Скандинавские мифы - А. Н. Николаева

А образ Сигюн, помогающей своему непредсказуемому супругу, стал впоследствии символом самоотверженности и верности мужу. Как говорится, хоть плохонький, да свой.

Но вернемся собственно к поведению Локи на пиру. Этот сюжет представлен в «Старшей Эдде» и носит название «Перебранка Локи». В чем его смысл? Ведь даже для непредсказуемого бога хитрости и коварства такое поведение было более чем гнусно. Даже если многое из сказанного им являлось правдой, выдавать все это на пиру при всей честной компании было верхом неприличия. Да еще и пожелание сгореть хозяину, который устроил такой замечательный праздник. Зачем же в «Старшей Эдде» размещена эта история? Есть несколько версий.

Например, некоторые исследователи скандинавской мифологии считают, что «Перебранка…» была составлена не в языческие времена, а уже в сугубо христианские. И этот текст являлся просто-напросто сатирой на «старых» богов: нужно было продемонстрировать все их пороки и недостатки.

Говорящее имя

Интересно, но происхождение имени Локи, одного из самых популярных богов скандинавской мифологии, до сих пор до конца не выяснено. Возможно, оно происходит от слова «закрывать», «завершать» и указывает на участие Локи в наступлении конца света. Также филологи предполагают родство этого имени со словом «логи» – огонь (версия о том, что первоначально он был богом огня, высказывалась выше).

По другой версии, «Перебранка Локи», наоборот, составлена в глубокой древности. Просто это вот такой своеобразный юмор. Песня составлена, чтобы позабавить слушателей. Тем более что распоясавшийся бог хитрости и коварства в итоге все же несет заслуженное наказание.

Но как бы там ни было, поведение Локи в мифах становилось все хуже и хуже, и именно оно в итоге стало одной из главных причин Рагнарёка – конца света.

Глава 7

Божественное и человеческое

Яблочная история

Боги Асгарда обладали всеми привилегиями небожителей: они были бессмертны, вечно молоды и здоровы, хотя некоторые из них, как, например, Один, имели облик мудрых мужей средних лет. Но с некоторыми оговорками. В день Рагнарёка им предстояло все же стать смертными и дать возможность обновлению мира. А для того чтобы не стареть и не болеть, им были необходимы волшебные яблоки, которыми угощала их Идунн, богиня вечной молодости.

В одном потайном уголке Асгарда имелся прекрасный сад, а в том саду – дерево, на ветвях которого в изобилии росли блестящие, красивые золотые яблоки. Стоило кому-то съесть это яблоко, и тут же на лице едока исчезали морщины, пропадали с его головы седые волосы, выпрямлялась сгорбленная спина. Но не мог кто попало подойти к дереву – яблоки не давались в руки никому, кроме богини Идунн. Она жила в прекрасном светлом дворце на краю сада и каждый день ходила к дереву с маленькой корзинкой. Идунн собирала в нее сияющие плоды, а потом угощала ими всех богов Асгарда, и они никогда не болели и не старели. Но получить яблоки нужно было только из рук самой богини, иначе они теряли свою волшебную силу. Конечно же, многие обитатели других миров очень хотели получить эти яблоки и готовы были на все, чтобы Идунн угостила их. И вот однажды произошла такая история.

Имя богини Идунн обычно переводят с древнегерманского языка как «обновляющая».

Бог Один собрался обойти миры, расположенные на ветвях мирового древа, чтобы посмотреть, что и где происходит. Один вообще часто странствовал по свету, за что его и называли иногда богом-путешественником. Чтобы не было скучно, повелитель богов захватил с собой Локи. Видимо, при всей своей мудрости он почему-то не смог предположить, что такой попутчик, конечно, способен развеселить и развлечь, но вот проблем от него будет значительно больше.

И вот через некоторое время путешественники добрались до границы владений великанов, Йотунхейма. Так как странствие их продолжалось уже довольно долго, Один и Локи начали испытывать голод, но тут им повезло, неподалеку они увидели целое стадо откормленных быков. Локи немедленно зарезал одного быка, разделал тушу, и два бога начали разжигать костер, чтобы изжарить мясо. Но вот незадача – огонь никак не хотел разгораться. Один и Локи подкладывали в него сухие стволы, изо всех сил дули на тлеющий огонек, но ничего у них не получалось. И тут они увидели, что неподалеку на дереве сидит огромный орел.

– Что, – спросил орел, – никак не можете изжарить мясо?

– Как видишь, – ответил Локи. – Что-то странное происходит с костром, он не разгорается.

– Я помогу вам, – сказал орел, – если вы пообещаете поделиться со мной жареным мясом.

Г. Биссен. Богиня Идунн. 1858 г.

Жители Асгарда согласились, и орел, спустившись к едва тлеющему костру, помахал над ним своими мощными крыльями. Пламя сразу поднялось вверх, и мясо начало поджариваться.

Когда все было готово, орел потребовал свою долю. Он подлетел к костру и начал так быстро заглатывать жареное мясо, что Один и Локи поняли: еще немного, и они сами останутся голодными.

– Неужели ты не наелся? – спросил Один. – Ты же сейчас сожрешь все наши запасы мяса.

– Ничего не хочу слышать, – ответил орел, доедая последний кусок. – Я обещал вам помочь, и я помог. Вы обещали мне мясо в обмен на помощь, так исполняйте свое обещание.

Увидев, что мяса больше нет, Локи пришел в ярость. Он схватил палку и ударил ею орла. Но произошло невероятное: палка как будто приросла к телу орла, а руки бога – к палке. Орел взмыл в воздух, и Локи взлетел вместе с ним. Несколько секунд, и Локи уже видит землю далеко внизу, а орел тащит его к неприветливым равнинам мира великанов. Тут бог начал подозревать, что орел этот непростой.

– Скажи мне, кто ты? – спросил Локи.

– Я – житель страны великанов и зовут меня Тьяцци, – ответил орел. – Я брат того самого великана, который когда-то строил вам стены вокруг Асгарда, а вы обманули его и не наградили за работу. И вот теперь ты, главный обманщик среди богов, полностью в моей власти. И я буду делать с тобой все что захочу, а ты, если желаешь остаться в живых, будешь выполнять мои повеления.

Локи бьет палкой орла Тьяцци. Иллюстрация из манускрипта XVII в.

И вот наконец орел долетел до высокой скалы с ледяной вершиной, в этот момент руки бога Локи, сжимавшие палку, сами собой разжались, и он упал на