У нас всё хорошо - Владимир Войновский

— Нет, Варлаам, я завтра утром не пойду на работу. Мастеру позвоню, не обломятся без меня… да и аварий на водопроводе вроде не намечалось.

— Тогда сами разберётесь. Всё! Спасибо вашему дому, а мы до своего пошли.

Рано утром нас разбудил дуплет радостного крика.

— Поймали Кешу. Жалко птицу, — я перевернулся на другой бок и накрылся с головой.

— Не переживай, Варлаам! Кеша за себя постоять сможет, — успокоила жена.

Через пять минут скрежет коготков по крыше и нечто похожее на «Кха-кха-кха» возвестили о весёлом катании белобокой по крыше. Я даже представил улыбку и хитрый взгляд умной птицы.

2

На неделе встретил Павла:

— Здорово, сосед! — приветствую его.

— Здоровей, видали, — в свойственной ему манере ответил угрюмо товарищ.

— Чего не весел?

— А ты, какой-то не в меру весёлый.

Обменявшись любезностями, провожаем друг друга к дому.

— На работе неприятности? Или дома что случилось, — наступаю собеседнику на «мозоль».

— А-а-а! — отмахивается. — Наберут пацанов на флот, а дядя Паша потом отдувайся. Сварщика молодого в бригаду приняли. Я ему говорю: «Возьми троечку. Дай соточку… и накладывай шов», — а он металл прожёг. Пришлось личным опытом отличаться, учить несмышлёныша.

— Так тебя, получается, повысили. Шефом назначили над «зелёным», — улыбаюсь.

— Назначить назначили, а прибавку к окладу простили. Вот где справедливость, Варлаам?

Я пожал плечами.

— Белобокая яйцо больше не таскает? — решил свернуть с больной темы.

— Нет! Зойка мне всё темя «выклевала». Пришлось нашу ловушку в крышку преобразовать. Теперь жена довольна, — сосед расплылся в улыбке.

Кеша как в воду канул. Давно его не видели. Даже скучать стали.

Время бежит, вот и осень. На улице ещё тепло. Но то дождь, то пасмурно, земля сырая, по участку много не походишь, чернозём налипает, что чугуняки на ногах.

Соня вечером телевизор смотрит, Ваня у себя в комнате изображает, что уроки делает. Я читаю книгу.

Тук-тук-тук!

Я посмотрел на жену. Она на меня.

— Ванька, это ты стучишь?

— Нет!

Тук-тук-тук!

— Как будто по стеклу?! — сказала супруга.

Подойдя к окну, я отдернул штору, никого не видно.

Тук-тук-тук!

Прозвучало в другой стороне. Иду на кухню, открываю жалюзи.

— Кеша! — на отливе сидит сорока и аккуратно стучит в оконную створку.

Заметив меня, птица расправила крылья и открыла клюв, смешно мотая головой из стороны в сторону. Потом белобокий подпрыгнул, взмахнул крыльями и полетел к веранде.

— Варлаам, что там?

— Кеша прилетел. Мне показалось, зовёт. Надо выйти.

— Так, пошли, посмотрим.

Выходим на веранду. На столе сидит Вася и смотрит сквозь стекло. Перед крыльцом стоит наш герой, а рядом вторая сорока. Выходим к ним, пернатый расправляет крылья и клокочет, но тихо и бежит к нам, потом возвращается к собрату.

— Что-то друг Кеши выглядит неважно, — сказала Соня и присела перед второй птицей, — Ой! У неё лапка сломана, косточку видно, — поднимая птицу, сказала жена.

— Вася, освобождай стол, — кот недовольно произнёс: «Бра-ар-мя-я», — но послушно спрыгнул на стул.

— Поехали, Варлаам, в ветлечебницу.

Ветврач у нас в селе своя. Кабинет прямо у неё в доме. Соня с «потерпевшим» пошла лечиться. Я сижу в машине, а белобокая на капоте. Когда через сорок минут жена вышла, держа в руках птицу, Кеша расправил крылья и закурлыкал.

— Придётся вам у нас погостить. Твоей подружке шину наложили.

— Почему подружке? Как ты определила? — мне даже стало интересно, птицы практически не отличаются друг от друга.

— Светлана посмотрела, сказала, что это девочка. Давай её пока звать Клава. Кеша, пойдём к врачу пол определять…, — Соня улыбнулась.

Сорока на капоте вопросительно проговорила: «Кла-ак?», — и, склонив набок голову, опустила крылья.

«Больную» мы определили в картонную коробку на веранде. Васю временно перевели в летнюю кухню, а Кеша определил себе место под козырьком сарая.

Вечерами мы позволяли коту и белобокому проведывать Клаву, которая смешно ходила, переводя лапку с шиной в сторону, напоминая пирата Сильвера. Кеша старался встать к подружке как можно ближе, бочком подпирая и помогая ей вышагивать ровно. При этом они смешно переговаривались «курлыкая», «гурлыкая», с постукиваниями клювами.

Вася, словно филин, смотрел на эту идиллию, сидя на столе. Птицы действовали на него как гипноз. Веки его тяжелели, и глаза закрывались.

Прошло чуть больше двух недель. Утром, с первыми лучами солнца, Клава и Кеша поприветствовали друг друга громким стрекотанием. И только потом где-то в стороне раздавалось «Ку-ка-ре-ку» соседского петуха. Жить стало веселее.

— Ну вот… наша «квартирантка» полностью выздоровела, — потягиваясь, проговорил я.

— Вечером поедем к Светлане снимать «гипс»!

Зимой влюблённая парочка порадовала нас своим визитом, катаясь с крыши по снегу.

Носки

— Варлаам, лето на дворе! Жара несусветная… Ты что надел? — Соня с крыльца мне вдогонку.

Я остановился на полпути к машине, осмотрел себя:

— Где? — я даже развернулся в одну сторону, в другую и попытался заглянуть себе на спину… эх, не рак я, не улитка. Ничего подозрительного не заметил.

— Я же тебе приготовила нормальные носки! Ты где эти откопал?

— В ящичке… Увидел носоки и…

— В каком ящичке? «Носо-о-о-оки», — передразнила меня.

— У кровати, в тумбочке. Выдвинул ящичек, взял, надел и…

— Ты бы еще шерстяные взял. В нижнем ящичке опять копался?

— Какой открылся…, — тяжело вздохнул.

Я понял, надо идти в дом. Сонечка так просто не отпустит: «И что опять не так?». Жена в руке протянула мне пару черных носков с укороченным верхом.

— Нарядился, как Гулливер, — она рассмеялась.

Я подошел к зеркалу от пола до потолка на веранде. Посмотрел на себя со стороны: «И чего ей не нравится? Нормальные мужские носоки… И до колен не достают».

— Хорошо выгляжу. Футболка, бриджи и носоки…

— Снимай! Не позорь меня! Ты бы их еще до ушей натянул.

Присев на стул, я поменял носки и надел кроссовки.

— Варлаам! Ну, ты, никак сдурел совсем… жара…, — она постучала мне по голове, — сандалии для чего?

Тяжело вздохнув, надел сандалии и подошел к зеркалу. Покрутился. Подбоченился.

— Со-о-онь!

— Чего?

— Принеси галстук… тот светло-зеленый в полоску.

— Зачем?! — супруга присела на край лавки.

— Ну, как я в магазин без галстука. Непорядок! — я приложил воображаемый галстук к горлу, поправил «ежик» на голове, — И шляпу отцову тоже неси…

— Ва-а-арла-а-ам…?! Ты, серьезно?!

— Конечно, серьезно… голову то напечет…

Соня встала, прошла к вешалке, взяла кепку и запустила в меня:

— Проваливай за хлебом! Ишь, что удумал… галстук на футболку и шляпу отцову… да, ей сто лет в обед, моль всю покусала.

Я со смехом выскочил на улицу и,