пропадают деньги, и молчал, но после того, что вы устроили на собрании, мы все вместе решили, что больше молчать нельзя.

— Гончарова! — прорычал Недоучко. — С дороги! Я не хочу умирать из-за того, что вы где-то там, в задрипанной заднице другого мира стырили запретную игрушку! Я жить хочу!

— А я не хотела, чтобы вы прикрывали свои грязные дела при помощи Алисы. Но вы же сделали по-своему, — пожалуй, впервые за все время в голосе Кати слышалась неприкрытая ярость. — Думаете, после всего, в чем вы признались, я вас отсюда выпущу?

Поняв, что просчитался, Недоучко оглянулся. Светозар Евлампиевич по-прежнему стоял в пол-оборота к двери, с трудом пытаясь понять, что происходит. Моментально приняв решение, магистр скользнул ему за спину, переплел пальцы, и горло директора обвила невидимая удавка. Жирная туша захрипела.

— С дороги, Гончарова! Честное слово, мне уже терять нечего!

— Вы потеряли только одно — свой рассудок, — глаза Ледяной Королевы сверкнули, и она тоже переплела пальцы.

На ладонях Недоучко появился снежный иней, он изумленно выругался, разорвал заклятие, и отскочил назад, потирая замерзшие руки. В тот же миг Рахни выпустил свою паутину. Липкая нить обвила ноги магистра, рывком свалила его на пол, и потащила из кабинета.

Светозар Евлампиевич рухнул обратно на диван.

Дождавшись, пока Недоучко окажется в приемной, Валера деловито поднял его на ноги, и, примерившись, пнул под зад. Магистр