Неповторимое. Том 1 - Валентин Иванович Варенников

Затем Федор Васильевич позвонил еще раз начальнику Управления кадров Сухопутных войск генерал-лейтенанту К. Майорову и передал ему решение главкома. Кстати, тот сообщил, что командир уже получил его. На этом эпопея с моим выживанием меня из этого полка закончилась.

На службе все шло вроде нормально. А вот в целом в стране было как-то тревожно. Хотя в то время «с нашей колокольни» не все было видно и не все можно было понять. Но то, что с Г.К. Жуковым обошлись несправедливо, – это факт! Конечно, сменивший его Малиновский – тоже фигура. Но это – не Г.К. Жуков. Очень важно будет и для нас, военных, и для страны в целом, какую линию поведет Малиновский.

Оказалось, что прогноз Сбитнева оправдался: в марте 1958 года на очередной сессии Верховного Совета СССР Хрущева утверждают Председателем Совета Министров. В том же году Никита Сергеевич едет в США. Но это произошло уже после того, как я оказался по долгу службы на полуострове Рыбачьем.

А случилось это мое назначение довольно интересно. В начале лета я отправил жену с малышами на юг, на море. Как, собственно, и многие другие – все тоже посылали семьи, в основном из-за детей, кто куда мог. Но на этот раз договорились, что моя семья возвращается в начале августа. Во-первых, потому, что во второй половине этого месяца будет сложнее с билетами. Во-вторых, нашему старшему сыну, который уже окончил 1-й класс, надо подготовиться к школе, адаптироваться, да и август в Заполярье, как правило, месяц хороший.

Как-то приезжаю со стрельбища. Уставший, но довольный – стреляли хорошо. А уставший потому, что был день и «ночь» на стрельбах (летом ночи нет). Заходит возбужденный Дубин. У него вообще от природы сильный румянец, сейчас же он полыхает, как помидор. Что-то произошло. Говорю: «Садись, рассказывай», а сам сделал вид, что мне вроде что-то известно.

– Да чего рассказывать? Плохи мои личные дела. Вызывал меня командарм генерал Лосик. Предлагал должность командира отдельного полка, но на полуострове Рыбачьем. Я отказался. До меня он вызвал еще двух и тоже с выдвижением – отказались. Вот теперь не знаю, какая моя будет дальнейшая судьба. Ведь начальство как может расценить мой отказ? А-а, не захотел? Ну и сиди до увольнения. Или на военкомат запрут.

– Я не думаю. Коль они за вас взялись, то еще поступят предложения. Вы, очевидно, обосновали свой отказ?

– Да, я сказал, что если ехать на полк, то надо на несколько лет.

У меня же сын закончил 7-й класс, а на Рыбачьем только семилетка.

Значит, придется его держать в Мурманске, в интернате. Но это крайне нежелательно, потому как за ним нужен глаз да глаз. Командующий вроде посочувствовал. «Ну ладно, – говорит, – идите».

– На мой взгляд, довод убедительный. В общем, Леонид Николаевич, не будем нагонять тучи, лучше надеяться на лучшее.

Уточнили с Дубиным план на завтра, и он ушел. Я разобрал документы и уже собрался домой. Вдруг звонок. Кто бы мог в такой час?

– Слушаю вас.

– Это Чайка. Командующий армии тебе не звонил? – Нет, звонков от него не было.

– Так вот, он приказал тебе прибыть к нему завтра к девяти часам.

– Товарищ генерал, может, вы сориентируете меня хотя бы в общих чертах?

– К сожалению, не знаю. Сказал, что лично поставит задачу, поговорит. Вообще-то у меня есть предположения, но я не думаю, что вызов по этому поводу.

– Ну, вы меня совсем озадачили. Тогда хоть свою версию скажите.

– Нет. Пока ни о чем не думай, отдыхай – завтра все прояснится. До свидания. – До свидания.

Я положил трубку, а в голове закружились мысли. Не исключен опять вариант с ракетчиками, а возможно, надо в чем-то помочь городу? Может, подошел срок морского похода полка на Новую Землю (это было как-то высказано в общих чертах), или нас ждет какое-нибудь показное занятие, представление полка солидной делегации и т. д.

Какой уж там сон! Так – в полусне-полудремоте – промаялся всю ночь. Утром размялся, принял душ – и в штаб армии. Прибыл за 15 минут до назначенного часа, однако адъютант сразу же говорит: – Заходите.

– Но…

– Он сказал: чтобы заходили, как только появитесь.

Вхожу в кабинет. Генерал Лосик за столом, смотрит документы. Представляюсь. Командующий подошел, поздоровался и внимательно посмотрел в глаза. Спросил, как дела в полку, как настроение у личного состава, у командира полка. Ответил, что все в пределах нормы, оснований для беспокойства нет. Тогда он как выстрелил:

– Вам надо ехать на Рыбачий принимать полк!

– Когда?

Понял, что мой вопрос застал его врасплох больше, чем предложение, которое он высказал мне. Он удивленно поднял брови, немного подумал и ответил:

– Завтра.

– Разрешите послезавтра?

– А почему не завтра?

– Завтра с юга приезжает семья – жена, дети, я их встречу, а послезавтра с утра все вместе отправимся на новое место.

Лосик стал ходить по кабинету, о чем-то думая. Потом остановился передо мной:

– А вам свой полк не жалко?

– Как же не жалко?! Конечно жалко. Вложил в него столько сил… Сейчас командуешь и радуешься – какой коллектив!

– Да, полк хороший. А на Рыбачьем 6-й отдельный пулеметно-артиллерийский полк развалился. Надо его поднять. Надеюсь, что вы это сделаете.

– Постараюсь задачу выполнить.

Мы расстались. Я поехал к командиру дивизии. На душе было и торжественно, и тоскливо: торжественно потому, что оказывалось такое доверие, а тоскливо – не хотелось расставаться со своим детищем – 266-м мотострелковым полком. Ведь каким я его принял и каким он стал за два года! Сколько сил и души вложено, сколько бессонных ночей и до предела заполненных работой будней…

Захожу к командиру дивизии.

– Я уже все знаю. Звонил командующий. То, что не отказался, – это, может быть, и правильно. Но он тебе подсунул такую развальню, что с ней надо возиться капитально. А главное – полк разбросан побатальонно: один батальон на северо-востоке Рыбачьего, второй – на северо-западе, третий – на полуострове Среднем, штаб и полковая школа со спецподразделениями в Озерко, а танковый батальон и артиллерийский дивизион – южнее Озерко. Полк – 3,5 тысячи. Устроен неважно. Одно утешение – штат хороший: все предусмотрено до мелочей. Почему я все это знаю? Да потому, что кое-кому уже предлагали этот полк, но