Моя жизнь. От зависимости к свободе - Нурсултан Абишевич Назарбаев

Все это я вижу и на примере своей собственной жизни. Не говоря об ожесточенной борьбе против колонизации прошлых столетий, уже в канун новейшего времени, в 1916 году, и мои отважные деды принимали участие в национально-освободительном восстании в местностях Каркара, Кастек, Самсы. После падения царизма, угнетавшего нас на протяжении многих веков, надежды на большевиков оказались обмануты, и наш народ был обречен на доселе небывалый катастрофический голод. Чтобы представить масштаб этой трагедии, достаточно сказать, что за небольшой временной отрезок 1921–1922 годов и период насильственной коллективизации 1930–1932 годов погибла ровно половина казахов. Найдется ли на земле другой такой народ, который всего за два-три года бедствий потерял половину своей численности?!

Согласно проведенной в царской России официальной переписи населения 1913 года, в ту пору в Степном крае, не включая казахов Туркестанского края, проживали 5 миллионов 597 тысяч человек. Известно, что и в Туркестанском крае казахов было немало. А спустя около полувека, по данным Всесоюзной переписи 1959 года, количество проживающих в Казахстане казахов уменьшилось до 2 миллионов 787 тысяч, составив при этом всего 30 % от населения республики. Этот истребительный процесс еще более усугубили кровавые политические репрессии сталинизма в предвоенные годы, выкосившие интеллектуальную элиту нации. Позже добавилась кампания по так называемому освоению целинных и залежных земель: под девизом: «Хлеб – всему голова» были распаханы практически все земли, где только мог пройти трактор, а занимавшиеся преимущественно животноводством казахи остались без пастбищ и, соответственно, без скота.

Конечно, сам я не был очевидцем всех этих событий, но по горестным рассказам отца и матери и по их читаемым вполголоса молитвам за упокой героев и жертв борьбы за свободу я узнавал и на всю будущую жизнь впитывал в себя ту жестокую правду жизни.

Иногда я думаю: какой же терпеливый наш народ?! Мирился с непримиримым, выносил невыносимое. И даже в самые тягостные дни, когда было неизвестно, увидит ли он завтрашний восход солнца, он не падал духом и не терял надежды на будущее. Решительно противостоял любым трудностям и постоянно двигался вперед. Как не верить в счастливое будущее такого народа?!

Эту мысль я хочу повторить еще раз.

Обрести Независимость трудно, но гораздо труднее ее сохранить. Это историческая правда, подтверждаемая судьбами многих народов, когда-либо существовавших на земле. Немало государств ушло в небытие из-за пустых междоусобиц и нелепых раздоров.

Давайте же не будем бояться тяжелого труда – твердо удерживать в руках Независимость. Разве она не является уделом лишь сильных духом людей? Разве Свобода дается без борьбы и страданий? Какова им цена, если они достались с легкостью? И долог ли век того, чем не дорожишь? Поджидающие нас впереди испытания мы с честью пройдем только в случае, если сумеем действовать рука об руку, сердцем к сердцу, мечтой к мечте.

И мы сумеем!

Задача сегодняшнего и завтрашних поколений – привести к всеобщему процветанию эту огромную страну, доставшуюся нам от предков. Молодежь нашей свободной страны должна знать, насколько мучительным был этот путь к обретению независимости и какие испытания, жертвы и тяжелые лишения мы на нем претерпели. Это национально-освободительное восстание 1916 года, Гражданская война, две волны катастрофического голода, политические репрессии, Великая Отечественная война, массовая миграция времен освоения целины. Это необходимо для сохранения священной памяти о прошлой истории и извлечения уроков из нее. У казахов есть пословица «Несознателен человек, не знающий семи своих предков, несознателен народ, не знающий семи веков своей прошлой истории».

В 70-е годы прошлого столетия гигантская империя под названием Советский Союз вступила в сложный период своей истории, впоследствии прозванный эпохой застоя. Получилось так, что схоластическая идеология коммунизма и основанная на жестком и безапелляционном планировании «сверху» советская экономика с ее систематическими приписками завели общество в беспросветный тупик. В том, что экономика СССР времен того пресловутого застоя находится в плачевном состоянии, я начал воочию убеждаться в конце 70-х годов, когда работал на металлургическом комбинате, затем секретарем, вторым секретарем Карагандинского областного комитета партии. А в 80-е годы, когда мне поручили руководить экономическим блоком как секретарю ЦК Компартии Казахстана, и затем, когда я возглавил Правительство Казахской ССР, масштабы сложившегося положения стали еще более очевидными. Эти десять лет дали мне полное представление о советской экономике.

Провозглашенная М. С. Горбачёвым перестройка не помогла стране выбраться из глубокой стагнации, очень скоро переродившись в «говорильню», ярмарку политической рекламы и какофонию популистских лозунгов. Опрометчиво начатый «поворот», предпринятый без подготовки экономического базиса для реформ, только усугубил копившиеся годами проблемы, подводя страну к крайней черте.

I Съезд народных депутатов, созванный по результатам первых в СССР демократических выборов, прошел в мае – июне 1989 года. В то время я был Председателем Совета Министров республики, и в своем выступлении с трибуны Кремлевского дворца съездов мне пришлось открыто и правдиво говорить о критической ситуации в экономике гигантского Союза: «…Занимаясь по долгу службы вопросами практической экономики, могу сказать, что мы достоверного представления о положении в экономике страны и сегодня не имеем. Судите сами: по данным Госкомстата СССР, производство продукции в стране увеличилось, а полки пустые. Планы выполняются, а состояние экономики ухудшается. Почему? Много накопилось таких «почему». Надо наконец-то определить всю глубину кризиса в экономике, выработать четкий путь его преодоления.

Двенадцатая пятилетка была составлена в худших традициях застоя».

Конечно, М. С. Горбачёву, чуть ли не через день говорившему о перестройке, обновлении и даже ускорении, вряд ли понравились слова о том, что пятилетка распланирована «в худших традициях застоя». По его реакции было видно: он хотел, чтобы я побыстрее «закруглялся» с этой темой. Но шквал одобрительных аплодисментов из зала не позволил ему остановить меня. Завершив выступление, я глянул в зал в сторону нашей делегации и увидел побелевшее от негодования лицо Г. В. Колбина, первого секретаря ЦК Компартии Казахстана. Что ж, раз речь пошла о судьбе народа и интересах республики, отмолчаться в сторонке я не мог.

А в последовавшие затем два года, когда Союз начал саморазрушаться и окончательно расходиться по швам, ситуация складывалась еще более драматично.

На тот же 1989 год пришелся самый разгар процесса «парада суверенитетов»,