Конфликты и войны после распада СССР - Юрий Васильевич Егоров

Эффект постоянной эскалации насилия, направленной прежде всего не на уничтожение живой силы противника как таковой, а на его деморализацию и лишение воли к сопротивлению, значительно усиливается тиражированием образов массовых экзекуций через средства массовой информации.

Террористические акты варьируются от угроз, убийств, похищений, угонов самолетов, угроз взрыва, кибер-атак и вплоть до использования химического, бактериологического и ядерного оружия. В качестве оружия используются обычные гражданские объекты, например, в США в 2001 году это были пассажирские самолеты и обыкновенные почтовые отправления.

Еще один момент: асимметричные войны — это сравнительно дешевые войны. Атака на Нью-Йорк стоила примерно 250 тысяч долларов, официальный ущерб, который признают сами американцы, составляет сумму порядка 250 миллиардов долларов. Для этих войн характерно качественное различие сил у противостоящих сторон (военный потенциал «террористических» организаций на несколько порядков меньше потенциала США, НАТО или России) при способности каждой из них оказывать сравнимое воздействие на противоположную сторону.

«Концепция асимметричной войны — коктейль терроризма, организованной преступности, обычного регионального конфликта, проблем с природными ресурсами, массовой миграцией, контрабандой людей, заболеваниями…»» Такую характеристику асимметричной войны дал полковник Тим Спайсер, бывший офицер британских сил специальных операций SAS, ветеран Фолклендского конфликта и действующий директор частной военной организации Sandline International.

Теоретическими основами являются определения асимметричности и идиосин-критичности.

Асимметричность — это отсутствие общего основания для сравнения, аспект возможностей, которые невозможно сравнить с прошлым опытом.

Идиосинкритичиость — специальный или необычайный подход или средство применения возможностей, другими словами — это новые способы использования новых или старых средств вооруженной борьбы [11).

Политические цели асимметричных войн в большинстве случаев отличаются закрытостью, о которых можно лишь догадываться, а также полной невозможностью юридически доказать причастность каких-либо неправительственных организаций или конкретного лица к организации и инициированию войны.

Методы ведения асимметричных войн со стороны нападающих чрезвычайно трудно предусмотреть: можно определить их возможный спектр, но какой метод, когда и где именно будет применен — вычислить нельзя. Поэтому и эффективность противодействия нападению в асимметричных войнах очень низкая. Требуется громадное, невиданное до этого в истории, финансирование и развитие всех видов разведки и такой ее составляющей, как агентурная работа [12].

Негосударственные военизированные системы (структуры) (по меньшей мере, значительная их часть) по-прежнему продолжают осуществлять интенсивную проекцию насилия, комбинируя военные и террористические формы активности с радикальной идеологией и криминальными каналами финансирования.

Негосударственные военизированные системы (структуры) характеризуются тремя базовыми признаками идентификации:

• они имеют национальную принадлежность, но при этом не имеют государственного статуса;

• структуры организованы по военной (полувоенной, военизированной) схеме;

• их основным оперативным параметром (Modus Operand!) является применение насилия (или готовность к его применению) для достижения реальных, или декларируемых, целей и задач. При этом определенная часть этих систем (структур) внешне действует в правовых рамках, и с формальной точки зрения никак не может рассматриваться в качестве субъектов терроризма.

По уровню организации и боевой подготовки многие из них вышли на уровень регулярных армий. Они имеют относительно дешевое, но современное и смертоносное оружие самого широкого диапазона — от легкого стрелкового вооружения и противопехотных мин до РОЗО и оперативно-тактических ракетных комплексов включительно. Во всяком случае боевики «Хезболла», вооруженные АК при поддержке гранатометов РПГ-29 «Вампир» и РПГ-7, а ткаже ПТРК «Метис», «Малютка», «Фагот», «Штурм», «Конкурс», «Корнет» изрядно потрепали нервы израильтянам, которые, по разным оценкам, потеряли 30–50 современнейших танков «Меркава».

Некоторые иррегулярные формирования полностью контролируют обширные «серые зоны» — существенные участки территории целого ряда стран, выведенные из-под фактического и юридического контроля центральных правительств, и трансформированные в операционные и транзитные узлы военизированных формирований и организованной преступности.

Интенсивно проникают в политическую и экономическую систему государств; располагают клонированными структурами прикрытия в виде партий и общественных организаций; имеют собственные парламентские фракции и контролируемые средства массовой информации. Осуществляют скрытное представительство в международных организациях. Участвуют в мировых экономических процессах. Формируют параллельные (теневые) транснациональные сообщества.

Реализуют активное идейно-теоретическое обоснование насилия, продуцируют всемирные символы сопротивления (от Эрнесто Че Гевары до Усамы бен Ладена). И главное, являются основными субъектами Четвертой мировой войны (асимметричной войны) международного терроризма. Как видим, мы столкнулись с новым феноменом войны:

• первая отличительная черта войн нового типа заключается в их асимметричном характере, когда военные формирования государства оказались неспособными современными вооруженными силами подавить сопротивление иррегулярных формирований;

• вторая — в феномене приватизации насилия, то есть в утрате национальными государствами исключительного права на легитимное применение вооруженной силы.

Рассмотрим на примере последней войны в Ливане асимметричные действия сторон.

Война Израиля против «Хезболлы» имела ряд уникальных особенностей: государство воевало не с другим государством, а с квазигосударственным образованием, базирующимся на территории соседней страны.

Ключевое решение. Израиль ставит перед собой две главные стратегические цели — остановить обстрелы израильских городов, производимые «Хезболлой», и закончить военную кампанию на той точке, которая была бы выгодна Израилю для последующих переговоров. До настоящего времени ни массированные авиаудары, ни кратковременные вторжения на территорию Ливана не принесли результата — израильские города по-прежнему подвергаются обстрелам со стороны «Хезболлы».

«Хезболла» оказалась хорошо вооруженным и готовым к серьезным боям противником.