Иосиф Сталин, его маршалы и генералы - Леонид Михайлович Млечин

Бабники и выпивохи вождя вполне устраивали. Он не прощал только сомнений в его правоте.

В начале 1932 года Ворошилов попросил политбюро разрешить длительные заграничные командировки по линии наркомата для изучения опыта мобилизации промышленности. В марте 1933 года политбюро приняло его предложение иметь на инженерно-технических должностях в торгпредствах Берлина, Парижа, Лондона, Нью-Йорка, Токио и Варшавы по два, а в Праге, Милане, Стокгольме — по одному сотруднику Наркомата обороны.

В марте 1933 года новый рейхсканцлер Адольф Гитлер в рейхстаге заявил, что его правительство «желает поддерживать с Советским Союзом дружественные отношения и рассчитывает на взаимность». В апреле Гитлер принял советского полпреда Льва Михайловича Хинчука, который подтвердил, что советское правительство также рассчитывает на дружественные отношения.

«В мае 1933 года, — говорилось в справке Штаба РККА, — в СССР приезжала группа офицеров рейхсвера для ознакомления с некоторыми заводами военной промышленности. Во главе этой группы стоял генерал Боккельберг — начальник вооружения рейхсвера. Это был ответный визит на осмотр военных предприятий военной промышленности Германии М.Н. Тухачевским. Как обычно, программа показа была согласована с правительством, утверждена Наркомвоенмором.

В числе объектов показа предусматривалось посещение 11-го авиазавода, 8-го артиллерийского завода и Тульского оружейного завода. Сопровождали группу Боккельберга представители Главного артиллерийского управления РККА и работники отдела внешних сношений... Во время осмотра «гости» задавали вопросы о производительности станков и цехов. Как правило, ответы давались в духе дезинформации...

По окончании осмотра завода Боккельберг был на приеме у К.Е. Ворошилова и у М.Н. Тухачевского».

Немецкий генерал, вернувшись домой, составил отчет для командования рейхсвера, с которым сумели ознакомиться и в Москве:

«Совместная работа с Красной Армией и советской военной промышленностью, учитывая грандиозность советских планов, крайне желательна не только по военно-политическим соображениям, но и по военно-техническим».

Но приход нацистов к власти постепенно свел это сотрудничество на нет.

Первые генералы

Реввоенсовет СССР фактически прекратил свое существование в 1933 году, когда Сталин распорядился упразднить коллегии наркоматов.

По прежнему порядку члены коллегии имели право не соглашаться с наркомом, обращаться в ЦК, отстаивая свою позицию. Сталин решил, что коллегии — административное излишество. Политбюро приняло решение: «В интересах доведения до конца принципа единоначалия в управлении наркоматами считать целесообразным ликвидировать коллегии наркоматов, оставив во главе наркоматов наркома и не более двух замов».

Формально Реввоенсовет был упразднен 20 июля 1934 года, когда Наркомат по военным и морским делам превратился в Наркомат обороны.

Это преобразование, задуманное Сталиным как чисто формальное, Ворошилов и его аппарат пытались использовать для расширения своих полномочий. Климент Ефремович решил приобрести побольше прав. Он вписал в проект положения о новом наркомате фразу о праве руководить войсками НКВД, а также об общем «руководстве и наблюдении за деятельностью мобилизационных аппаратов всех ведомств».

Мало того что Климент Ефремович покусился на права других Ведомств, которые никогда не давали себя в обиду. Он еще крайне неудачно для себя обратился к Сталину, ушедшему в отпуск. Спеша получить благословение вождя, написал ему:

«Мне сообщили, что положение о Наркомате обороны находится в твоих бумагах в Сочи. Убедительная просьба посмотреть это положение и сказать твое мнение. Прошу извинить за беспокойство. От души желаю хорошего отдыха».

Бдительный Сталин даже в отпуске документы читал очень внимательно и пресек попытку Ворошилова получить больше того, на что нарком имеет право.

В августе 1934 года Сталин, ознакомившись с положением о Наркомате обороны, выразил неудовольствие Кагановичу и Молотову, а заодно и, разумеется, самому Ворошилову:

«У меня имеются серьезные поправки. Я не знаю, вчитались ли вы в пункты «положения». Мне кажется, что наши товарищи не правильно поняли идею превращения НКвоенмора в НКобороны.

Это превращение преследовало только одну цель: объединить все силы обороны формально (фактически они уже объединены) — армию, Морфлот, авиацию — в одни руки. А по «положению» получилось упразднение Совета Труда и Обороны, превращение Наркомвоенмора в СТО, переход ряда функций ЦИК в Наркомобороны...

Мы не можем превращать наркомоб ни в ЦИК, который только и имеет право призывать население к военной службе, давать пенсии и т. п., ни в СНК или СТО, которые только и имеют право давать указания всем наркоматам, мобилизовывать народное хозяйство для обороны и т. п.».

Так что Ворошилов остался при своих полномочиях. 22 ноября 1934 года постановлением ЦИК и Совнаркома было утверждено положение о Наркомате обороны. Войска НКВД по-прежнему подчинялись наркому внутренних дел, и давать указания военной промышленности Клименту Ефремовичу также не позволили.

Одновременно с упразднением Реввоенсовета СССР ликвидировали и военные советы в округах. Начальник политуправления округа становился заместителем командующего по политической части. Правда, через три года, в разгар репрессий, все вернулось на круги своя, опять появились и полномочные комиссары, и военные советы...

Наркомат обороны состоял из административно-мобилизационного управления (начальник — комдив Абрам Миронович Вольпе, расстрелян), разведывательного управления (комкор Семен Петрович Урицкий, расстрелян), управления Морских сил РККА (флагман флота 1-го ранга Владимир Митрофанович Орлов, расстрелян), управления Военно-воздушных сил РККА (командарм 2-го ранга Яков Иванович Алкснис, расстрелян), автобронетанкового управления (командарм 2-го ранга Иннокентий Андреевич Халепский, расстрелян), управления ПВО (командарм 1-го ранга Сергей Сергеевич Каменев, умер в 1936 году).

В наркомате были также Управление военно-учебных заведений, Инженерное, Обозно-вещевое, Санитарное, Ветеринарное, Управление продовольственного снабжения, Управление по начальствующему составу, Управление делами наркомата, инспекция и финансовый отдел.

Все эти структуры подчинялись непосредственно наркому.

Тухачевскому, как заместителю наркома и начальнику вооружений РККА, подчинялись другие управления — артиллерийское, химическое, связи. Его аппарат занимался техническим перевооружением армии.

Ворошилов и Сталин, находясь в Сочи, 3 сентября 1935 года телеграфировали Молотову и Кагановичу: «Считаем целесообразным Штаб РККА переименовать в Генеральный штаб РККА. Необходимо это оформить в советском порядке...» Уже 5 сентября состоялось решение политбюро. 22 сентября Штаб РККА стал Генштабом.

Через два месяца, 22 ноября 1935 года, был создан Военный совет при наркоме обороны. 13 марта 1938 года его переименовали в Главный военный совет.

Но в повседневной армейской жизни нужно было как-то отличать рядового бойца от командира. 16 января 1919 года появился приказ Реввоенсовета «О введении знаков различия командного состава РККА по занимаемым должностям». На рукаве гимнастерки и шинели появились геометрические фигуры — треугольники для младшего командного состава, квадраты для старшего и ромбы для высшего комсостава. Квадраты в армейском обиходе стали именовать «кубарями», ромбы — «шпалами».

В 1922 году ввели нарукавные клапаны, на